Катерина Полянская 
Я тебя найду [litres]

Текст книги предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=67601072
«Я тебя найду. Роман»: АСТ; Москва; 2022
ISBN 978-5-17-146495-0
Аннотация

Восемь лет назад Мэтью Трэванс – герой, боевой маг и лучший ловец в империи – спас меня, испуганную девочку, из лап черной ведьмы. С тех пор не проходило дня, чтобы я не искала хотя бы незначительную новость о нем в газетах, не представляла его лицо с резкими чертами и тонким шрамом над левой бровью и не мечтала, как однажды мы встретимся вновь…  Что же, самым горячим желаниям свойственно сбываться!  Теперь у меня новое имя и новая личность. И, кажется, мой герой явился, чтобы все это у меня отнять…

Катерина Полянская
Я тебя найду
Роман 

* * *

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается. 

© К. Полянская, 2022
© ООО «Издательство АСТ», 2022

Пролог

Передо мной вежливо распахнули дверь кофейни. Тренькнул колокольчик. Я замерла на бесконечное мгновение, прежде чем перешагнуть порог. Так странно… Солнце и по-весеннему свежий ветер. Пахнет десертами. Простая, обычная жизнь.
– Простите…
– Ничего, скоро привыкнешь, – с состраданием вздохнул невысокий плотный маг-теоретик, заведовавший в Бюро магического порядка всяческими формальностями, – госпожа… как тебя теперь зовут?
Проверяет.
Сам четверть часа назад прочел мне нудную лекцию о том, что можно и чего нельзя мне теперь для собственной же безопасности. Прямо скажем, ограничений там было предостаточно на первое время. Но я не жаловалась. Это – вот это все! – в любом случае лучшее, что случалось со мной в жизни.
И я так легко не попадусь.
– Вы же знаете, мне нельзя говорить. – Улыбаться не хотелось, но я выдавила улыбку.
– А теперь убедился, что запомнила и ты, – одобрительно кивнул мэтр Афлек.
Мы как раз подходили к большому столу у окна.
– Лично я считаю, что хватит уже проверок, – сдержанно заметил его худой и высокий коллега. – Пора девочке забыть о случившемся и двигаться дальше.
Свое мнение я благоразумно оставила при себе, прекрасно понимая, что оно вряд ли кого-то всерьез интересует.
Зато право голоса – решающее притом – имел кое-кто другой.
Кто-то, кто дожидался нас в этой кофейне.
Маг, при взгляде на которого мое сердце на миг перестало биться.
Мужчина, за несколько мгновений чьего внимания я бы согласилась пережить весь свой кошмар еще раз.
– Она не забудет, если не получит некой завершенности. Это для нас дело – папка бумажек с печатями, а для нее – несколько украденных лет жизни и страшная сказка, которой нужен простой и понятный конец. – Мэтью Трэванс еле заметно улыбнулся мне и кивнул на стул напротив: – Садись, малышка. Сейчас я тебе все расскажу.
– Мне уже семнадцать. – Я неловко поправила шаль, пожертвованную мне кем-то из женщин Бюро.
Ложь. Всего шестнадцать. Я прибавила себе год.
– А выглядишь на тринадцать. – Рассмотреть во мне взрослую девушку мой герой не пожелал. – Ешь.
При виде… или, вернее, при запахе, исходящем от тарелки с огромным омлетом, овощами и ветчиной, у меня слегка закружилась голова. Пришлось сдержаться и напомнить себе, что я теперь нормальный человек и ем нормальную еду. И никто у меня этот омлет не отберет.
– Спасибо тебе. – Голос плохо слушался, поэтому получилось совсем тихо. – За все.
Он поспешно отмахнулся. Мол, не стоит благодарностей.
А я вновь вспомнила холодный замок, вечно тонущий во тьме, всех этих мерзких существ, боль, страх… как почувствовала приближающуюся инородную магию, выждала и вложила все силы в то, чтобы разорвать связь с ведьмой. Ее потрясенный взгляд – не ожидала мерзавка от меня такой прыти. Ворвавшихся в ведьмин оплот ловцов, вспышки заклинаний. И то, как на подгибающихся от слабости ногах дошла до шкафа, в него и забралась. Надеялась просто пересидеть, но…
Из этого шкафа Трэванс меня и выковырял. Ведьма к тому времени была мертва, некоторые другие ее «приемные дочери» тоже, а «окно» в темный мир закрыто вечной печатью. Меня же разрыв каналов оставил совсем без сил, Мэтью Трэванс вынес меня из замка на руках. И безоговорочно поверил, когда я рассказала – правду, кстати, – как ведьма убила мою семью, выкрала меня и несколько лет использовала в своих целях.
Трудно поверить, что кошмар остался в прошлом.
И больше не повторится никогда.
– Слушай, я проверил насчет твоей семьи, – маг, который, как мне казалось, не может чего-то смутиться, неловко отвел взгляд, – думал, может, ты что-то не так запомнила, может, кто-то все же остался… Нет, они все мертвы. Мне жаль.
Я спокойно кивнула и с некоторым удивлением обнаружила, что, пока предавалась воспоминаниям, смела половину омлета и почти всю ветчину.
Да. Мне тоже.
– Дальше. – Двое его коллег тихо жевали, а он все говорил, даже кофе свой не трогал. – Ведьма мертва и закрыта к перерождению. Вот, смотри.
Не то чтобы у нее было много шансов возродиться, но знак вечной печати, живой татуировкой сбежавший из-под рукава на ладонь мага, придал мне дополнительного спокойствия. Он прав, мне это было как воздух нужно.
– Ты в безопасности, – подтвердил тот, кому я больше всех обязана этим чудом. – Дальше все точно будет хорошо.
Прозвучало как обещание, и… я почти поверила. Особенно когда он сделал служанке в клетчатом форменном платье знак и она принесла мне чай и красивое пирожное с кремом и засахаренными лепестками роз.
– Это за что? – спросила недоверчиво.
– Считай, отмечаем начало твоей новой жизни, – подмигнул боевой маг. – К тому же ты очень нам помогла. Благодаря тебе мы смогли вернуть девочек, которых ведьма выкрала недавно, их родным. К счастью, почти всех было кому возвращать.
– Я? – Поверить все еще не получалось.
– Именно ты, Фея.
– Но я же даже не знала названий всех этих деревень…
– Зато ты помнила дерево с лентами возле одной, таблички с именами хозяев на дверях в другой, – терпеливо объяснял Трэванс. – Подобные мелочи очень помогают.
Ла-адно. Тогда, пожалуй, я правда заслужила пирожное.
Я осторожно набрала ложечкой крем.
Сладко. Приторно. На вид вкуснее, чем на вкус.
– Твои документы. – Афлек положил на стол рядом со мной пухлый конверт. – Запомнила, как внести туда новое имя?
– Да.
– Хорошо. – Он сверился с круглыми часами на золотой цепочке. – Экипаж уже вот-вот прибудет…
Я ухватилась за возможность не есть пирожное.
– В таком случае, мы больше не нужны. – Специалисты по бумажкам и правилам чинно нас покинули.
– Проводить тебя? – предложил маг моей мечты.
Не справившись с голосом, я кивнула.
Он залпом влил в себя остывший кофе и положил на стол несколько монет.
Молча мы покинули кофейню. Пальчики горели от желания дотронуться до него. Еще и шли, как назло, совсем рядом. Вот бы экипаж задержался… Хоть на минуточку! Но когда мы вышли на улицу и свернули за угол, он уже ждал там.
Подлый удар под дых.
Захотелось скулить от обиды.
– Береги себя, Фея. И помни, если кто-то попытается обидеть, есть закон и императорские маги.
Я стояла истуканом, пока он меня обнимал. И оперлась на его руку, забираясь в экипаж. Вот, все же коснулась. Как и хотела.
Экипаж тронулся, а я продолжала с таким усердием пялиться на мага, что едва не вывалилась на мостовую. Хотелось запомнить, клеймом выжечь в памяти каждую мелкую деталь. Высокий рост, широкие плечи и тренированное тело под черной одеждой, притягательную небрежность в облике, затянувшийся порез на лице, оставленный ведьмой, и улыбку, которая наверняка сводила с ума всех женщин…
– Госпожа, с вами все в порядке? – голос извозчика с неприятными понимающими нотками заставил вздрогнуть. Очнуться. – Может, вернемся?
– Д-да. То есть нет! – Я перевела дыхание, успокаиваясь. – Едем.
Выпрямилась и прикрыла истерику маской спокойствия.
Ничего… Мы еще встретимся. Встретимся! Обязательно встретимся. Но тогда я уже не буду испуганным заморышем. Чего бы мне это ни стоило, я стану нормальной девушкой. Красивой. Смелой. Сильной. Такой, которая будет достойна Мэтью Трэванса. Жизнью клянусь!
А сейчас стоит успокоиться и придумать себе новое имя.
Я достала из конверта лист, на котором слабо поблескивали искорки старой магии.
Освободить голову от лишних мыслей. Довериться себе…
– Брина Рекхард, – шевельнулись губы.
На листе проступили чернила.
Искры погасли – защитная магия стерла мой след. Спрятала от всего, что осталось в прошлом. И от всех.
Я прислонилась к неудобной спинке и улыбнулась.
Вперед, в новую жизнь?

Глава 1

Через восемь лет…

Звон маленького серебряного колокольчика заставил меня вздрогнуть, расправить плечи и устремиться туда, откуда доносился звук. Леди Готорсби крайне редко вызывала меня таким способом, значит, прямо сейчас приключилось что-то срочное.
Шурша юбками, я направилась на зов.
То есть на самом деле ничего не шуршало, я двигалась бесшумно, словно тень, но ничто не мешало мне рисовать в своем воображении разлетающиеся юбки, можно даже белые вместо моих унылых коричневых.
– Брина, присядь. – Мне указали на место на пухлом диванчике.
Интуиция шепнула, что такая забота – предвестник неприятных новостей.
– Вас что-то беспокоит, миледи? – позволила себе вопрос я.
Пожилая дама поправила очки, чуть дольше задержавшись пальцами на дужке на переносице.
– Я стала слишком стара, чтобы жить одна. К тому же мое благосостояние уже не позволяет содержать городской дом, – с сожалением признала хозяйка. – Зять и дочь любезно пригласили меня к себе, буду готовиться к переезду. Рассчитай слуг. Завтра мы с тобой определим, какие вещи я заберу с собой, а что нужно будет раздать или выбросить.
Вот тварг. Этого только не хватало.
– Да, миледи, – голос даже не дрогнул.
– Проследи, чтобы соседи оставались в неведении как можно дольше, – ворчливо потребовала уже почти бывшая хозяйка. – Не желаю их фальшивого сочувствия.
– Сделаю.
Легко.
Мне достался почти теплый взгляд.
– Я довольна твоей работой и хотела бы взять тебя с собой, но не уверена, что ты согласишься отправиться со мной за океан… Или все же согласишься? Насколько знаю, у тебя здесь нет родных и мужчины пока тоже нет.
Есть. Просто он не совсем мой.
– Не соглашусь. – Когда говоришь что-то неприятное собеседнику, надо после добавить правильные слова. Этому я давно научилась. – Извините меня, я сильно привязалась к вам и этому дому, но не готова покинуть родные места.
– Понимаю. И дам тебе самые лучшие рекомендации.
Чудно. Ее не придется зачаровывать, чтобы она расхвалила меня.
Я улыбалась этой мысли, но пусть леди думает, что это из благодарности.
Итак, не быть ведьмой у меня не получилось. Я честно хотела оставить прошлое позади. Мечтала открыть кофейню или книжный магазин. Поселиться в небольшом живописном городке. И даже игнорировала постепенно восстанавливающиеся магические каналы, которые без привязки к ведьме принадлежали мне одной. Обещала себе никогда не пользоваться этой силой. Но сначала владелец шоколадной лавки, куда я устроилась на время, начал украдкой лапать, потом вредная посетительница обвинила, будто бы я ее обсчитала, а квартирный хозяин попытался поднять стоимость комнаты втрое… и я поняла, что беззащитной девушке в этом мире не прожить без арсенала хитрых зелий, заклинаний и порч.
Совсем никак.
Тогда я поменяла данное себе слово «не пользоваться силой вообще» на «не вредить кому-то без причины», и жить стало гораздо легче.
С кофейней или книжным так и не сложилось. После шоколадной лавки был магазин готовых платьев, потом должность личной помощницы и учительницы хороших манер и работа экономкой у старой леди Готорсби последние три года. Я несколько раз переезжала и дважды немного меняла внешность.
Постоянными же в моей жизни оставались лишь две вещи. Я все еще боялась темноты, не могла жить одна и вздрагивала от любого ночного шороха. А еще каждое утро я хватала свежую газету и жадно выискивала в ней любое упоминание Мэтью Трэванса. К моей несказанной радости, писали о нем часто. И тот факт, что где-то в мире, даже в одной империи со мной, существует этот мужчина, помогал мне чувствовать себя чуточку более защищенной.
…День прошел в хлопотах. А вечером я закрылась в своей комнате, разложила на кровати газету с объявлениями, передвинула ночник так, чтобы на нее попадал лишь самый минимум света, и прошептала короткое заклинание над ониксовым кубиком.
По телу прошла крупная дрожь. Кубик вспыхнул серебряными искрами. Ну да, моя магия темная…
Бросила, не глядя. Кубик покатился по газете и почти сразу замер. И светиться перестал.
Я придвинулась ближе. Келберн? Это же… у тварга на рогах! Нет, ближе, конечно, чем за океаном, но…
Я перевела дыхание и одарила выпустивший заряд предмет взглядом, вопрошающим: «Ты точно уверен?» Ответить бы он не смог, даже если его вновь напитать магией. И внутренний голос строго напомнил, что, раз уж взялась гадать, лучше слушаться, даже если не понимаешь результата. Ведьма тоже так говорила. И в тот единственный раз, когда сделала по-своему, погибла от рук Мэтью Трэванса. Туда ей и дорога, но я же не хочу повторить ее судьбу?
Значит, Келберн.

В имение герцогов Керрингтон приглашаются соискательницы на должность компаньонки младшей леди. Претендентка должна быть ответственной, дружелюбной и веселой, обученной манерам и грамоте, а также иметь незапятнанную репутацию. 

Сумма жалования щедрая и ни слова о рекомендациях.
Я закусила губу. Что же, ладно.
Пожалуй, позволю себе еще одну маленькую хитрость. Взяла ножницы и аккуратно вырезала объявление, затем сплела над ним эдакую паутинку куполом, прикрыла отводом глаз, завернула в старую шаль и спрятала на дно сумки.
Если мне нужна эта работа, я ее получу. Других желающих не будет.

Пришлось оплатить три дорогущих портала и даже с учетом этого полдня трястись в дилижансе. Не то чтобы я не могла нарисовать узор переноса и оказаться в нужном месте, но кто этот узор потом сотрет? А привлекать лишнее внимание к темной, пусть и не вредящей никому магии не хотелось.
Чем ты незаметнее, тем больше шансов выжить.
Еще одно мое личное правило. И работает же!
Но эти унылые коричневые платья я порой ненавижу. Люто.
– Прибыли! – проорал извозчик. – Кому в Келберн, выходим здесь! Не мешкаем, поторапливаемся!
Я подхватила сумку и дымкой выскользнула из дилижанса. Он в город не заезжал, остановился рядом. Но и имение герцогов находилось не в самом Келберне, так что меня все устраивало. На дорогу выбралась также женщина в белом чепце, которую встречали муж и двое розовощеких ребятишек. Остальные пассажиры поехали дальше. Видимо, существовали другие способы добраться до станции в самом городе, но мне подвернулся именно этот.
Возле указателя с названием города сидел упитанный фей с чемоданом.
Выспросив у тетки в чепце и ее семейства дорогу, я двинулась в противоположную от Келберна сторону. Благо додумалась перед поездкой зачаровать сумку – в нее уместилась едва ли не вся моя жизнь, и при этом она почти ничего не весила.
Прохладный, но по-весеннему вкусный воздух холодил щеки и трепал кудрявые каштановые волосы. Прогулка внезапно стала доставлять удовольствие. Я замедлила шаг, наслаждаясь вызывающе громким чириканьем птиц и выискивая взглядом набухшие почки на деревьях. В душу закралось совершенно несвойственное мне желание сойти с дороги и немного побродить по лесу в поисках первых цветов, но… впереди выросли огромные кованые ворота.
Реальность дала намек, что глупости лучше бы отложить до более подходящего времени.
Я собралась, вытряхнула из волос застрявшую в них веточку… и с легким удивлением обнаружила, что магической защиты вокруг имения нет. Даже простенького контура. Больше того, ворота оказались не заперты.
Ла-адно.
Тенью проскользнула во владения Керрингтонов.
Дом имел нечто общее с замком, но в полной мере им не являлся. Темный камень, старина и неповторимая атмосфера здесь соседствовали с теплом и уютом. Взгляд сразу же зацепился за заботливо укутанные розовые кусты и выступ-террасу на уровне довольно высокого второго этажа.
Ощущения подсказывали, что здесь обитают истинные аристократы. Однако никогда с ними не сталкивалась и, если честно, немного струхнула. Но с шага не сбилась.
Магии нет. Домовых духов тоже нет… и как раз это странно.
– Леди Ноарис не принимает. – На середине пути к дому меня перехватил дворецкий.
Смерила взглядом пожилого, невероятно худого мужчину и решила, что обязательно должна ему понравиться, раз уж нам предстоит работать вместе.
– Я – Брина Рекхард, пришла по объявлению. – Вежливо улыбнулась. – Если вакансия компаньонки младшей леди еще свободна, я бы хотела поговорить с тем, кто принимает решения. Рекомендации у меня с собой.
Стойко вытерпела изучающий взгляд.
Место дождалось меня, тут можно было не сомневаться.
– Прошу за мной. – Меня все-таки пригласили войти.
– Благодарю.
Ухоженный газон, пруд, множество хозяйственных построек, конюшни, сады. Пока шли, я старалась охватить вниманием как можно больше. Красиво у них тут. Даже в плену у ведьмы я не видела столько старины.
Бдительный домоправитель – я почти угадала его должность – устроил мне настоящий допрос. Почему с вещами? Почему прибыла так издалека? Удастся ли связаться с прежней хозяйкой, чтобы подтвердить рекомендации? В мечтах я его уже трижды сглазила. В реальности же меня согласились провести в кабинет и даже угостили чаем.
Содержимое чашки не вызывало никакого интереса, горничную, которой вот прямо сейчас понадобилось протереть пыль на полках в кабинете, я тактично не заметила, а вот проигнорировать стопку газет силы воли не хватило. Занятая переездом, я пропустила сегодняшнюю, и рука неконтролируемо потянулась к верхней. Указ министра, новый роман принцессы, фаворитка наследного принца закатила дикий скандал в салоне модных платьев, одно из мелких княжеств выгнало нашего посла, из зверинца в Эшвуде сбежал королевский грифон… Вот оно!
Сердце сладко замерло.
Мэтью Трэванс помог Пурпурной нимфе вернуть ценнейший артефакт волшебного народа и минувшей ночью возвратился в империю. По непроверенным слухам, он доставил письмо императрице от королевы нимф. Содержимое таинственного письма пока не раскрывается, но читателей обещают держать в курсе.
Я медленно выдохнула.
Маг совсем не изменился, разве что шрам над бровью побелел.
– Он такой красавчик, правда?! – восхищенно вздохнула над ухом девчонка в платье и переднике.
Про пыль она позабыла.
– Да, – согласилась я.
– Повезет же какой-нибудь женщине!
Восклицание заставило что-то внутри меня сжаться в комок и вырастить колючки. Даже не знаю, что бы я ответила, но тут очень кстати в кабинет вошла… ну, судя по элегантному платью, прическе и дорогим серьгам в ушах, сама хозяйка.
Кольнуло напоминание, зачем я здесь.
Я поспешно встала:
– Герцогиня…
– Сидите, милая. – Она сделала изящный жест тонкой ладонью. – Сандра, уборка в кабинете у нас не сегодня.
Служанка с совершенно невозмутимым видом вышла за дверь.
Такое чувство, что они боялись, как бы я не стащила что-нибудь, поэтому вдруг понадобилось протереть пыль.
Забавно.
Герцогиня Керрингтон просмотрела мои рекомендации, в процессе то и дело возвращаясь взглядом к моему лицу. Закусила губу. На ее собственном красивом, еще не старом лице отразились сомнения.
– Я не уверена, что вы нам подходите, госпожа Рекхард.
Приехали.
– Почему? – О да, это была дерзость, и, если бы меня сюда привело не гадание, я бы вряд ли решилась. – С рекомендациями что-то не в порядке?
– О нет, все отлично! – Первое впечатление не обмануло, она была смущена. – Уверена, с ними вы без проблем получите куда более приятную работу. Вы еще слишком молоды, чтобы сидеть у постели умирающей. Не думаю, что вам нужен такой опыт.
– Прошу прощения? – Я приподняла бровь.
Ощущение. Когда я только вошла в ворота, на плечи будто пыльную тяжелую шаль накинули. Только сейчас получилось разобраться в нем. Похоже, в имение Керрингтонов прокралась болезнь, а у самых его границ топчется кое-что похуже.
– Моя дочь. Ей только шестнадцать, и она умирает, – тихо пояснила герцогиня. – Это для нее нужна компаньонка. Подруга, помощница, нянька. Все сразу.
На мгновение я прикрыла глаза. Одно маленькое влияние – и она примет меня, еще и доверит управление всем хозяйством. Но действовать так не хотелось, поэтому я заговорила предельно осторожно:
– Позвольте мне остаться. Хотя бы на испытательный срок. Обещаю, я справлюсь. – И последний аргумент, пожалуй: – Других претенденток ведь все равно нет?
Герцогиня поморщилась:
– Были две в самом начале, но, когда поняли суть обязанностей, сами отказались от должности. Наверное, сплетни разнеслись, потому что после них никто не приходил.
Просто я сильная ведьма. И не похвастаешься.
– Но зачем тебе это? У тебя неприятности?
Самое время безмятежно улыбнуться:
– Всего лишь несчастная любовь. Она забудется с переездом, уверена.
Герцогиня посмотрела на меня как-то по-другому:
– Что же, мне импонирует ваша рациональность. Давайте попробуем. Испытательный срок две недели. И… не обижайтесь, но я должна проверить ваши рекомендации.
Я кивнула. Пусть хоть обпроверяется, там все идеально.
С другой стороны, я бы тоже на ее месте не пустила в свой дом кого попало. Даже с учетом открытых едва ли не настежь ворот. На своем же месте я почему-то чувствовала себя почти злодейкой, обманом пролезшей в чужую жизнь, хотя вроде бы не сделала пока ничего плохого. И не затевала.

Через час рекомендации были признаны подлинными и блестящими, я получила вежливые и совершенно ненужные извинения, комнату и обед, а та самая Сандра по поручению хозяйки коротко ввела меня в курс местных дел.
История не отличалась ничем, кроме разве что банальности. Герцогиня Ноарис давно овдовела и удалилась из столицы вместе с детьми. И до недавнего времени они жили здесь хорошо. Мать, временно ставшая во главе семьи, не помышляла о повторном замужестве. Сын окончил Имперский магический университет и теперь служил где-то у границы. А моя будущая подопечная взрослела и хорошела… пока три месяца назад не слегла от неизвестной болезни.
Доктор, регулярно посещавший имение, поначалу подозревал обычную простуду, потом объявил, что леди подцепила какую-то заразу на ярмарке. Мол, путешествующие циркачи привезли. В последние же дни говорил об осложнениях после болезни. Герцогиня страшно переживала и уже трижды писала сыну с просьбой как можно скорее вернуться домой, но от него так и не было ничего слышно.
– Ох, и не завидую я тебе, – понизила голос до шепота Сандра. – То еще удовольствие – днями сидеть у постели больной.
– Ну… зато форменное платье носить не надо. – Я попыталась разрядить атмосферу как могла.
Мой собственный уныло-коричневый с белым воротничком наряд, пожалуй, был еще скучнее любой формы.
– Я даже заходить туда боюсь, – поежилась служанка. – Нет, не подумай, леди Энни хорошая и жалко ее. Но там страшно.
– Если бы она могла тебя заразить, это бы давно случилось.
– Знаю. – Сандра подалась ближе, будто ей очень хотелось рассказать мне тайну… вот только сути этой тайны девушка сама не знала. – Там по-другому страшно. Меня всего раз попросили посидеть с ней вечером, так я чуть не поседела. Вот когда порадовалась, что толком не умею читать. Так бы чаще меня к леди Энни отправляли, а так с ней сама герцогиня или Теор остаются. Теор – это наш дворецкий, ты его уже видела.
Моего оценивающего взгляда Сандра не заметила. Похоже, у нее неплохая восприимчивость и предрасположенность к магии. Которые уже вряд ли разовьются, потому что развивать следовало с детства.
И это хорошо.
Отставив поднос с опустевшими тарелками, я встала:
– Идем, покажешь мне комнату леди Энни. Заодно расскажешь о моих обязанностях.
Как выяснилось, в нарушение всех правил меня поселили в хозяйском крыле, в соседней с моей подопечной комнате, чтобы в случае необходимости я могла быстро прийти к ней. И смежная дверь имелась. Однако Теор все еще не принес ключ, поэтому нам с Сандрой пришлось выйти и войти из коридора.
От меня не укрылось, как служанке сразу же стало не по себе.
На кровати, подозрительно напоминающей мягкое облако, лежала худенькая девушка с ярко-рыжими, будто нарисованными волосами. Они пламенем полыхали на белоснежной наволочке. Сама же Энни откровенно пугала худобой, серым цветом лица и дыханием таким слабым, что я успела испугаться, пока поняла, что эта надтреснутая статуэточка еще не совсем разлетелась на осколки.
За больными мне раньше ухаживать не приходилось.
Происходящее нравилось все меньше. Что я тут забыла?
– Можно, я уже пойду? – тронула меня за рукав Сандра. – Ты просто сиди с ней. Часа через два я принесу ужин, но она вряд ли станет есть. Потом дашь ей большую ложку лекарства. Вон пузырек на столике стоит.
– Ладно.
К пузырьку грубой нитью крепилась инструкция, и я первым делом заглянула в нее. Ага, одна большая ложка дважды в день. Уже собиралась вернуть лекарство на положенное ему место, но что-то толкнуло вынуть пробку. Я поднесла пузырек к лицу, потянула носом… Хм? Серьезно?
Вылила немного на руку, лизнула и прошипела с чувством:
– Покусал бы тварг за задницу этого доктора! Шарлатан несчастный!
Потому что лекарством тут и не пахло. Это был банальный сахарный сироп.
Таким и легкую простуду-то не вылечишь!
Человеколюбием я никогда не страдала, но медленно погибающую Энни стало жаль. Это же насколько надо было обнаглеть, чтобы задурить герцогине голову и всучить воду с сахаром! Городские умельцы хоть трав бесполезных добавляли для аромата. Бедная девочка. Я криво усмехнулась. Погоди, жулик, скоро познакомимся…
– Ты кто? – прошелестел рядом еле слышный голосок. – И почему пьешь мое лекарство?
Повернув голову, я наткнулась на затуманенный взгляд ярко-синих глаз.
Чтобы лучше рассмотреть меня, Энни приподнялась на локте, но сил хватило на считаные мгновения, и она упала обратно на подушки.
– Брина. – Я уселась прямо на ковер у ее кровати. – Если позволишь, твоя новая компаньонка.
Трижды она порывисто вздохнула, с хрипом втягивая воздух, и окинула меня еще одним мутным взглядом из-под упавших на лицо волос.
– Я умираю?
Тварг…
Логичный вопрос.
Правильный ответ я знала, даже готова была его немедленно выдать, но внутри что-то сопротивлялось. Я бы на ее месте тоже спросила. А потом со свету бы сжила лицемерку, попытавшуюся скормить мне безопасную ложь.
– Ты тяжело болеешь. И ваш доктор тебе не помогает, – признала честно, не скрывая возмущенных интонаций. – Но теперь я здесь. Скажи-ка, это лекарство всегда было таким?
– Сначала оно было розовым. – Энни осоловело моргнула, но усилием удержала глаза открытыми. – Но мне становилось хуже, и мама страшно накричала на доктора. Тогда лекарство стало иногда менять цвет и пузырек.
– Но вкус оставался прежним? – мрачно догадалась я.
– Угу.
Ла-адно.
Кончики пальцев болезненно обожгло, но я сдержалась.
Хорошо, что у ведьм жизненные правила довольно гибкие. Вот, например, сейчас ничто не мешает мне добавить к своему «никому не вредить без крайней необходимости» очень нужное сейчас «но вершить справедливость с удовольствием и спецэффектами». И никаких мук совести, что главное. Одно чувство морального удовлетворения в перспективе.
– Ты нормальная, – шевельнула губами моя подопечная, закрывая глаза. – Оставайся, если хочешь.

Глава 2

Ну я и осталась. Забралась в кресло с ногами, устроилась поудобнее и принялась ждать, сама точно не зная чего.
Работа категорически не хотела восприниматься работой. Обязанностью. Впервые за долгое время мне стало интересно. Небезразлично. Захотелось вмешаться. Спасти эту девочку, которая уже едва дышит, но все еще смотрит на мир живыми синими глазами. И я спасу. Обязательно.
И это притом, что я вообще-то черная ведьма. Дожили.
Повозилась в кресле, чуть изменила положение.
Дворецкий занес ключ от смежной двери. Потом заглянула герцогиня и заметно обрадовалась новости, что мы с ее дочерью уже нашли общий язык. Да я сама испытывала ничем не объяснимое воодушевление: поладить удалось удивительно легко, а в душе поселилось чувство, что я здесь действительно нужна. Непривычное. Неловкое какое-то.
Ай, лучше постараться об этом не думать!
Потянулись мгновения ожидания, сливаясь в мучительное «долго». Меня никто не заставлял быть при Энни круглые сутки. Ничто не мешало уйти к себе и оставить открытой смежную дверь… или, в моем случае, натыкать маячков по комнате. Я планировала чуть позже этим заняться. И вообще много всякого планировала. Но пока сидела и ждала… чего-то.
В мыслях обозвала себя мнительной курицей и в третий раз сменила положение.
И тут началось!
Энни дернулась и чуть слышно застонала. Я подобралась и сосредоточилась на том, чтобы смотреть вокруг особым ведьминым взглядом. Воздух пошел рябью, и это уже показалось подозрительным. Я аж привстала. Но некоторое время спустя вынужденно признала, что имею дело не с порчей и даже не с каким-нибудь древним семейным проклятием. И не соседи пакостят.
Здесь другое. Не совсем привычная магия.
Из Энни будто кто-то невидимый тянул жизненные силы. Не постоянно. С большими перерывами. И она даже не сопротивлялась. Добровольно отдавала. Делилась, сама не осознавая того.
А я не смогла обнаружить даже канала… Позорище, а не ведьма.
Стояла над бедной девочкой и растерянно хлопала глазами, когда начало происходить кое-что еще. Рябь сменилась черными жгутами, и они жадно потянулись к ослабленной девушке. Энни судорожно закашлялась, но не открыла глаза.
Ну и змеюшник у них тут!
Кто-то дожидается, когда жертва будет наиболее открыта, и подло сосет из нее жизнь.
Или… наполняет болезнью?!
Глазам своим не поверила, когда ведьмино зрение показало черные пятна на бледной коже. Энни кашляла, и их становилось меньше, но сама она справиться не могла. Что ж, теперь я знаю больше всех остальных, кто пытался ей помочь. Или не пытался. Есть два вида воздействия. Одно из них не вредит, но забирает прорву сил и делает ее уязвимой. А кто-то другой этим пользуется, буквально убивая девушку.
Способ противодействия уже сложился в голове, но он требовал подготовки. Прямо сейчас же я не нашла ничего лучше, чем прошептать короткое заклинание и руками оторвать от Энни невидимые обычному глазу жгуты.
Шипение, с которым они таяли, могла слышать только я.
Энни тихонько всхлипнула.
Я… стиснула зубы, чтобы не заорать. Пожри их тварг! С каких пор я стала эдакой добродетельницей?!
Обожженные ладони теперь лечить замучаешься.
Но больше прочего беспокоило, что, похоже, где-то в округе обретается ведьма… Достаточно темная, чтобы не гнушаться такими вот делишками.
– Брина… – прошелестела подопечная. – Ты не знаешь, Тьен не писал?
– Я не знаю, кто такой Тьен.
– Брат.
Ах да. Сандра упоминала что-то такое.
– Насколько мне известно, нет, – вновь не стала обманывать. – Я сама попытаюсь связаться с ним, когда обвыкнусь и разберусь, что тут у вас к чему.
Не хватало мне еще одной заботы, как загулявшего наследника искать! Дернул же тварг за язык!
Энни тихонько вздохнула.
Скоро принесли ужин, и какое-то время ушло на уговоры и на то, чтобы соорудить опору из подушек и помочь Энни устроиться, а потом накормить ее. Реагировать невозмутимо, когда к нам заглядывали проверить. В основном меня. Даже не сглазить никого и не высказать всего, что думаю, про местного доктора и умение разбираться в людях всех остальных. Нельзя. Сейчас мне просто не поверят. А с подлецом я прекрасно разберусь сама.
– Скажи, ты в кого-нибудь влюблена? – Наконец удалось подловить момент, когда рядом никто не крутился.
– Я болею, вообще-то.
Без особого энтузиазма Энни ковырялась в приготовленных на пару овощах, даже на вид совершенно пресных.
– А раньше?
– Н-нет.
Скрыть от меня что-то она не пыталась, у нее бы не хватило на подобные подвиги сил, но… кому тогда она добровольно, хоть и неосознанно, отдавала энергию? Не понимаю. Не поместье, а лабиринт с ловушками, честное слово!
Закончив с ужином, я решила начать делать хотя бы что-то.
– Вечером и ночью становится хуже, да? – уточнила осторожно, помогая подопечной устроиться под одеялом.
– Угу.
– Слушай, я хочу тебе помочь, – зашептала, склонившись к ней. – Может, вместо чтения мы сегодня попробуем кое-что другое?
Если бы у Энни оставалось чуть больше сил, этот взгляд стал бы недоверчивым.
– Я бы хотела читать…
– Хорошо. Но когда все уснут, я приготовлю тебе чай, а потом зажгу аромалампу, хорошо? – И почувствовав, как она напряглась, добавила: – Хуже, чем есть, трудно сделать, правда же? Доверься мне и позволь попытаться помочь. И не говори пока маме.
Не хочу представлять, как это звучит со стороны.
Однако же Энни оказалась достойна той помощи, которую я ей предлагала.
– Но тогда ты будешь читать не те скучные книги про долг, честь и обязанности примерной леди, – слабо потребовала она, – а про любовь. Хотя бы с поцелуями.
Ты ж моя прелесть! Эта девочка мне все больше нравилась.
– По рукам! – И я правда пожала ее тонкую ладошку.
Дождавшись, когда дом затихнет, я спустилась на кухню. Вроде как поднос принесла, но карман приятно оттягивали мешочки с травами. Слуги еще не спали, прибирались после долгого дня, пили чай и обсуждали какие-то местные сплетни. При моем появлении затихли, а потом заговорили о ком-то из города. Мол, опять любовника завела, а муж-то и не догадывается! Ну-ну. Будем считать, я глупая и не сообразила, о чем на самом деле тут велись разговоры минуту назад.
От сочувственных взглядов спина чесалась пуще, чем от колючего платья.
Пришлось проявить немного изворотливости, чтобы отказаться от предложенного чая и заварить свой, и соврать, будто я без чашки этого сбора не засыпаю и вообще нужна леди Энни прямо сейчас. Только так меня отпустили, но все равно было заметно, что домочадцы с нижнего уровня жаждут узнать подробности жизни новенькой.
С чашкой вернулась к подопечной, остудила отвар и, приподняв ее голову, влила немного в рот.
– Ну и гадость… – скривилась болезная.
– Вкусными бывают только те лекарства, которые не работают, – отрезала я. Нет, я могла бы добавить немного сахара, но предпочитала все естественное. Чего и Энни желала. – Допивай. Ты же хочешь взрослую историю про любовь?
Она сделала три больших глотка и на последнем закашлялась, немного забрызгав одеяло.
Надеюсь, вдовствующая герцогиня не выкинет меня отсюда, обвинив в дурном влиянии на ее дочь. Во всяком случае, хотелось бы, чтобы это произошло не раньше, чем удастся разобраться с местными странностями.
– Доставай свою книгу, – потребовала Энни, отдышавшись.
– Э-э. Я думала, у тебя есть подходящие…
– Были, но в прошлом году мама их нашла и забрала. Я даже не успела дочитать до самого интересного первую, – призналась Энни и даже на бледную улыбку сподобилась. – Обещала вернуть, когда стану старше, но, по-моему, их утащили Сандра с Ритой.
Я фыркнула, скрывая смешок. Похоже, до несчастья Энни была замечательно живой девочкой.
– А в библиотеке из интересного только морские приключения, которые читал брат еще до университета, и его учебники по магии. Но мне это все уже надоело.
Болтовня отняла у нее последние силы и, откинувшись на подушки, Энни шумно задышала.
– Тогда сделаем так. – Я снова опустилась прямо на ковер у кровати. – Сегодня я расскажу тебе об одном боевом маге и немного столичных сплетен, а завтра выберусь в город и куплю какой-нибудь роман. Договорились?
– Брина, ты – лучшая! Точно лучше старой Фейны, которая заунывно читала надо мной воззвания к светлым силам.
Я представила и мысленно усмехнулась.
– Ну, это само собой.
Уже приготовилась рассказать ей, как Мэтью спас похищенных девочек из лап ведьмы, пропуская, конечно же, самые страшные подробности и скрыв тот факт, что одной из жертв являлась я сама, но тут Энни дернулась и болезненно застонала.
Темные потоки оживились и задвигались, сворачиваясь в жгуты и устремляясь к ней.
Тварг! Я вскочила на ноги, метнулась к столику у кровати и зажгла заранее приготовленную аромалампу.
По-хорошему, здесь надо все чистить, весь дом, и защиту ставить, потому что если она и была когда-то, то сегодня от нее уже не осталось ни линии. И ламп нужно хотя бы три. Но как это провернуть, чтобы никто не заметил?
Так что делаю что могу. Хоть бы еще герцогиня не проснулась!
Комнату постепенно заполнял травянистый аромат с едва уловимой ноткой дымка. Запах полыни, от которого чесалось в носу и хотелось чихать, мешался с запахами перечной мяты, фиалки и вербены. И запахи становились не такими погаными, но проветривать все равно придется. Тварг… нужно больше ламп.
Идея усилить запах магией пришла не сразу. А когда пришла, я решила использовать любые возможности и влила в лампу немного силы. Конечно, это не то же самое, что еще парочка полноценных ламп, но за неимением лучшего… По комнате поплыл серый дымок, в котором с шипением гасли серебристые искры.
Надо вычислить среди соседей ведьму. И действовать по обстоятельствам.
С губ Энни слетел жалобный всхлип.
Тьму я прогнала, завтра поколдую над защитой, но происходило и что-то еще. Задумчиво закусив губу, я прошла к окну и распахнула створки. Теперь бы еще не застудить подопечную… Повернулась, скользнула взглядом по бледной мордашке в серых тенях и решила проверить еще одну идею.
Кто-то или что-то забирает у Энни силы, но в ней только жизнь и ни капли дара. А что будет, если я немного поделюсь своей магией? Может, хоть получится отследить, куда уходит энергия? Не то чтобы я раньше делала нечто подобное, но зато много другого делала… Я присела рядом с болезной, прижала ладони к месту, где находится солнечное сплетение, сосредоточилась. Глухо зашипела от пронесшейся по телу боли. Что поделать, черные ведьмы не любят делиться.
Терпеть не могут.
Всего на миг потеряла бдительность, но этого хватило. Сила вышла толчком, прошла через Энни, отзываясь в ней крупной дрожью, и канула неизвестно куда. Резерв опустошили, словно вино из бокала выплеснули. И куда что девалось, я так и не поняла.
В глазах потемнело.
Кровать под нами с Энни сперва просела вниз, а потом ухнула куда-то в сторону. Я зажмурилась от дурноты и рухнула на болезную, во всех подробностях ощущая, как она себя все это время чувствовала.
Отвратительно. Погано. Вот ни тварга не понимаю в лечении и нечего было лезть!
Святые демоны, как же мне плохо… и кружится все!..
Зато Энни задышала свободнее, несмотря на то что я практически лежала на ней.
Ох… Надо бы как-то встать.
– Ты – магиня? – почти нормальным голосом спросила подопечная. – А почему тогда после университета тебе не дали престижную и важную работу, как нашему Тьену? Ты что, не доучилась?
– Никакая я не магиня. Даже не полмагини, – с трудом шевельнула языком. – Просто научилась от тетки некоторым ведьминским штучкам. Она у меня была в этом смысле талантливая.
– А-а, – протянула любопытная мелочь почти с разочарованием.
Ну да, куда мне до них, благородных. Забывать об этом не следует, а то я что-то расслабилась.
Так. Подняться, закрыть окно – и спать.
Завтра посмотрим, получилось у меня или нет. Ладно, что-то получилось, уже сейчас чувствуется. Но что именно получилось, разберемся утром.

Провал у меня получился, вот что.
Это я поняла еще до того, как разлепила глаза. Нос был заложен и неприятно сопел, тело ощущалось тяжелым от разлившейся по нему слабости, еле-еле хватило сил пошевелиться. Если вчера кто и простудился, так это я. Резерв восстановился не больше чем на чайную ложку. Ну и вымотало меня вчера!
Надеюсь, Энни там жива вообще…
Пока пыталась собраться, встать и проверить, провидение подкинуло мне ответ голосом герцогини:
– Дорогая, тебе нельзя вставать!..
– Брось, мама, я хорошо себя чувствую. – Даже отсюда было слышно, что сил у моей подопечной существенно прибавилось. – Навалялась на две жизни вперед, а если бы сейчас не вымылась, сошла бы с ума от отвращения к себе!
Энни определенно была жива.
Выдохнув, я попыталась зарыться лицом в подушку, но начала задыхаться, пришлось изменить положение.
– Девочка моя!.. – тем временем всхлипнула герцогиня и, судя по звукам, обняла дочку.
– Это все Брина, – радостно сообщила Энни. – Она необыкновенная!
И вероятно, сегодня же пойдет искать новую работу. Тварг. Чтобы я еще раз взялась кого-нибудь лечить…
Последствия, однако, оказались не совсем такими, как я себе напредставляла. Правильнее сказать, совсем не такими. Герцогиня заметила лампу, которую у меня вчера не хватило сил унести. А Энни, хоть и старалась ничего лишнего не говорить и свести свои восторги к тому, что я ей просто понравилась, все же вынуждена была признать, что лампу мы зажигали. Как раз тогда, когда у нее начинался очередной приступ. Мое состояние тоже говорило о многом.
В общем, пришлось повторить сказочку про родственницу-ведьму. Может, она бы и вызвала сомнения, но герцогиня так радовалась улучшившемуся состоянию дочери, что способность мыслить критически ее временно покинула.
И… мне оставили эту комнату. Не уволили. Больше того, предложили забыть про испытательный срок и обживаться.
Компаньонка теперь была не так необходима Энни, но она хотела, чтобы я осталась, ее матери тоже так было пока спокойнее, и, очевидно, они могли себе позволить содержать еще одного человека в доме. Во всяком случае, жалованье мне назначили щедрое. Больше даже в окрестностях столицы не платили.
Настороженность, давно вошедшая в привычку, нашептывала, чтобы я не спешила радоваться, но что-то внутри подсказывало, что я здесь надолго.
Любопытство привело меня в библиотеку. Нет, я бы с радостью спустилась на кухню и сварганила себе зелье от простуды, но не хотелось, чтобы слуги начали сплетничать. Достаточно чудесного выздоровления Энни прямо в день моего появления. Сомневаюсь, что мне это просто так спустят, добрые дела обычно бывают наказуемы злыми языками. Так что придется терпеть. А пока Энни прилегла – все же она еще не совсем восстановилась, – я отправилась исследовать территорию.
Полутемная комната с уходящими под потолок стеллажами, тяжелыми портьерами, настоящими свечами и магическими светильниками в виде оплывших свечей, с большим столом и глубоким кожаным креслом притягивала точно магнитом. Читать я любила. И даже просто находиться среди книг. Витало рядом с ними какое-то особенное спокойствие.
Я порассматривала тома по истории и углубилась дальше. Точные науки, разведение лошадей, титулы и наследование, королевские указы… Энни права, все нужное, но отчаянно скучное.
До морских приключений я так и не дошла, застыла у полок, отданных книгам по магии. Ими заставили два огромных стеллажа. Повезло этому их Тьену родиться в семье, где все это есть.
Подавив глупую зависть, я прошлась пальчиками по корешкам. Отстраненно отметила, что прибираются тут неважно, на полке тонкий слой пыли. Но теперь это не мое дело, я больше не домоправительница. Вытащила одну книгу, полистала. Невольно улыбнулась заметкам, сделанным на полях неровным почерком. Они гласили, что преподаватель – простофиля, а в выделенном абзаце – ошибка.
Не уверена, что смогла бы это подтвердить или опровергнуть. Дар магов отличается от ведьминского. Принято считать, что маги сильнее. Зато мы хитрее. Это мое личное наблюдение. Пусть они защищают империю от врагов и мир в целом от прорывов, потусторонних тварей и прочих напастей, расследуют магические преступления и делят власть. Да сколько угодно. Мы же используем силу по зову сердца. Лечим, по-особенному защищаем, варим зелья, договариваемся с природой… ну и пакостим, куда без этого.
Нас не вносят в Реестр, не принуждают работать на благо империи, поскольку ведьму в принципе трудно принудить что-то сделать, но к нам и не относятся серьезно. Не заставляют учиться и на большую часть пакостей смотрят сквозь пальцы. Потому долгое время той  ведьме многое и сходило с рук… Ну завела она себе двенадцать приемных дочерей, ведьмы все со странностями. Прошли годы, пока ловцы что-то заподозрили.
Пф-ф-ф. Стоп, хватит.
Обещала же себе выкинуть прошлое из головы и больше никогда не вспоминать.
Нос опять заложило. Ничего я не реву, это все простуда треклятая! Чтобы я еще раз по доброй воле взялась кого-нибудь спасать…
Пальцы дрогнули, и платок, вытащенный из кармана, улетел под стеллаж. Один белоснежный край ехидно торчать остался. Я ругнулась тваргом и наклонилась за ним… И тут дверь беззвучно открылась и закрылась.
Все бы ничего, я не собиралась скрываться, но послышался звон монет, и любопытство заставило меня замереть.
– Так много?! – ахнул женский голос. – А если герцогиня заметит?
– Эта курица способна заметить разве что вывалившийся из прически локон. – А вот голос дворецкого я сразу узнала. И подкралась поближе, чтобы наверняка не пропустить ничего важного. – Бери, не бойся. Завтра скажу ей, что фермеры опять подняли цены.
Женщина в чепце сунула монеты куда-то в декольте. Похоже, у нее потайной карман за пазухой.
– И скажи брату, что леди Энни пошла на поправку, – продолжил радовать меня дворецкий. – Не понимаю, почему его до сих пор не вызвали.
– Потому что эта новенькая, как ее… ведьма, – прошипела его собеседница, обвиняюще качнув своим чепцом. – А что, девушки на кухне шепчутся, я слышала. Говорят, она зелье какое-то сварила, и малышке Энни сразу стало лучше.
Тварг.
Меньше всего хотелось наводить здесь порядок, но, похоже, провидение уже все решило. Я и прошлую должность домоправительницы получила, поймав предшественницу на воровстве…
– Дуры, – отмахнулся Теор. – Сама посуди, какая ведьма пойдет в прислужницы? Ведьма одну склянку с приворотом продаст – и у нее уже наше месячное жалованье. Немножко поколдует – и первый маг города уже в ее постели. А то и лорд. Делать такой нечего, как больную с ложечки кормить.
Пальцы огнем горели от желания доказать, что я именно ведьма и есть, самая настоящая ведьма, но усилием воли сдержалась. Гордыня еще никого до добра не доводила. А отомстить можно куда более тонко.
– Ну… может, и так, – нехотя согласилась особа в чепце. – Для ведьмы эта девица какая-то уж больно неказистая и тихая.
Еще несколько наполненных шушуканьем мгновений. Тихо открылась и закрылась дверь.
Я выпрямилась и с тонкой улыбкой следом за ними покинула библиотеку.
Неказистая тихоня, значит? Ну-ну.
– Брина, вот ты где! – На лестнице меня перехватила Энни.
Еще довольно бледненькая, но уже брызжущая энергией. И глаза нетерпеливо блестели. Я вчера хорошо поработала. Пугало лишь, что я сама толком не понимала, что именно сделала.
– Не рановато тебе еще вставать? – Я сдвинула брови, придирчиво осматривая ее.
– Ай, ты прямо как мама! Я хорошо себя чувствую. – Она схватила меня за запястье и уверенно потащила куда-то вперед по коридору. Пришлось стиснуть зубы и сдерживать силу, чтобы не шарахнуть ее случайно. – Идем быстрее, ужин уже подают.
Э-э.
– Ты хочешь, чтобы я сидела с вами за столом? – Это казалось странным и неправильным.
– Почему нет? Ты же не горничная. – Энни говорила уверенно и совершенно естественно, неслась вперед, даже не глядя на меня. – Мама приказала накрывать и на тебя тоже.
Неловкость склизкой змеей скрутилась в животе.
Лезть в чужие дела не хотелось, но, кажется, я уже погрязла в них по самую макушку. Вмешательство не обещало мне выгоды, наоборот, ставило под удар сплетен и подозрений, и все же разумно промолчать почему-то не получилось:
– Энни, постой.
– Ну что еще?!
Бестолочь ты, Брина. И чувство самосохранения куда-то подевалось.
– Служанка в чепце. Она кто? Такая высокая, тощая, и платье носит вроде моего.
– Старшая горничная. – Дочка герцогини с недоумением посмотрела на меня. – А у тебя другого платья нет? Моя компаньонка не обязана так уныло одеваться. И…
– Мне нужно столкнуться с ней в столовой, – перебила я, пока она не сделала мне прическу и не завязала ленточку на шее. В своих мечтах, естественно. – Желательно сейчас. Как это устроить?
– Да легко. – Энни, так и не отпустившая мою руку, вновь устремилась вперед. – Идем!
Коридор закончился. И лестница.
– Айра! – прокричала моя подопечная, когда мы уже входили в столовую. – Айра же!
Я в растерянности приподняла брови и аккуратно высвободила руку.
Герцогиня Ноарис, которая уже сидела за столом, на крики дочери никак не отреагировала, будто и не слышала их. Или же подобное поведение младшей леди было в этом доме в порядке вещей.
– Звали, леди Энни?
Точно, она. Та самая тетка.
– Куда подевался мой браслет, подарок брата на шестнадцатилетие? – совершенно другим тоном, не так, как говорила со мной вопросила Энни. – Не хочу без него. Принеси немедленно!
Мне как раз хватило времени проскользнуть мимо Айры к предназначенному для меня месту.
Порчу никто не заметил.
Руки затряслись от накатившей слабости. Все же мне пока не следовало тревожить силу.
– Будет сделано, – изобразила услужливость старшая горничная, но в глубине темных глаз мелькнуло раздражение.
Мы с Энни шагнули к своим местам.
И тут воровка охнула, чуть не взвыла и принялась остервенело чесаться, шипя сквозь стиснутые зубы и разрывая на себе платье.
– Что это с ней? – удивилась Энни.
Разорвала. Краденые монеты со звоном посыпались на пол.
Сдерживая ухмылку, я уселась на стул, спиной к действу, и с интересом обозрела выставленные на столе блюда. Не так давно опустошенный досуха резерв восстанавливался и требовал много еды и сна.
– Как интересно… – беззлобно отметила герцогиня.
Пойманная с поличным служанка покраснела. Потом стремительно побледнела. И наконец у нее задергался глаз.
– Я… я… Это все ведьма проклятущая! – И в меня невежливо ткнули пальцем.
При желании я могла бы сделать так, чтобы он у нее обуглился или хотя бы задымился, раз уж палец ей не нужен настолько, что эта Айра им в меня тычет. Но не при хозяйке же! Не то чтобы эта работа мне уж очень дорога, но искать новую попросту лень. Тем более у них тут хаос, требующий активного ведьминского участия.
– Она засунула тебе монеты под платье? – очаровательно невинным тоном поинтересовалась герцогиня и приподняла идеальной формы бровь.
Ну… теперь очевидно, в кого Энни пошла характером.
Айра почесала щеку. И плечо. Но это уже не порча, просто нервы у кого-то ни к тваргу.
– Н-нет.
– Как интересно.
Захватывающе, я бы даже сказала.
И почему вокруг приятных людей всегда крутятся стаи каких-то стервятников, только и мечтающие их обобрать?
– Это все Теор придумал! – сдала истинного «компаньона» старшая горничная. – Вы же все равно денег на хозяйство не считаете!
– Ой, дурында… – донеслось из холла.
Права голоса ворюгам не давали, но с определением я была в целом согласна. Хоть бы попыталась наврать, будто таскает с собой собственные накопления. Я бы, конечно, придумала, как вытащить из поганки правду, но так… это было слишком легко. Непуганые они тут. Обнаглели вконец.
Немая сцена продлилась несколько мгновений. Казалось, только я могла шевелиться, чем и пользовалась, наполнив тарелку Энни до краев, а потом и свою. Мы обе еще не совсем пришли в себя, так что нам обеим надо есть. И спать. А не дрессировать всякий сброд.
– Ну так я принесу браслетик, да? – заискивающе предложила Айра и попятилась.
Я подавила желание закатить глаза. Вроде бы в обществе истинной аристократии такое не очень принято.
Герцогиня грациозно выскользнула из-за стола.
– За мной, – повелела она ледяным тоном с неожиданными властными нотками. Притом получилось так убедительно, что у меня волна холодных мурашек прокатилась по спине. – Оба.
Вторым имелся в виду проштрафившийся дворецкий.
Я проводила их взглядом, однако меня на разбирательство никто не позвал. Вот и ладно.
– Как ты узнала? – с любопытством сверкнула глазами Энни, как только они скрылись из виду.
– Смотрела книги в библиотеке, а они как раз пришли туда делить награбленное, – дернула плечом я.
Замечание относительно того, что хозяевам следовало бы лучше контролировать домашние дела, проглотила.
– А-а… – И тут она заметила гору еды в своей тарелке. Бледная мордашка забавно вытянулась. – Предполагаешь, что я все это съем?!
– Мы обе все еще восстанавливаемся. – Я выразительно указала и на свою тарелку тоже. – Так что ты это точно съешь.
Чувствовалось, что Энни хочется пререкаться, но и есть ей тоже хотелось, да. И она это поняла, едва отправила в рот первый маленький кусочек нежнейшей телятины. За ним последовали овощи под пряным соусом. И моя подопечная окончательно сосредоточилась на еде.
– Почему меня не покидает иррациональное чувство, что, пока ты здесь, моя девочка в полной безопасности? – пронесся над нашими головами голос герцогини, которая уж очень быстро вернулась.
Необыкновенная она все-таки женщина. С виду эдакая фея с вечно мечтательным взором, а уже второй раз заставляет меня вздрогнуть. За один едва начавшийся ужин. Меня, которую, казалось, после лет, проведенных у ведьмы, не заденет уже ничто.
– Понятия не имею… ваша светлость. – Чудом откопала в памяти соответствующее обращение. – Я не могу отвечать за эмоции окружающих.
Покачивая юбками и держа спину так прямо, как если бы на нее в этот самый момент было обращено три десятка посторонних взглядов, герцогиня Ноарис обошла стол и заняла свое место.
Отмахнулась от служанки, которая должна была прислуживать за столом, и та мгновенно исчезла.
Мне же достался проницательный взгляд:
– Так ты все же ведьма?
Угу. Черная.
И вроде бы закон не запрещает мне в этом признаться, я ничего дурного не сделала, но я не привыкла откровенничать.
– Вы уже спрашивали утром, – напомнила спокойно. – С тех пор ничего не изменилось. Я могу заварить травы и немного поделиться жизненными силами, знаю пару бытовых мелких трюков, но на этом все.
Большего я себе обычно не позволяю. Разве что в крайнем случае.
Не моя вина, что здесь он и был. А с подворовывающими слугами я просто не сдержалась.
– Насылать порчу ты не умеешь? – прозвучало как обычное любопытство.
– Сумею даже наслать проклятие, если раздобыть где-нибудь ведьмин гримуар с подробно описанной последовательностью действий. – Я решила, что совсем уж прибедняться не стоит. После своего выступления здесь, за никчемную уже точно не сойду. – Но никогда подобного не делала.
Отношение хозяйки к услышанному так и осталось загадкой.
– Почему же ты не училась? В империи есть прекрасные школы для ведьмочек.
– Мои родные умерли, когда я была маленькой. Большую часть жизни меня заботило выживание, а не магия.
О, она даже сделала грустное лицо.
Но мне-то известно, что личные вопросы здесь задавались, чтобы решить, безопасно ли держать меня в доме, а не почему-то еще!
Вот и герцогиня протяжно вздохнула и оставила неприятную тему.
– Нам нужны новый дворецкий и старшая горничная. Брина… – Здесь я ждала, что мне предложат место последней, все же у меня есть некоторый опыт, но герцогиня опять удивила: – Ты не могла бы подготовить объявление, а потом поприсутствовать на собеседованиях? Как мы недавно убедились, я плохо разбираюсь в людях.
Я ошарашенно кивнула. Понять бы еще, кто я здесь?
Оставшееся время разговор вился вокруг погоды, скуки в этой глуши и… запропавшего куда-то Тьена. Два известия из дома остались без ответа. Герцогиня нервничала, но пока еще не настолько, чтобы связаться с его командиром. Впрочем, была близка к тому. Ее сын уезжал из дома одним из богатейших наследников империи, но сейчас-то он взрослый и, как только вернется, примет титул и прочие привилегии. Унижать сильного боевого мага излишней заботой леди Ноарис не хотела. Правда, сдержанно мечтала отвесить подзатыльник при встрече, ну да что я понимаю в отношениях матерей и сыновей?
Себа́стьен Керрингтон с отличием окончил университет и в числе сильнейших выпускников должен был пять лет прослужить у границ империи, защищая их от врагов по ту и эту сторону Завесы. Тут я чуть не скривилась: у этих магов все та-ак пафосно… Собственно, прошло уже шесть лет. И если до недавнего времени наследник громкого титула хотя бы слал письма, то два месяца назад как сквозь землю провалился. А в имении как раз Энни заболела, и вообще герцогству давно уже требовалась рука хозяина, а не его матери.
Я, кажется, только сейчас осознала, что этой семье принадлежит не только древний замок, но и обширные земли в округе.
Ла-адно. Как только наберусь сил, наколдую им поисковых заклинаний.
И пусть потом не жалуются…

Несмотря на то что устроили меня с комфортом, своей ванной в этой комнате не было и, чтобы помыться, приходилось пользоваться той, что располагалась в конце коридора. Завернувшись в халат и сунув ноги в мягкие тапки, я как раз вернулась в свои временные владения… и чуть не выругалась порчей.
Верните меня в мою прежнюю жизнь! Хочу снова стать незаметной и никому не интересной!
У стены стояла Энни и с крайне заинтересованным видом всматривалась в снимки и вырезки из газет, которые я уже успела закрепить в специальной магической рамке.
Мэтью Трэванс.
Я почувствовала себя голой. Будто весь мир узнал мою тайну. И гаденький внутренний голосок шептал, что это только начало…
Выдохнула. Сжала кулаки так, что ногти болезненно впились в ладони. Неприятные ощущения отрезвили, помогли вернуть самообладание. Следовало понимать, что наличие смежной двери подразумевает полное отсутствие права на частную жизнь.
– Он кто? – Энни чувствовала себя совершенно свободно.
– Маг.
Я стерла большую каплю с носа и поправила полотенце на мокрых волосах. Потом все же стянула его и высушила их потоком теплого воздуха. Энни не то не заметила, не то бытовые магические штучки ее не очень-то интересовали.
– Тебе он кто? – уточнила вопрос она, не сводя взгляда с мужественного лица на фото.
– Когда-то он спас мне жизнь.
Полотенце тоже просушила.
– Он тебе нравится, да? – Кое-кто был слишком настроен на романтику.
– Очень нравится, – отпираться не хотелось.
– И что? – Синие, с темно-серой окаемкой глаза живо заблестели.
– Ничего.
Осмотрев композицию еще раз, Энни смерила взглядом еще и меня, и, судя по обозначившейся между бровями морщинке, что-то ей во всем этом не понравилось.
– И ты ничего не сделала? – возмущенно так спросило это неугомонное романтичное создание. – И даже не собираешься?! Брина, ты же ведьма! Ну, почти ведьма…
– Вот именно, – сухо возразила я, устраиваясь в кресле, хотя хотелось растянуться на кровати и уснуть. – Недоведьма без определенного будущего. И я точно не пара талантливому боевому магу, который то и дело мелькает на балах с расфуфыренными дамами. Мы из разных миров, понимаешь?
Вряд ли она понимала, по глазам вижу.
Они – синие-пресиние – полыхнули негодованием, но Энни сдержалась. Попыталась сдержаться. Леди же и все такое. Ее даже хватило на несколько мгновений, после чего девчонка порывисто выдала:
– Бред собачий! Придуманные условности не могут помешать настоящей любви. Ты должна была бороться! И все бы обязательно сложилось хорошо.
Восхитительная наивность. Вспомнив, что, в отличие от некоторых, леди Энни Керрингтон может себе ее позволить, я даже не стала одергивать.
– Завтра я выберусь в город и куплю тебе книги, которые обещала, – произнесла спокойно. – Уж прости, но в моей собственной истории мало сказки.
Страшной, если только. Но такие домашним девочкам не рассказывают.

Я не владела ситуацией, находилась в ловушке, тонула в уютной темноте. Безопасной. Притягательной. Такой, из которой не хотелось выныривать.
Не было сил вырываться. Голову заполнял тягучий туман.
Кругом царила невесомость. Я лежала на чем-то мягком, без малейшего понимания, где нахожусь и как сюда попала, но было удобно. И спокойно.
Перевела дыхание. Чужое присутствие отозвалось искрами под кожей.
Мрак немного рассеялся. Ровно настолько, чтобы получилось угадать очертания мужской фигуры.
Крепкой. Рельефной. Обнаженной настолько, что смотреть на нее хватало смелости только вскользь, из-под полуопущенных ресниц.
На него.
Сердце то замирало, то вдруг начинало колотиться как бешеное.
Вверх по ноге медленно двигалась горячая ладонь. Я закусила губу, мучительно вздрогнула и глотнула воздуха, показавшегося раскаленным. Коленку ужалил короткий поцелуй. Я отозвалась на него беззвучным всхлипом и судорожно втянула в себя воздух. Настойчивая ладонь продолжила свое путешествие, сдвигая вверх тонкую сорочку.
Мужчина поменял положение и теперь нависал прямо надо мной. Дразнил близостью, щекотал дыханием… Сама не понимаю, как так получилось, что я приподнялась на локте и первая поцеловала его. С неожиданной смелостью впилась в губы, такие мягкие и чуточку горьковатые.
Талию обхватила твердая рука, удерживая меня.
Воздух вновь показался раскаленным. Я задохнулась. Всхлипнула.
Он обвел языком контур моих губ и слегка усилил напор, убеждая открыться, пытаясь проникнуть внутрь, втянуть в свою игру. Новая порция искр, зародившихся под кожей, заставила меня распахнуть глаза.
– Мэтью…
Это действительно был он. В первое мгновение.
Потом лицо подернулось дымкой и начало стремительно меняться. Другие линии и черты, совсем другой взгляд, обжигающая страсть, искрами застывшая в пространстве, и объятия, больше похожие на капкан.
Новый обжигающий поцелуй въедается клеймом в губы. Внутри раненой птицей бьется страх.
От попытки закричать я просыпаюсь.
Тварг.
На то, чтобы выровнять дыхание, понадобилось несколько минут.
Прежде мне никогда не снились откровенные сны. Романтические тоже не снились. Либо кошмары, либо ничего. И сейчас тело ныло и все никак не хотело успокаиваться, а щеки пылали от стыда. Будто на мне крупными символами было все написано и окружающие, стоит им увидеть меня, обязательно все узнают.
Лунный свет падал в комнату через окно и выгодно подсвечивал рамку с вырезками. Так, что даже сейчас можно было рассмотреть изображения.
Поздравляю, Брина, ты даже о маге, в которого влюблена, нормально помечтать не можешь!
Второго лица я, к счастью, не запомнила.
Наверняка оно было вымышленным. Или некстати вспомнился один из демонов.
К тваргу!
Резким выдохом изгнав из себя большую часть эмоций, я встала и на цыпочках подошла к смежной двери. Бесшумно перешла в соседнюю комнату. Энни спала, и лицо ее оставалось безмятежным. Вот и славно.
Прихватив лампу, я вернулась к себе.
Поколдовала над ней немного. По комнате поплыл приятный травяной аромат – перечная мята, вербена и немного цветов.
Завтра обязательно надо наведаться в город. Разведать обстановку и пополнить истощившиеся запасы.
Заполошный внутренний шепоток поведал, что напрасно я послушалась предсказания и сунулась в Келберн, и где-то я с ним была даже согласна, но дело уже сделано, да и поступи я иначе, почти наверняка пришлось бы жалеть.

Несмотря на зажженную лампу, уснуть так и не получилось. Взбудораженный разум одну за другой подсовывал яркие картинки. Паника хлестала по нервам, то требуя сбежать из Келберна обратно в спокойную жизнь, то отправляя меня на кухню готовить успокаивающий чай.
Рассвет я встречала у окна, так и не поддавшись ни одному из порывов. Дождалась, пока макушки деревьев и темные каменные строения позолотят розоватые лучи, и отправилась приводить себя в порядок.
А успокаивающий чай выпью на ночь. Чтобы впредь без картинок.
Следующее потрясение я испытала, когда почтальон принес утреннюю газету. Мальчишка внимательно рассмотрел меня, уголок его рта разочарованно опустился. Ну да, ничего особенного. А он думал, ведьма обязательно должна выглядеть как ведьма? Нет, они обычно так и выглядят. Просто я исключение. Сомнений, что, когда я появлюсь весь город будет знать какие-нибудь свежевыдуманные подробности, не осталось, но угрозу я оставила на языке. И чуть не выругалась, когда вместо трех жалких листочков мне в руки сунули увесистую стопку газет, справочников, печатных сплетен и модных журналов.
Ох же… Огогошеньки.
– Приятного дня, госпожа ведьма! – пожелал почтальон и коснулся побитой жизнью шляпы в вежливом жесте.
Хороший способ не отстать от жизни, живя в глуши.
Что он там сказал?! Я не…
Однако вопить оправдания в уже вышедшую за ворота спину я посчитала ниже своего достоинства. Лишь проводила ее мрачным взглядом.
Когда моя жизнь успела превратиться в полосу препятствий? Все идет наперекосяк. Не плохо, но непредсказуемо и совершенно неуправляемо.
Я так не привыкла. Я этого боюсь.
Тяжеленная стопка бумажного добра в руках совершенно не располагала к долгим размышлениям, так что пришлось загнать страхи подальше и тащить ее на стол. В городе леди обычно лениво пролистывала газету за завтраком, а здесь куда девать эту ежедневную библиотеку?
– Герцогиня читает только «Имперский вестник» и календарь благотворительных мероприятий. – Внезапный голос Сандры заставил меня вздрогнуть. – Остальное Теор относил в кабинет. До утра оно лежало на полке, а потом он запихивал стопку в уничтожающий ящик, чтобы в доме не копился хлам.
Уничтожающий ящик. Огромное количество прессы. Точно, они же богаты!
Если вдуматься, я еще никогда не работала в подобном месте. У подобных людей. Странно, что осознание этого постоянно вылетает из головы.
– Спасибо. – Перевела дух и осторожно улыбнулась. – Тоже считаешь меня ведьмой?
– Знаешь, – показалось, что Сандре очень хотелось отступить на шаг, но она сдержалась, – вчера я поняла, что безопаснее будет ею тебя не считать.
Откровенно. Может, мы еще и поладим.
– Отлично, – объявила я преувеличенно бодро. – А то, видишь ли, неприятно, когда только обустроилась, а тебя уже боятся и ненавидят.
«Ну, хозяйка-то от тебя в восторге…» – читалось на хмуром лице.
Впрочем, ей хватило ума ничего подобного вслух не сказать. Наверняка поладим.
– Распоряжения насчет завтрака будут?
От меня?! Ах да, у меня же опыт.
Пришлось в срочном порядке избавляться от ноши и идти на кухню. Сама не заметила, как влилась в поток ежедневных дел. Выяснила предпочтения каждого члена семьи, вплоть до покойного герцога, и отдала распоряжения. Заодно прочувствовала, что две служанки постарше меня ненавидят, а повару просто все равно. Самой мне тоже было плевать, но не хотелось бы, чтобы из-за чьей-то дурости пострадали невиновные. Поэтому пришлось подняться к себе и еще немножко поколдовать.
Ненавижу это. Как будто в прошлое провалилась. Как в болото, честное слово.
Зеркала тем не менее самый лучший способ следить. Присматривать в смысле. Пришлось повторно опустошить толком не восстановившийся резерв чуть ли не досуха, а потом пройтись по дому, притворяясь, будто определяю, кому какую работу поручить, и раскидать по комнатам маячки. В итоге день толком не начался, а у меня голова уже кружилась и ноги подкашивались от слабости. Зато все под контролем.
И никто не отравит еду из мести, не сможет баловаться магией без моего ведома и не будет больше воровать. Красота.
– Брина, вот где ты вечно пропадаешь?! – прозвенел колокольчиком голос Энни. – Завтрак накрыли, только тебя ждем. Не против, если я пойду с тобой в город? Покажу тебе там все. И отправим еще одно письмо Тьену, я его уже написала. Можно, конечно, и отсюда отправить, но из Келберна быстрее.
Безответственная морда этот их бесценный Тьен. Совести надо не иметь, чтобы запропасть, когда о тебе так беспокоятся! Я думала об этом, позволяя Энни увлечь себя вниз по лестнице и в столовую, но вслух, конечно, ничего такого не сказала. Это их семья. Пусть сами разбираются.
– Девочки, наконец-то. – Герцогиня была немного недовольна нами, но больше увлечена расписанием благотворительных мероприятий, которое листала.
Нехорошо, что я сижу за столом вместе с ними.
Я хотела сказать это, но почему-то ляпнула совершенно другое:
– Можно я полистаю газеты, которые вы не читаете?
– Конечно, дорогая. – Герцогиня даже не посмотрела на меня. – В следующий раз даже не спрашивай, просто бери, что нужно. И не взваливай на себя управление всем хозяйством, это нечестно.
Ничего страшного, мне не трудно.
Простые и правильные слова вновь оказались заменены внезапным предложением, которое я и обдумать толком не успела:
– Сандру можно назначить старшей горничной. Думаю, она справится.
Вот теперь леди Ноарис внимательно посмотрела на меня. И медленно кивнула:
– Хорошо. Скажи ей.
Одну проблему решили. Меня не покидала уверенность, что все идет как надо. Оставшееся время я посвятила листанию газет, которые мне любезно принесла из кабинета та же Сандра. Там были и местные, и столичные, но если в первых царила скука смертная, поскольку обитателей герцогства я еще не знала, то вторые просто не желали показывать мне нужное лицо. Зато принцесса во всех ракурсах, чтоб ей подурнеть! Кукла крашеная. Студенты подняли умертвие, и оно разнесло полквартала, пока его угомонили. Какой-то дурак дрался с наследником престола на дуэли, и теперь его ждет долгое прозябание в приграничье. Маги возвращались с задания и наткнулись на логово безумной ведьмы… Черной, как водится.
Меня прошиб ледяной пот.
– Энн, не надо так выразительно сопеть, – рассмеялась герцогиня. – Хочешь, я выпишу для тебя «Брачный вестник»? Будешь понемногу оценивать ассортимент женихов.
– Нет!
– Ну нет так нет. Я так просто предложила.
Дразнятся. Непривычная к такому, я не сразу поняла.
Тем временем продолжала жадно всматриваться в строчки, но смысл до взбудораженного сознания доходил со скрипом, приходилось каждую фразу по нескольку раз перечитывать. Маги сбились с пути и попросили пристанища в замке, а хозяйка оказалась ведьмой. И не поняли бы, если бы одному не захотелось ночью водички попить. Он-то и засек потоки темной силы, обнаружил ритуал и… не выжил, но успел послать сигнал своим. Тварг, как знакомо! Мощный узор на месте дыры в потусторонний мир, вызванный демон, две девочки-«обменки», которых ведьма звала ученицами, и замороченный хозяин замка, вообще не осознававший, что женат. Отряд почти весь полег, уцелели только двое, притом один из них был тяжело ранен. Зато именно он загнал демона обратно и запечатал дыру. Мужа ведьмы спасли, «учениц» – нет.
– Брина… – Кажется, меня зовут не в первый раз. – Брина, ты в порядке?
Моргнула. Осознала, что сижу с перекошенным лицом, и вернула его на место.
– А… Да. Задумалась просто.
Газету сложила и отложила в сторону. Было там что-то еще, что меня тревожило. Понять бы еще, что именно, но это потом.
Пришлось перед выходом засесть ненадолго в кабинете и написать объявления. Теперь нам требовались исполнительная девушка на место горничной и новый дворецкий. Страшно представить, как скоро мы найдем последнего.
– Брина…
– Иду уже.
Настроения для прогулки не было, но я здесь работаю. Не стоит расслабляться и забывать об этом.
Как раз надевала пальто и старательно игнорировала то, как на него смотрела Энни – ну да, старомодное и унылое, – когда холл озарили золотые искры.
Много-много искр. Блики на стенах. Паника.
Это не моя магия! Готовые сорваться с кончиков пальцев щиты.
Широкая и совершенно счастливая улыбка Энни. И упавшая ей в руку записка на кривом клочке бумаги:

Завтра буду дома. Люблю вас. Тьен. 

– Мама, мама, Тьен нашелся! – оглушила меня воплем Энни. – Он возвращается!
Угу. Прекрасно. Чисто ведьминское чутье на неприятности подсказывало, что завтра моя жизнь опять изменится.

Глава 3

– В таком случае, думаю, тебе лучше остаться дома, – мягко сообщила герцогиня дочери, когда волна радости немного улеглась. – Придумаем, что приготовить к возвращению Тьена. В его комнате надо бы что-то поменять, все же он уже не студент. Совсем взрослый. Как считаешь, может, мне стоит уступить ему герцогские покои?
– Но мама!.. – возмутилась Энни.
– Скоро он женится, так всем будет удобнее.
Вот и стало понятно, вокруг кого теперь будет вращаться жизнь поместья.
Золотой мальчик. Наследник. Герцог.
Чтоб его…
– Я хочу пойти с Бриной!
– Детка, ты только после болезни и… хм… магического воздействия. – Леди Ноарис не постеснялась назвать вещи своими именами. – Давай дождемся Тьена, он же маг, пусть он все проверит. А пока погуляй лучше в саду, мне так будет спокойнее.
– Мама!
Сила ведьм и магов разная. И судя по тому, что у меня получилось прогнать из дома чужие чары, действовала тут именно ведьма.
Я  все проверю. Никакой не Тьен.
– Думаю, твоя мама права. В этот раз посиди дома, – осторожно вмешалась я. – Обещаю, я принесу тебе что-нибудь интересное.
Энни подарила мне и матери по полному негодования взгляду, но ни одна из нас не дрогнула, так что ей не осталось ничего другого, кроме как с обиженным сопением унестись наверх.
Громко грохнула дверь. Мы с герцогиней обменялись понимающими улыбками.
Обещание накупить книжек про любовь в итоге сослужило мне хорошую службу. Особа со стопкой любовных романов у местных совершенно не ассоциировалась с ведьмой. Почему-то они считали, что у ведьм жизнь и без того насыщенная, книжные страсти им не нужны. Я же только заботилась, как пронести покупки мимо герцогини и сделать так, чтобы она потом их не обнаружила у дочери. Пфф! Не понимаю зачем. Все равно у Энни все это будет, и уже скоро.
Серьезным делам тоже время уделила. Травы нашла в аптеке, не все, но на первое время хватит. Разведала, где живет и где ведет прием доктор, но для мести я еще не набралась сил. Ничего, подождем. Хотя тот факт, что по городу наравне со слухами о моей ведьминской силе бродят слухи о том, что это он вылечил Энни, немного бесил.
Сам же городочек оказался маленьким, но не лишенным очарования. Старинный, ухоженный, где все друг друга знают и все идет своим чередом. Не думала, что мне подобное близко.
– Зайдешь, дочь моя? – мягкий, обволакивающий голос заставил вздрогнуть.
Тварг. Из-за него чуть не выронила книги.
– Вряд ли ведьма может быть желанной гостьей в обители богини. – Я повернулась и одарила вызывающим взглядом местного служителя, еще молодого и довольно лощеного.
А он что в этой глуши забыл?
– Почему нет? – Светловолосый мужчина в светлой мантии с золотыми узорами окинул меня добрым взглядом и слегка улыбнулся. – Ведьма что же, не человек?
– Интересный вопрос, – хмыкнула я, торопясь проскочить мимо него поскорее. – Вот ваши столичные коллеги одаренных не жалуют.
– А я не жалую столичных коллег. Большинство из них. Да простит меня милостивая мать-богиня!
Улыбку он из меня все же вытащил, но остановиться не заставил. И преследовать не стал. Вот и чудно. Ссориться со служителем не хотелось, хватит с меня доктора. Ноги спешно уносили прочь от храма, но что-то зудящее внутри заставило оглянуться. Служитель уже втолковывал что-то дородной даме в чепце, заботливо похлопывая ее по плечу. Взгляд же зацепился за фею в нелепом зефирном платье, нагло устроившуюся прямо на крыше храма.
Серьезно?!
Фея, само собой, была не настоящей, а искусно вырезанной из камня, что не умаляло странности ее присутствия здесь. И на городском указателе. И на вывеске книжного. И даже над таверной, но там фея была с формами и в полосатых чулках.
При этом служитель в Келберне присутствовал и живо интересовался делами городка. И зазывал предполагаемую ведьму в храм.
Странно все это. Очень странно.
Зря не пошла с ним. Может, удалось бы выяснить что-нибудь интересное. Но ничего, свидимся еще. Если к тому времени дружелюбное отношение служителя ко мне не улетучится.
Шла в поместье, обдумывая странности и особенно не глядя под ноги. Лишь заметила мельком вырезанную на толстом стволе многовекового дуба фею. Вот же кого-то заклинило! Нет, вообще-то, мило, даже симпатично, но… почему именно феи?
Вопрос отдался сотнями крохотных иголочек в висках.
Я охнула.
Лишь мгновение спустя поняла, что так реагирую на магию. Чужую и темную магию, если быть точной. Тварг! Прикрыла глаза, выдохнула и постаралась сосредоточиться. Да что там, даже стараться особенно не пришлось: темные потоки подхваченным ветром покрывалом пронеслись мимо, оставив за собой на некоторое время колючее предчувствие опасности.
Последние сомнения отпали: где-то по соседству засела конкурентка, не гнушающаяся черной магии.
Само по себе это ничего, даже темная ведьма не обязательно злодейка. Но я уже знала, что она пыталась что-то сделать с Энни, пользуясь тем, что девушка и так отдает кому-то силы и ослаблена. Так что насчет именно этой темной ведьмы лишних иллюзий не питала.
Но и в патруль идти пока не с чем. Чтобы вызвали ловцов, нужно реальное преступление или хоть какие-то доказательства. А я, к своему стыду, толком не поняла, что именно происходило с герцогской дочкой.
Хоть вмешалась вовремя. А с остальным разберемся.
С этим решением я прошла через ворота. Отсутствующий защитный контур раздражал даже сильнее несвершившейся мести доктору, вознамерившемуся присвоить мои заслуги. Ничего, придет время – доберусь до них обоих! Внутри шевельнулось слабое предчувствие… даже не предчувствие, будто ожидание чего-то. Но я не поняла, к чему оно относится, и проигнорировала.
Садовник как раз раскутывал розы. В эту часть империи тепло приходило стремительнее, чем в центральную. Герцогиня в темно-синем пальто стояла рядом и вполголоса давала какие-то указания. Энни, уже простившая всех, крутилась здесь же.
Завидев меня, хитрюга сверкнула своими синющими глазами и беззвучно, одними губами спросила: «Принесла?»
Я потихоньку кивнула.
После этого мы должны были подняться в комнаты и уделить внимание покупкам, но все опять пошло не так.
Предчувствие сбылось. Кто бы сомневался!
Вспыхнули золотые искры. Красиво так, будто звезды днем зажглись. И ни малейшего позыва защищаться. Не то потому, что я уже видела эту магию, не то герцогиня с дочерью заверещали раньше:
– Тьен, мальчик мой!
– Но ты же только завтра обещал вернуться… И-и-и-и!
Энни со всех ног понеслась куда-то мне за спину и, судя по звуку, бросилась на шею вышедшему из портала брату. Их мать просто улыбалась, глядя на детей, и изо всех сил старалась сдержать слезы.
– Полегче, задушишь же… – притворно простонал объявившийся наследник.
– Так тебе и надо! Будешь знать, как пропадать и не отвечать на мои письма!
– На самом деле, я написал еще вчера. Странно, что вы получили мое письмо только сегодня…
У него был приятный, с еле слышной хриплой ноткой голос. А я так и стояла спиной к почти герцогу, застыв, словно изваяние, и не в силах пошевелиться.
– С этой магией вечно какие-то странности. – Ох, как же герцогиня была права! – Иди же ко мне, дай обнять, иначе не поверю, что ты правда здесь.
Смешок напомнил фырканье большого кота.
Тьен отпустил сестру и, обойдя преграду в моем лице, шагнул к матери. Рядом с ним она казалась хрупкой, как статуэтка, и, когда они обнялись, почти полностью скрылась в его объятиях и широком плаще.
– Как же я соскучилась… А ты стал так похож на отца…
– Мам, осторожно, – рассмеялась Энни. – Утопишь его в слезах, и он от нас опять сбежит.
Под плащом угадывалась черная форма ловца, знак командира отряда, какие-то знаки отличия и знак приграничья. Точно, он же отрабатывал обязательную службу после учебы.
– Увы, дорогие дамы, вам придется смириться, что я останусь с вами надолго, – в тон сестре сообщил почти герцог.
– Наконец-то! – почти хором выдохнули они.
– Я бы еще пару месяцев назад вернулся, но Совет поручил нам последнее задание, застряли в Лиагоне с ним, потом пришлось с отчетами возиться… Простите, что не отвечал. Архив зачарован, туда магическая почта не проходит, а обычную я только вчера получил.
Это архив-то? Не может быть, чтобы хранящиеся там документы с книгами из соседней библиотеки не переписывались. Большей чуши я в жизни не слышала! Небось загулял наследник с какой-нибудь красоткой, а теперь матери с сестрой зубы заговаривает. А они и уши развесили.
– Так, а это у нас кто? – Взгляд каре-зеленых глаз остановился на мне.
Глупо, но почему-то вспомнилось, какие книги у меня в сумке, и, будто он мог видеть сквозь ткань и плотную бумагу, щеки вспыхнули жаром.
– Ох, как неловко получилось… – Кажется, леди Ноарис тоже лишь сейчас вспомнила о моем существовании.
– Это Брина, – радостно объявила Энни. – Она спасла меня, когда что-то тянуло из меня жизнь и была еще черная магия. Она лучше объяснит, да, Брина?
Спасибо, дорогая, удружила. Вот тварг.
– Что?.. – каким-то изменившимся голосом переспросил Себастьен.
Мне потребовалось все доступное самообладание.
– Мы так и не знаем, с кем леди Энни делилась жизнью. Но что-то темное пыталось воспользоваться ее ослабленным состоянием, из-за этого ваша сестра болела.
Чуть не погибла. Но не стану сгущать краски.
– Брина. – К моменту, когда прозвучало последнее слово, будущий герцог стоял прямо передо мной. Приходилось запрокидывать голову, чтобы смотреть ему в лицо, а не в форменный китель под плащом. – Я не знаю, как тебя благодарить…
Надолго задержав на мне серьезный взгляд, он поймал мою руку и поднес пальчики к губам.
Поцеловал по всем правилам высшего света – не коснувшись кожи, но слегка пощекотав ее дыханием. И сразу же отпустил. Я с трудом утерпела, чтобы не спрятать руку за спину. Еще и порчей кое-кому в лоб засветить хотелось, но и тут пришлось сдержаться. Я сегодня вообще очень сдержанная.
– Ваша светлость…
От поклона меня удержали, перехватив за плечи.
– Ай, не обзывайся! – отмахнулся Себастьен. – Я еще даже не герцог.
Они с Энни потрясающе похожи.
И он не такой мрачный, как большинство боевых магов. Нет рядом с ним ощущения сжатой пружины.
Что ж, по крайней мере, меня все еще не уволили.

Поглощенная возвращением брата, Энни так и не вспомнила о книгах. Да что там, жизнь всего поместья мгновенно завертелась вокруг вернувшегося наследника. Горничные сбивались с ног, прибираясь в его комнате, повара готовили его любимые блюда, мать и сестра не отходили от него. Я даже не пыталась контролировать этот хаос. Лишь поморщилась, когда леди Ноарис попросила отправить посыльного в цветочную лавку, где продаются магически напитанные цветы, способные оставаться свежими долгие месяцы. Видите ли, ей захотелось оживить пространство… в комнате Тьена, конечно же.
Подумаешь! Придет лето, я им сколько угодно таких цветов напитаю. Сейчас-то срезать нечего.
Одернула себя. Мне-то какая разница? Я же не завидую этому всеобщему любимчику?
Сам он сидел на пухлом диванчике рядом с сестрой, с живым интересом слушал ее болтовню, вежливо улыбался, если кто-то из слуг обращался к нему, но… вот совсем не похоже, что наслаждался всеобщим вниманием.
Не завидую. Просто я только-только обжилась, не хотелось бы сейчас срываться с места. Хотя, может, так было бы лучше…
Раздав указания, я выскользнула из дома и пошла к воротам. Силы на контур соберутся дня через три, но наметить линию можно уже сейчас. Хоть какое-то занятие, а то от этих попрыгушек вокруг Тьена уже голова трещит. До сих пор как-то так получалось, что я служила исключительно у одиноких женщин. Ну, не считая того первого владельца кофейни, но мы с ним быстро расстались, взаимно недовольные друг другом. У меня, правда, и от него имелись блестящие рекомендации. Помню, тогда так разозлилась, что мстительно заставила его на три листа восторгов написать… С дамами же было безопаснее и спокойнее. Они иногда вздыхали о покойных мужьях и уехавших далеко детях, изредка отпускали замечания, с которыми я была не согласна, но впервые сегодня я своими глазами увидела, как это, когда жизнь вертится вокруг мужчины. И мне это не слишком понравилось.
Совсем не понравилось. Раздражает.
Еще даже не начала искать начальную точку, как меня отвлекли…
– Милочка, как чудесно, что я вас поймала! – К воротам спешила раскрасневшаяся дама в дорогом пальто. – Я здесь… прогуливалась, да. Доктор прописал мне больше дышать свежим воздухом. А тут вы… Скажите, правда, что Тьен вернулся? И он, наконец, станет герцогом? Поселится здесь?
Тварг. В смысле богатая толстая сплетница.
– Его светлость в доме, – признала сухо. – Дальнейшие его планы мне неизвестны.
– Конечно, откуда же вам знать, – малость снисходительно и даже не осознавая, что рискует вернуться домой со свеженькой бородавкой на носу, пропела дама. И сунула мне в руку карточку. – Вот, передайте ему приглашение. На следующей неделе прием у Титтонов. И моя старшенькая как раз возвращается из пансиона… Как шикарно все совпало, да?
Еще и сводница. Впрочем, откуда я знаю, вдруг драгоценный Тьен срочно ищет жену?
С вежливой улыбкой я взяла приглашение и направилась к дому. Контур планировать лучше ночью, раз такое дело. Не станут же эти ненормальные и по ночам поместье осаждать? Или станут?
Приглашения присоединиться к хозяевам за обедом, а потом и за ужином я благоразумно отвергла. Ни к чему высовываться. Да и дел полно. Всяких. Разных. Энни посопела обиженно, но я убедительно изображала бурную деятельность, а она все еще была поглощена своим Тьеном, так что сегодня уединение мне сошло с рук. К тому же благодарная за повышение Сандра притащила мне поднос с едой в комнату.
Вот и чудно. Вот и славно.
Остаток дня прошел спокойно. Я начертила схему будущего контура и даже немного погордилась собой: с первого раза и без помарок узор вышел четким, а пальцы уже горели от желания напитать его силой. И это при том, что я сама защиту ни разу не ставила. Зато это делала ведьма, пользуясь мной как проводником. Я так многие штучки запомнила.
Забудешь тут, когда тело прожигает боль и алым фейерверком взрывается в голове. Ощущения отчего-то каждый раз получались новые. Но не стоит о мрачном. Было и прошло.
Я немного полистала журнал с модными платьями, дождалась, когда дом погрузится в тишину, и направилась в ванную. Надеюсь, завтра всеобщее воодушевление схлынет и жизнь хоть немного войдет в привычную рутинную колею.
Горячая вода всегда была моей маленькой слабостью. Одной из немногих, которые я позволяла себе. Восемь лет назад, когда обещала себе отказаться от использования магии, я дрогнула и на третий день начала греть воду для умывания. Потому что магического подогрева в том жилье и в помине не было. В плену у ведьмы его тоже не было, но даже там я находила маленькие способы чуточку улучшить свое существование. Огребала за это регулярно и болезненно, но именно за упрямство и немного за наглость мерзавка не позволила меня выпить досуха потусторонним тварям. Берегла для какого-то особого случая. И вот – ее нет, а я очень даже жива.
Наверное, никогда не перестану об этом думать.
Но сегодня вместо страха, свернувшегося колючим клубком внутри, на губах играла легкая улыбка.
Я выбралась из ванны и принялась растирать себя большим полотенцем.
Мысли то ныряли в прошлое, то вдруг начинали перебирать платья из каталога и места, куда бы я могла уехать и зажить счастливо. Только наколдую этот треклятый контур. И проучу доктора с его дурацкими сахарными сиропами. И отдам Энни ее книжки. А еще…
Взгляд отозвался на коже теплом. Хм… Взгляд. В ванной.
Я резко повернула голову… и встретилась глазами с Себастьеном Керрингтоном. Тварг!
– Прошу прощения. – Будущий герцог вежливо покраснел и закрыл дверь с той стороны.
Выдохнула. Строго посмотрела на свою руку, чтобы не смела мне тут дрожать. Чего ему понадобилось в общей ванной, если у него своя есть?!
Собственно, выяснить был лишь один способ. Я быстро завернулась в халат и вышла в коридор.
Тьен все еще стоял там, подпирал плечом стену и гипнотизировал взглядом дверь, из которой я как раз появилась.
– Увлекаетесь подглядыванием за купающимися служанками? – получилось довольно дерзко, но он первый начал.
Поучиться бы у него так убедительно раскаиваться. Если бы не его взгляд мгновение назад, я, может, и поверила бы.
– Еще раз приношу свои извинения, Брина, – с непробиваемым спокойствием повторил он. – В моей ванной накрылись бытовые заклинания, я решил воспользоваться общей, и… хм… получилось неловко.
Впредь буду запирать дверь. И запечатывать магией.
– Давайте считать, что этим вечером мы не виделись? – Я нашла идеальное решение.
Компромисс был принят кивком. Я поспешила в свою спальню.
Тьен направился в ванную, как и планировал.
– Брина? – И когда я остановилась и посмотрела на него, тихо добавил: – При всем желании я не смог бы забыть эту встречу.
И пока я боролась с рвущейся наружу порчей и искала в меру вежливый способ поставить на место бесстыжего баловня судьбы, бессовестный тип скрылся в ванной. Тварг!
Румянец сполз со щек на шею и ключицы. Перед глазами плясали маленькие звездочки.
Ла-адно. Спокойствие. Необязательно как-то реагировать. Ничто не мешает мне забыть неприятный инцидент. А если он не прекратит… смотреть и не знаю, что еще… использую магию. Или уволюсь и уеду. Ведьме с рекомендациями не составит труда прокормиться.
Успокоившись немного и определившись с планом действий, я зацепилась взглядом за приоткрытую дверь его комнаты.
Понятия не имею, что в меня вселилось, но я опомниться толком не успела, как уже осматривалась внутри.
Обстановка немного безликая, что и понятно – Себастьен Керрингтон несколько лет не жил дома. Его вещи еще не доставили. Но в комнате уже едва уловимо пахло хорошим мужским парфюмом и капельку тимьяном. Я фыркнула, стремясь отделаться от запоминающегося аромата, мазнула взглядом по разобранной постели… кожу ужалило знакомым ощущением.
Отлично знакомым. Пугающе знакомым, я бы даже сказала. Так точно не фонят полетевшие бытовые заклинания.
Я ломанулась в ванную, как если бы от этого зависела моя жизнь. Дверь легко поддалась, саднящее ощущение на коже усилилось, и по венам пронесся жидкий огонь. Тварг! Краны оплавились, а сама каменная ванна обзавелась внушительной трещиной. При этом уже порядком износившиеся бытовые заклинания были исправны.
Здесь произошел выплеск силы. Темной.
И если бы эту силу вовремя не взяли под контроль, весь дом могло снести.
Память подсунула непробиваемо спокойный образ Тьена Керрингтона заодно с общеизвестной информацией о том, что у истинной аристократии в крови умение держать лицо в любой ситуации. Даже если мучительно больно? Даже когда хочется убивать? Или когда сам погибаешь от рвущей тебя изнутри темной силы?
Я прошипела ругательство и помчалась в общую ванную. Головоломка почти сложилась, но сейчас не было на это времени. Надеюсь, этот сумасшедший там еще цел!
Двигаться абсолютно бесшумно я умела и сейчас могла поклясться, что не издала ни единого лишнего звука. И все равно не было неожиданностью, когда Тьен сразу же повернул голову в мою сторону. У магов тоже есть чутье.
Бледный. Но живой. Только из раны в боку сочилось что-то черное с серебряными вкраплениями самой опасной магии.
Страх туманил голову. Все же когда колдуешь не сама, это не то же самое.
Одновременно тело словно жило своей самостоятельной жизнью: я уже успела войти внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь.
– Вот тварг… – не удержалась от оценки ситуации. – Так это о тебе писали в газетах? Ты был в отряде, который почти полностью погиб в замке черной ведьмы?
Когда ругаешься или хотя бы болтаешь – не так жутко.
– Матери с сестрой только не говори, – сквозь зубы попросил будущий герцог.
Это он от боли. Боль, должно быть, дикая…
– Серьезно? В такой ситуации ты еще способен думать об этом?!
– Не хочу их волновать.
Ясно. Он хороший.
А я закатила глаза, показывая, что думаю об излишнем благородстве. Нашел тоже время!
Сжав зубы, шагнула к нему и потянулась к ране, в ответ на что этот псих выставил щит. И нашел же силы!
– Осторожно, – рыкнул на меня. – Ты понятия не имеешь, как это опасно.
Да ладно?! Я скептически фыркнула и зажгла в пальцах серебряные магические огни. Продемонстрировала их магу и стала понемногу убирать силу из так называемых энергошаров, которые стремительно окрасились в фиолетовый, а потом и вовсе растаяли черным дымом.
– Поверь, я точно знаю, куда лезу, – произнесла ровно.
Тьен прерывисто выдохнул и убрал щит.
– И почему ведьмы больше не хотят варить приворотные и накладывать порчи? – вопросил ворчливо.
– Эмансипация? – прищурилась я.
И нечего тут морщиться. Между прочим, это я после всего опять останусь с опустошенным резервом. Что ж не везет-то так? Связалась на свою голову.
Окутанные магией пальцы коснулись бордовой припухшей кожи. От меня не укрылось, как мужчина вздрогнул и стиснул зубы.
– Можешь кричать, – разрешила щедро и приготовилась колдовать звукоизолирующие чары.
– Спасибо, – он даже попытался изобразить кривую усмешку, – но я, пожалуй, воздержусь.
Ну… как знает. Потом пусть не жалуется, если на его вопли прибегут не только мать с сестрой, но и все слуги.
Осторожно ощупывая, я отделила крохотную искорку силы на диагностирующее заклинание. Ну да, так и думала… Рана заражена кровью демона, а поверху кто-то добрый наложил незаживающую порчу. Странно, что в таком состоянии он сумел вернуться домой и неплохо так продержаться весь день. Разве что его в столице подлечили, но мощный портал активировал остатки магии в ране.
– Приготовься, будет больно…
– Не сюсюкай со мной. – Вот и пытайся изобразить подобие заботы! Хоть бы кто оценил! – Просто делай, что надо.
Морда неблагодарная. Отлично!
Я резко надавила. Будущий герцог дернулся, но даже не застонал, только зубами скрипнул. Ничего такая выдержка. Ах да, он же боевой маг! По пальцам потекла черная жижа, шипя и пузырясь от взаимодействия с моей силой. И это они еще довольно схожи. Возьмись это лечить маг или обычная ведьма, тут бы полдома смело. Меня же больше волновало, как успеть выдавить всю гадость до того, как у Тьена закончится терпение и он пошлет меня вместе с таким лечением куда подальше. Звание мага и все эти литые линии тренированного тела не обманут меня, изнеженные герцогские детки редко умеют долго терпеть.
– Осталось немного. Сейчас я запущу очищающее заклинание и сниму порчу.
– Какую порчу?!
Ну нервничать-то так зачем?
– Которую ты привез с собой из столицы, вероятно.
Он посмотрел на меня странно, но никакой глупости не сказал. Уже хорошо.
Крошечная серебряная искорка скрылась в ране. Судя по выражению лица, Себастьен в мыслях грязно выругался. Я же аккуратно подцепила порчу и гневно зашипела, когда она обожгла мне пальцы.
Свеженькая. Может, он и не в том бою ее получил? Похоже, кто-то сильно не хотел, чтобы его светлость выкарабкался.
– Прости, – хрипло произнес маг, возвращая меня в реальность.
Проследив за его взглядом, я наткнулась на свои обожженные пальцы. Да уж. Жить в поместье Керрингтонов как-то неполезно для моего здоровья. О поджидающем к утру истощении вообще молчу.
– У меня был шанс притвориться, будто ничего не заметила, и спокойно лечь спать.
Интересно, есть какой-то ритуал, усыпляющий в ведьмах совесть и излишнее чувство сострадания? Мне позарез надо.
– Я едва не убил сестру, – хрипло выговорил Тьен, в то время как я полотенцем и остатками его рубашки стирала с него черные вязкие разводы. – Никогда бы себе не простил.
– Полагаю, ты был без сознания и подпитывался от Энни безотчетно, – спокойно заметила я.
Задела пальцами твердые мышцы у него на животе. Торопливо отдернула руку. Из раны уже начинала сочиться нормального цвета кровь, подтверждая, что мы на верном пути.
– Это не оправдание, – забывшись, мотнул головой маг и тут же поморщился от боли.
– Тогда, может, тебя утешит, что ее убивал не ты, а темное колдовство, раз за разом присасывающееся к вашей связи?
Болотные глаза полыхнули золотыми искрами и погасли. На столь бурное проявление эмоций у их хозяина не оставалось сил.
– Ты…
– Виновника не нашла.
Моя искорка сверкнула у него под кожей и погасла. Из раны пошла розоватая пена. Тьен собрался ругаться, но посмотрел на меня и стерпел. Тоже мне, нашел принцессу! Ведьминские ушки бы как-нибудь пережили пару сочных словечек.
Смыв остатки пены, я наложила на рану заклинание стазиса со средним обезболиванием. Полное магам противопоказано – они тогда геройствовать начинают. Еще один урок из прошлой жизни.
– Дойдешь к себе? – Будущий герцог держался на чистом упрямстве, есть с чего засомневаться. – Я приберусь здесь, потом закончу с тобой.
– Перевяжешь, и все. – Тварг, ну почему мужчинам надо обязательно пытаться командовать? – Само заживет. Не хочу, чтобы ты свалилась с истощением.
Я закатила глаза. Ненавижу спорить. Подчинением бы ему сейчас в лоб, но у меня не хватит сил подчинять и лечить одновременно.
– Угу, а завтра ты обнимешь маму или сестра повиснет на тебе – и прощай, секретность, здравствуй, долгое лечение с постельным режимом, – красочно описала открывающиеся ему перспективы, если вдруг он сам не понял. Хотя красок я могла добавить и больше: – Кстати, ты в курсе, что местный доктор – приверженец исключительно подкрашенных сладких сиропов? Удачи тебе когда-нибудь долечиться.
И нечего на меня так убийственно смотреть. Я, может, тоже мечтаю о заклятии подчинения, но зверских же рож не строю!
– Откуда ты такая взялась, – вздохнул Тьен, сверля меня взглядом, а вот мое имя произнес длинно, будто растягивал удовольствие, – Бри-и-ина?
Промолчать бы, но…
– Восемь лет назад меня спас от ведьмы другой отряд. Я считалась ее приемной дочерью с трех лет. А до этого она убила мою семью у меня на глазах, но подробностей я толком не помню.
Не то я сказала что-то шокирующее, не то силы его все-таки подвели, но Себастьен схватился за дверной косяк, чтобы не упасть.
– Я… мне жаль и…
– Иди уже!
Меня саму немного мутило, а еще надо рану заживлять. Казалось бы, черная магия для этого не очень-то предназначена, но если рана нанесена ею же… Я лечила девчонок после демонов. Давно. Мы все друг друга лечили. Стоит надеяться, что навык не утерян.
Наскоро затерла пол и редкие капли на поверхностях. Спалила перепачканные тряпки в серебряном пламени силы. Разогнулась, потерла ноющую спину.
Какой тварг меня за язык дернул? Впервые за все годы потянуло на откровенность. Заодно выяснила, что печати, спрятавшие меня на первых порах, почти растаяли. Оно и понятно, опасности давно нет. А я всего несколько слов сказала, но с души будто каменную глыбу убрали.
…Тьен лежал на кровати поверх одеяла. Стоило мне войти, он вздрогнул и открыл глаза. Чары замораживали рану и блокировали боль, но он не позволял себе сонливость. Что же, его можно понять. Кто я такая, чтобы он мне доверял?
– Лечить нормально я не умею, поэтому просто заращу рану вливанием силы, – пояснила на случай, если мои действия покажутся ему странными. – Приятного мало, зато относительно быстро.
Не сводя с меня какого-то странного взгляда, маг кивнул.
Прекрасно.
– Потом приготовлю тебе укрепляющий отвар, который делала для Энни.
Я присела на край кровати и, не оставляя себе времени на неуверенность, сняла замораживающие чары.
Рана попыталась брызнуть кровью, но я уже начала наполнять ее своей магией. Ну давай, срастайся… Тварг, эти маги такие прожорливые! Оставалось тихо порадоваться, что кое-кто не стал упрямиться и позволил закончить сомнительное лечение сейчас, потому что к утру мои усилия пошли бы насмарку и рана вернулась бы в прежнее состояние. Все потому, что вокруг слишком нестабильный фон.
Я придвинулась ближе. Низко склонилась над ним. Мгновения утекали, сливаясь в куда более долгие отрезки времени… В конце концов я обнаружила, что едва не тычусь носом в кубики на его животе. Тварг… Выпрямилась. Точнее, немного отодвинулась. А между прочим, вживую выглядит лучше, чем во всяких там журналах. И прикасаться к горячей коже так странно. И чувствовать, как он вздрагивает от моих прикосновений. Конечно, какому магу понравится зависеть от магии ведьмы. Пусть и несколько минут.
Голова противно кружилась. Моей природе вообще было противно, что приходится делиться силой. Даже не делиться, а в очередной раз отдать всю. И кому – какому-то магу! Есть. Края раны начали потихоньку стягиваться. Во рту появился солоноватый привкус с характерной металлической ноткой, но я упрямо потянула еще силу. И еще. На этом можно было бы и закончить, но почему-то не хотелось, чтобы у него остался шрам.
Просто я привыкла свою работу делать хорошо. И все.
С этой мыслью и ухнула в темноту, но успела еще почувствовать, как боль рассыпается звездами перед глазами.
Кажется, все-таки переборщила и отдала слишком много.
Завязываю с добрыми делами. Уж очень они наказуемы.

Глава 4

Пробуждение получилось… занятным.
Гулкая пустота в резерве. Тяжелое от слабости тело. И нос, уткнувшийся в подушку. Горячую и едва уловимо пахнущую парфюмом с тимьянной ноткой подушку.
Хм. Помнится, вчера…
Не успела додумать мысль, как «подушка» под моей щекой вздохнула. Уже в этот момент я напряглась, но все еще пыталась придумать другое разумное объяснение. Однако когда одеяло поползло вверх по спине, а потом погладило меня по волосам, я сдалась.
– Вот тварг! – простонала, подскакивая как ужаленная.
Я спала на будущем герцоге!!!
Комната вместе с кроватью мстительно закачалась перед глазами, будто соблазняя рухнуть обратно и еще немножечко поспать. Ну хоть просто полежать. М-м-м, как же погано!
– Ты обозналась, – насмешливо сообщили рядом. – Меня зовут Тьен.
Выглядел он на порядок лучше. И следа от шрама не осталось.
В глазах медленно прояснялось.
Уже достаточно, чтобы разглядеть, на чем я прикорнула. Жарко стало так, что я вся угрожала расплавиться и от стыда подальше стечь куда-нибудь в подземелья. А он еще смел усмехаться!
– Прокляну, – буркнула… не очень угрожающе.
– У тебя резерв пустой. – Не более чем констатация факта.
От стремительного побега меня удерживало лишь понимание, что стоит совершить одно резкое движение – и мне опять поплохеет. А потому что нечего до полного истощения лечить всяких там магов!
– И это вместо благодарности?
– Прости. – Ни чувства вины, ни мук совести на породистой морде не отражалось. Там вообще кроме щетины, с которой пора было уже что-то делать, ничего видно не было. – Я вчера еще раньше тебя вырубился. А утром ты так сладко сопела… Эй, ты чего?!
Подушкой по лбу, вот чего!
Уй-й, опять все кружится… Свалилась бы с кровати, если бы Тьен не придержал.
– Представляешь, что подумали, если нас кто-нибудь видел?
Он поморщился. Наверное, представил. И от глупых замечаний воздержался.
– Хотел предложить тебе поспать еще, пока я принимаю душ и отдаю распоряжения, – протянул задумчиво и выбрался из кровати. В отличие от меня, у него ничего не кружилось и не качалось. – Но лучше нам переместить тебя в твою комнату, пока дом не проснулся.
Согласиться я не успела. Вообще не успела открыть рот.
Он выглянул в коридор, оценил обстановку, после чего подхватил меня на руки… ну а моя комната находилась за соседней дверью, нести было недалеко.
– Вижу, тебе намного лучше.
Тьен застыл со мной на руках.
– Благодаря тебе, – сказал тихо и серьезно.
– Я… не нужна больше Энни, она здорова, и… можешь меня уволить. Это было бы логично. И правильно. Не думай, вы ничем мне не обязаны. И точно…
– Брина?
– М-м-м?
Он все еще держал меня на руках. Над кроватью. И, обнимая его за шею, я касалась обнаженной кожи, чувствовала ее жар, с удовольствием бы отдернула руки, но мне требовалось держаться.
– Ты нам очень нужна, – сказал Тьен тем же тихим и серьезным тоном.
Прозвучало как-то не так. Аж уши покраснели.
– Неправильно, что я живу в соседней комнате с наследниками, – попробовала вернуть определенность своего положения я. – Предполагалось, что Энни может потребоваться мое присутствие в любое время. Но сейчас…
– Сейчас ты выспишься, потом поешь и весь день проведешь за какими-нибудь приятными занятиями. У тебя выходной, – перебил Себастьен Керрингтон, некстати вспомнив, что он будущий герцог и вообще здесь хозяин. Властные нотки в его голосе проникали дрожью под кожу, вызывая подспудное желание подчиняться. – О работе поговорим, когда ты полностью восстановишься.
С этими словами меня наконец опустили на кровать. Через мгновение маг неслышно прикрыл за собой дверь.
Я лишь проводила растерянным взглядом широкую спину.
Еще погадать, что ли? Полагаю, свое дело я тут сделала. Оставаться дольше необязательно. Нет, Энни и герцогиня мне нравятся, да и дела в городе остались. С доктором еще не разобралась, и те темные потоки… Но мне не по себе под одной крышей с мужчиной, который к тому же не игнорирует сам факт моего существования. Не уверена, что с ним получится подружиться, как с Энни. Или получится? Себастьен вроде неплохой, но какой-то уж слишком простой и близкий для представителя древней аристократии. Это нервирует, если честно.
Гадание послало меня… да почти буквально послало, велев оставаться на месте. Допустим. В конце концов, у меня остались здесь дела.
Пора привыкнуть, что мужчины – такие же люди, и с ними, наверное, можно мирно сосуществовать.
Если что, скоро я восстановлюсь и буду способна как минимум на порчу.
Не успела мысль принести успокоение, как в дверь поскреблись и с моего разрешения вошла Сандра с подносом. Теперь это не было ее обязанностью, но, похоже, она считала меня кем-то вроде приятельницы.
– Вот ты как хочешь, но я все-таки думаю, что тут не все чисто, – сообщила она с порога.
– В смысле?
– Не успела леди Энни поправиться, как Тьен… ну, то есть господин Себастьен сказал, что ты приболела, – развила свою мысль девушка. – Лежи, лежи. Сейчас я все аккуратно расставлю.
Подсунув под спину подушку, я все больше округляющимися глазами следила, как она пододвигает ко мне изысканные блюда. Каша с кусочками фруктов, для которых сейчас был не сезон, маленькие бутерброды с дорогущим паштетом, ароматный кофе и даже пара кексов, украшенных шапками взбитых сливок. Завтрак точно не для компаньонки младшей леди.
– Тьен, значит? – переспросила недобро.
Если он что-то там себе подумал…
– Моя мама здесь раньше работала, мы с детства знакомы. Теперь трудно перестроиться, – отмахнулась Сандра и, наклонившись ближе, заговорила о своем: – Она так мной гордится! Старшая горничная в двадцать три! Между прочим, все благодаря тебе. Я никогда этого не забуду.
– И шашней со служанками он не заводит?
– Кто? – Сандра растерянно моргнула.
– Тьен этот ваш.
– Нет, что ты! – Ей показалось, что я сказала что-то смешное. – Он благородный, не бойся. Ты просто его не знаешь.
Вернулись к тому, с чего начали: мне пора учиться взаимодействовать с мужчинами. С магией же получилось! Последние дни, кажется, только и делаю, что колдую, и ничего. Мне даже нравится. И я собираюсь продолжить.
Вздохнула, успокаиваясь, и набрала ложкой каши.
Что такого эти важные повара делают с овсянкой, что она перестает быть противной?
День прошел именно так, как приказал Тьен, хоть я и не собиралась его слушаться. Не в личных вопросах точно. Но сначала хотелось есть, потом – спать, свежие цветы, волшебным образом появившиеся на столике у кровати, радовали глаз, а возможность денек побездельничать просто радовала. Что совершенно на меня не похоже: обычно отсутствие четкого плана и списка срочных дел нервировало, но сегодня впервые за долгое время я по-настоящему наслаждалась отдыхом.
Чувствовала, как по капельке восстанавливается резерв.
Нет-нет да и бросала взгляды на пышный букет.
Забежавшая за подносом Сандра рассказала, что доставили вещи Тьена и внизу творится настоящий бедлам. Я же откинулась на подушки и безмятежно улыбнулась.
Завтра. Возьму себя в руки, надену одно из привычных унылых платьев и, может быть, даже попрошу переселить меня на первый этаж. Но сегодня позволю себе немного ослабить защиту.
В итоге вылезла из-под одеяла ближе к вечеру и лениво прошлепала в ванную. Сил на щиты и чары пока не было, поэтому мылась быстро и то и дело бросала взгляды на дверь, но в этот раз меня никто не потревожил.
Расслабляться, впрочем, было рано.
Дверь в комнату оказалась приоткрыта, а внутри меня дожидался Себастьен Керрингтон собственной домашней и, вынуждена признать, довольно очаровательной персоной.
– Еще немного, и начну сомневаться в правдивости слухов о том, что ты не ухлестываешь за прислугой. – И сама на себя разозлилась. Почему-то, стоило ему оказаться поблизости, тянуло выставить шипы.
– А кто распускает столь неполезные для моей репутации отъявленного повесы слухи? – грозно сдвинул брови Тьен, и я вновь поверила Сандре: он точно не ловелас.
Тогда с чего столько внимания? Не по себе как-то.
– Тебя все обожают, – пробурчала, неловко переступая с ноги на ногу. – Вас.
– Тебя, – снова поправил он. – Да войди уже, я не кусаюсь… В крайнем случае, сглазишь меня.
Не могу, резерв еще не в норме.
Точнее, могу, но дело кончится очередным истощением.
Порог комнаты я все же переступила и дверь за собой закрыла. Решила же общаться с ним как просто с еще одним человеком.
– Брина-а… – как-то странно протянул Тьен, и в его глазах зажглись золотые искорки смеха, – я даже не знаю, что меня пугает больше. Идеальный каждой линией узор защитного контура в исполнении не обученной толком девчонки или твои книги.
И этот гаденыш выразительно потряс ярким томиком с парочкой на обложке. Двое сплелись в страстных объятиях, девица уже успела стянуть с любовника рубашку. А щеки почему-то вспыхнули у меня.
Тварг.
– Эления сильнее прижалась к нему бедрами, и Конрад, одурманенный ее ароматом, потянулся за поцелуем… – прочел Тьен, раскрыв книгу. – Хм-м.
– Эй, отдай!
«Это твоей сестры!» Но такое не скажешь хозяину дома, где работаешь.
Приходилось краснеть и сопеть. Вынужденно. Чтобы не подумал чего. Да.
– Ладно тебе, всем иногда нужно расслабиться, – понимающе усмехнулся будущий герцог. – Рад узнать, что под твоими строгими платьями бьется живое сердце, а эту серьезную головку время от времени тянет на что-то легкомысленное.
В очередной раз ощутила, как жар румянца стекает вниз по шее.
Как он это делает? И зачем?!
– Все? – спросила прохладно и, изловчившись, попыталась отобрать у него добычу, но Тьен успел вовремя отдернуть руку с книгой.
Вообще совести у некоторых нет.
– Почему ты не поступила в ведьминскую школу? – уже серьезно спросил он.
– Решила, что ведьм с меня хватит.
Еще один бросок – почему-то казалось важным победить хотя бы в такой мелочи, – но Тьен вновь чуть сменил положение, а я едва не рухнула на него. И рухнула бы, если б он свободной рукой не подхватил. Отпускать, впрочем, не думал – притянул к себе и так и замер. А глаза тем временем смотрели серьезно и изучающе. Прямо в глаза, а не на что-то другое, хотя полы халата и разошлись слегка.
– А сейчас? Не передумала? – Я его еще не прикончила только из-за этого взгляда. Странно, но ему был действительно важен этот разговор и мои планы. – Твой уровень заметно выше обычной ведьмочки-первогодки, но школа дает защиту и, как бы это назвать, умение взаимодействовать с другими ведьмами… и с неведьмами тоже. Если захочешь, я знаю хорошее место недалеко от столицы. Мы готовы оплатить твое обучение в благодарность за все, что ты для нас сделала.
Я вывернулась и поправила халат:
– В благодарность можешь просто прибавить мне жалованье.
– Брина!
– Я уже двадцать три года Брина, – фыркнула, сдувая кудрявую прядь с лица. – И точно не хочу к ведьмам.
Он вздохнул с таким видом, будто и не ожидал от меня ничего другого.
– У тебя впереди целое лето, чтобы подумать. – А прибавку зажал. Но не то чтобы я жаловалась. Мне и так щедро платят, хотя пока не совсем понятно за что. – Кстати, это тебе. Конфеты.
– Зачем? – Из меня опять полезли шипы.
– Я привез сестре и матери подарки, милые сувениры для слуг, но о твоем существовании понятия не имел… Поэтому тебе достались конфеты. Хороший шоколад. Надеюсь, тебе понравится.
Небольшая коробка была обернута золотистой бумагой и перевязана лентой, украшенной настоящим жемчугом. Еще одно напоминание, насколько мы из разных миров. Я жила в крупном городе и знала, что у богатых леди такие вот ленты принято выбрасывать вместе с упаковкой. А потом в мусоре копаются мальчишки из бедных кварталов, и одной такой найденной ленты хватает, чтобы кормить семью из нескольких человек пару месяцев.
Разные реальности, которые пересекаются весьма специфическим образом.
– Ладно. В смысле спасибо.
Очаровательно улыбнувшись, чем усыпил мою бдительность, Тьен шагнул ближе и быстро коснулся губами моей щеки. И раньше, чем я опомнилась, вышел за дверь.
Моргнула. Поймала себя на том, что трогаю «пострадавшее» место.
– Эй, стой! Книга!
– Пожалуй, я ее возьму. – Он весело подмигнул мне через плечо.
– Зачем?!
– Интересно узнать, что тебе нравится.
А мне интересно, осталась ли у меня еще какая-нибудь часть тела, которая не покраснела сейчас?
Без этого мага в поместье жилось куда спокойнее.
Утро жужжало голосами слуг, обсуждавших что-то явно захватывающее, и, судя по застывшему в воздухе напряжению, темой было уже не возвращение Себастьена Керрингтона – чтоб ему там спалось до обеда! – в родные края.
Незримые грозовые тучи я почувствовала еще на середине лестницы.
Тварг, ну что у нас опять происходит?!
По привычке я встала рано, правда, теперь не могла найти себе работу. Покосилась на немного потертую штору в гостиной, нахмурилась на пятно на вязаной салфетке… Загвоздка состояла в том, что это теперь не моя ответственность. Энни же хорошо себя чувствует и во мне особенно не нуждается.
Газеты и журналы стопкой высились на столике у двери, предназначенном для корреспонденции.
– Бедная девочка… – охнула сердобольная помощница повара.
– И не говорите, – почему-то именно тихий и серьезный голос Сандры заставил мою руку замереть в воздухе. – Всего месяц назад совершеннолетие справляли. Талларе закатили праздник не по средствам…
– Стоило старшей наконец вернуться домой, как с другой дочкой случилось несчастье.
– Леди Райсон убита горем. А ее Холли вообще слегла.
– Ох, говорят, все случилось прямо у нее на глазах!
Стоп. Небольшим усилием я заставила себя отрешиться от голосов и вместо «Имперского вестника» вытащила из стопки местную газету. Сердце неприятно кольнуло. Первая полоса пестрела магическими снимками лестницы в пятнах крови. Эмоциональный текст рассказывал, что вчера днем младшая дочь некой леди Райсон упала с лестницы… и все. В семье Райсон теперь только одна дочь. Холли, которая накануне вернулась из пансиона для благородных девиц.
Женщина, расспрашивавшая меня у ворот, не представилась, но, помнится, упоминала об ожидаемом возвращении старшенькой после учебы. Видимо, это и была леди Райсон.
А вот снимок Холли имелся: точеное личико с большими голубыми глазами, идеальная осанка, модный, но скромный костюм. Несколько месяцев работы в магазине готовой одежды оставили мне некоторый опыт, и теперь, глядя на снимок, я могла сказать наверняка, что эта семья коробки с конфетами драгоценными ленточками не перевязывает и кое-кого будут пытаться выгодно пристроить замуж. Тем более что рядом как раз появился холостой почти герцог. Впрочем, не думаю, что этот «кое-кто» станет сильно возражать.
Траур, конечно, им все испортил. Как не вовремя.
Я тряхнула головой, отгоняя прочь тучи скорби, и вернула газету на место. Там же, на столике, заметила несколько приглашений на разные мероприятия. Скучать Тьену точно не дадут.
Почему-то это раздражало.
Слетелись, как коршуны. Того и гляди брачные ловушки начнут расставлять. Дали бы хоть человеку перевести дух после учебы и службы.
– Брина! Доброе утро. – Сандра толкнула в плечо Риту, которой, похоже, уже дала какие-то распоряжения, и та скрылась в столовой, а сама подошла ко мне. – Вот, держи. Служитель передал, когда узнал, что ты заболела. Ты ему понравилась. Он хорошо о тебе говорил.
Что хорошего обо мне можно сказать, я не знала, и потому посмотрела на большую конфету в яркой обертке с подозрением.
– Спасибо, наверное.
– Не бойся, он у нас нормальный и к магам относится спокойно. Доставать не станет, но если обратишься, постарается помочь. Представляешь, он нескольким мужикам, которые жен поколачивали, головы вправил. Больше они ни-ни. – Под эту болтовню она обняла меня за плечи и увлекла на кухню. – Идем кофе пить. Я тоже еще не завтракала.
Слугам здесь перепадало то же, что готовили для хозяев, но на простой посуде и без эффектного выкладывания блюд на тарелках. Лично меня это более чем устраивало. Однако позволить я себе могла только кофе, потому что все равно придется садиться за стол вместе с Керрингтонами. Сандра сказала, что насчет меня были вполне четкие распоряжения. На этот раз от самого будущего герцога.
Я невежливо закатила глаза.
Хотя бы от комментариев она воздержалась. По ней даже не определишь, подумала ли что-то эдакое.
В остальном часть утра, проведенная на кухне, прошла приятно. Игривое утреннее солнце било прямо в окно, заставляя щуриться, а перед ним набухла почками старая яблоня. Сандре пришлось разок цыкнуть на служанок, налетевших на меня с вопросами про городскую жизнь и парня, который у меня обязательно должен был быть. Потом повар по-простому на всех наорал, и все оказались пристроены к работе. Я сама с легким недоумением обнаружила, что размешиваю творог для утреннего пирога. Вот кому следовало стать домоправителем!
Закончив, все же сказала Сандре про шторы и салфетку. Не то чтобы меня это касалось, но знание чесалось внутри и требовало порядка.
А потом на меня налетел ураган по имени Энни…
– Не пропадай никуда, Тьен сказал, что за завтраком нас всех ждет серьезный разговор.
В незабудковом платье, с волосами, перехваченными одной скромной лентой, она казалась сказочной принцессой. Все же есть в этих аристократах что-то, делающее их черты почти идеальными и придающее особую плавность движениям. Сомневаюсь, что подобного можно добиться одним только воспитанием. Как говорят, золотая кость.
Неуместно вспомнился рельефный пресс Себастьена Керрингтона, который я обнаружила под своей щекой, когда проснулась.
Тварг. Резко тряхнула головой, пытаясь избавиться от странных мыслей.
– Уверена, что мне нужно присутствовать? – Да, это была неуклюжая попытка увильнуть. И мне не стыдно. – Я могла бы и на кухне поесть.
– Тьен сказал, тебя тоже касается. Он придумал тебе какие-то обязанности.
– Ага. Чудно.
Страшно в смысле. Аж поджилки трясутся.
– Брось, он хороший!
– И тебя не смущает, что теперь порядки в доме поменяются? – осторожно зашла с другой стороны я.
– Тьен плохо не сделает! – горячо возразила Энни.
Ладно-ладно. Понятно уже, что брата она обожает. Мне же приятно оказалось воочию убедиться, что у кого-то есть такая любящая семья. До Керрингтонов я работала в двух домах, и нигде так не было.
Собиралась поднять руки, демонстрируя, что сдаюсь, но тут на лестнице появился будущий герцог.
– Леди. – Забавно, но он и меня имел в виду. Сестру поцеловал в щеку, а она в ответ повисла у него на шее и громко чмокнула в отросшую щетину. Такие счастливые улыбки нельзя подделать. Пока же я наблюдала, будущий герцог поймал мои пальчики и нарочито медленно поднес к губам. – Позвольте мне отвести вас в столовую.
Пошел бы он к тваргу со своими безупречными манерами! Не дождется, не покраснею!
Энни прыснула.
Будущий герцог подхватил нас обеих под руки и чинно провел в столовую. Каждой помог усесться. Затем уделил внимание вошедшей матери.
– Как ты себя чувствуешь, Брина? – Направляясь к своему месту, пока еще во главе стола, герцогиня мягко тронула меня за плечо.
– Спасибо. Хорошо. Чудесно!
Только сквозь землю провалиться хочется.
И вкус еды в такой компании совершенно не ощущается. С куда большим удовольствием я бы перекусила на кухне с Сандрой, но что уж теперь.
Герцогиня доброжелательно улыбнулась. Ее сын наконец занял свое место.
– Еще одну горничную возьмем, как планировали, – заговорил он, – но вакансию дворецкого закрываем. Через несколько дней я отправлюсь в столицу улаживать дела с наследством, со мной оттуда прибудут новый дворецкий и новый доктор.
А вот и перемены подоспели! Но, должна признать, пока они к лучшему.
– Прекрасно. – Герцогиня посмотрела на предложенный ей кусок пирога, как на злейшего врага, и отодвинула его в сторону. – Ты собираешься еще что-то изменить, дорогой?
Энни посмотрела на мать и сделала так же, придвинув к себе только пышный омлет с кусочками всего понемногу и чашку чая. Похоже, женщины в этом доме тщательно следят за собой.
– Ничего особенного, – пожал плечами Тьен, которого уже молчаливо признали главным. – В твои счета и благотворительность лезть не собираюсь. Но Энни продолжит учиться. С завтрашнего дня.
– Ну Тьен!..
– Ты пропустила несколько недель, поэтому позанимаешься летом. Энн, не смотри так, твое образование в первую очередь нужно тебе, а не кому-то еще. Ты же не хочешь замуж за богатого толстяка или за недалекого павлина?
– Нет, конечно. – Она растерянно потеребила край ленты, до конца не понимая, куда он клонит.
– А чтобы окружить себя симпатичными и образованными людьми, нужно самой быть одной из них, – закончил свою мысль Себастьен. – Ты ведь это понимаешь?
Его младшая сестра посопела немножко, смиряясь с судьбой, потом все же кивнула:
– Ладно, я согласна.
– Брина, ты тоже должна присутствовать на этих занятиях, – продолжил этот… морда знатная! – Пропускать без уважительной причины нельзя.
– Э-э. – Слов не было, даже мысли куда-то смылись.
– У ведьмы не то настроение уважительной причиной не считается. – Гад все еще на меня не смотрел, но уголки его губ подрагивали. – Предвосхищая поток возражений, хочу напомнить, что ты подписала с нашей семьей договор.
Я откинулась на спинку стула и перевела дыхание. Аппетит сбежал следом за всем прочим добрым и светлым.
– Зачем? – решила все же полюбопытствовать.
– Для общего развития, – не слишком конкретно пояснил Керрингтон. – К тому же некоторые преподаватели – мужчины, и я бы не хотел, чтобы Энни оставалась с ними наедине.
Звучало здраво, но я почему-то чувствовала себя бестолковой бабочкой, запутавшейся в липкой паутине. Может, у него просто пунктик на учебе? Желание огреть его огнешаром все не проходило. И останавливало только то, что маг такого уровня точно выставит щит. Так зачем зря тратить силы? Я окинула мрачным взглядом стол, положила себе на тарелку большой кусок пирога, еще и полила сверху ягодным сиропом. Сами виноваты, испортили ведьме настроение!
Следующим утром замысловато проклясть одного будущего герцога мне уже хотелось чуть меньше. Главным образом потому, что все это время мы не виделись. Нарочно избегать его не пришлось: пожаловал управляющий, они весь день проторчали в кабинете, а потом отправились в таверну в городе. Полагаю, будущий герцог рассчитывал напомнить о своем существовании местным жителям.
Сегодня должны были явиться учителя.
Их тоже хотелось сглазить, проклясть и упокоить где-нибудь по-тихому, и останавливало меня исключительно то, что все это затевалось изначально ради Энни. А я так, рядом постояла. Но как-то уж слишком рядом…
Силы окончательно восстановились.
Я проснулась, когда еще толком не рассвело, и улыбнулась от ощущения приятной наполненности. Заодно сделала вывод: чем чаще пользуешься даром, тем легче потом приходить в себя. Но лучше бы поберечься. Ага.
Вот именно с этой мыслью завернулась в халат, прихватила свой рисунок и отправилась осматривать контур. Сомневаюсь, что получится сделать все, но хотя бы намечу основные точки и линии будущего узора.
Утренний холодок ударил в лицо, куснул за шею и пакостно заполз под халат. Я поежилась и замешкалась на мгновение, закутываясь поплотнее.
На ближайшей дорожке хрупнул камешек. Кожу царапнуло знакомое чувство… но вроде и нет. Что-то мнительная я с утра.
Преодолела последнюю ступеньку. Прямо у ног пробежала мышь, вспыхнула красным и рассыпалась горсткой пепла.
– Тварг побери…
Сканирующее заклинание выпустила раньше, чем даже подумала о нем. Но это было лишнее. Активной черной магии я в поместье не чувствовала. И заклинание ее не нашло. Скорее всего, мышь напиталась этим где-то в другом месте. Где-то рядом.
И мы вновь вернулись к теме засевшей неподалеку ведьмы. Как только ее найти? Думать, что стану делать с найденной ведьмой, пока было страшновато.
Я упрямо сжала губы и быстро пошла к воротам. На деревьях уже распустились редкие первые цветы, легкий ветерок шевелил ветви, но идиллическая картина не вызывала соответствующего настроения. Контур, ведьма, раздражающий почти герцог… и угораздило же вляпаться! Спросили бы меня, сама бы не смогла объяснить, как это случилось.
Начальная точка находилась недалеко от ворот. Сегодня никто не мешал, что давало возможность присмотреться получше. Как интересно… При желании можно было подцепить остатки старого контура, но весь заряд из него вышел подчистую.
Возможно, от времени. А может…
Покусывая губу, я медленно обходила территорию, когда-то охваченную защитой. Остаточные чары блеклой лентой валялись у моих ног. Даже закрепляющие узлы отлично сохранились. Все интереснее! Пришлось подлезть под ветви молодой яблони, и это определенно того стоило. Я нашла разрыв.
Стояла под цветущим пологом и смотрела на него, как светская красотка на вышедшее из моды два сезона назад платье.
Магический заряд иссяк не самостоятельно, точно не потому, что его не обновляли. И для случайного разрыв был слишком ровный. К тому же место выбрали… неочевидное, скажем так.
Тварг. Еще не хватало…
– Ты тоже заметила, да? – прозвучавший совсем рядом голос заставил подпрыгнуть.
Я медленно повернулась и буквально столкнулась взглядом с Себастьеном Керрингтоном. В домашних штанах и частично расстегнутой рубашке, под которой пришли в движение черные линии. Живые татуировки боевого мага.
Ему тоже дана сила запечатывать прорывы. И тварг знает какая еще.
– Кто-то уничтожил контур нарочно, – поспешила поделиться наблюдениями. – У вашей семьи есть враги?
– Явных нет, а завистники и тихие недоброжелатели найдутся у каждого. – Тьен заложил руки за спину, подставил лицо свежему утреннему воздуху и сейчас выглядел так, будто всего-навсего совершал прогулку и случайно встретил меня. – Но тогда они бы ударили по мне, что толку нападать на Энни?
Сдержалась, не поморщилась. Прав он.
Наш чудесный мир создан в первую очередь для мужчин. Он наследник, весь дом пляшет вокруг него, не просто прислуживают, а искренне обожают. У одаренной сестры была бы хоть свобода. Но поскольку Энни не наделена способностями к магии, большее, что ей светит, это хорошее приданое и удачное замужество. Может, еще получится провести пару блестящих сезонов в свете.
– Думаю, без проблем смогу подцепить остатки поврежденного плетения. – Пока я тихо кипела, маг опустился на корточки и ощупал незримые нити. – С формой вполне можно работать.
Татуировки заинтересованно стекли к его рукам.
– Рада за тебя, – бросила я, поворачиваясь, чтобы уйти.
Но будущий герцог остановил:
– Не хочешь попробовать кое-что интересное?
Ведьмы не ведутся на явные провокации! Но мы любо… любознательные, вот.
– А именно?
– Поработать вместе. – Он выпрямился и посмотрел на меня прямо и серьезно. Впервые как на коллегу, пожалуй. – Сплести наши силы и создать уникальный контур.
Приятно, тварг. И… не только у меня глаза блестят.
Все же он маг и ему скучно слушать о проблемах жителей его земель и изо дня в день вести себя как приличный герцог.
– Мне-то это зачем? – фыркнула и, не скрывая улыбку в уголках губ, демонстративно повернула к дому. – Это тебе надо защитить свой дом. Вот ты его и защищай.
– Брось, тебе же интересно!
Три уверенных шага вперед, лишь потом чуть повернула голову. Его глаза блестели так, словно не было нескольких лет службы, а у поврежденного контура стоял все еще студент, ведомый жаждой интересных магических открытий.
– Но у меня там совершенно ненужная мне учеба…
– Брина!
Я опять повернулась к нему спиной и продолжила путь к дому.
– Брина, постой! – Не уверена, но, кажется, он сделал шаг за мной. Однако на этом и остановился. – Ты что, до сих пор злишься?
– Ведьмы крайне злопамятны, тебе это в твоей престижной академии не сказали?
– В университете, – по привычке поправил он. – Стой, кому говорю! В конце концов, это просто ребячество какое-то.
Засветить бы ему чем-нибудь интересным в лоб! Но не могу, меня тоже волнует контур. На моих собственных условиях.
– Остановиться – это приказ? – уточнила ядовито.
– Просьба. Ты невыносима, знаешь?
– Это я-то?! – Аж задохнулась от возмущения. – На себя посмотри, твоя светлость! Лорд Все держу под контролем! Кто тебе дал право решать, учиться мне или нет и чему именно учиться? Нет, я не против присматривать за Энни, в конце концов, я здесь именно для этого. Но на кой тварг мне учиться правильно приседать, отставлять пальчик и что там еще?!
– Этикет, танцы, история, геральдика, немного каллиграфии…
– Да пошел ты! – терпение у меня закончилось раньше, чем его список.
Показалось, что мое желание засветить ему чем-нибудь в лоб сейчас прямо зеркально.
Пфф!
– Это было для тебя.
– Для себя я, пожалуй, поищу другое место без придури у работодателя.
– Отлично!
– Отлично.
В служанки больше не пойду. Пожалуй, я готова к чему-нибудь ведьминскому.
Поняла и… замерла, оглушенная этой мыслью.
Еще и Керрингтон впечатлений добавил:
– Поцелуй меня.
– Что?!
– Мы торгуемся, – милостиво пояснил будущий герцог и скрестил руки на груди. – Я согласен отозвать от тебя учителей за поцелуй. Тогда между нами будет мир и ничто не помешает заняться магией.
Он серьезно. Богиня на тварге, он серьезно!
Выброшенной на берег рыбкой я открывала и закрывала рот, в шоке от такой наглости. Представителям древней аристократии ее, наверное, в каких-то немыслимых количествах еще при рождении выдают. Вместе с кучей привилегий и чувством полной безнаказанности.
– Вообще-то это тебе тут нужна моя помощь. – Наконец определила, что в его постановке вопроса мне больше всего не нравится.
– Неужели? – усмехнулся Тьен.
И я поняла, что услуга от меня ему не так уж нужна.
– Решайся, Брина, второй раз эту сделку я не предложу, – поторопили меня. – Один поцелуй за огромную уступку с моей стороны. И редкий магический опыт, который точно того стоит.
Переупрямить его я могла, банально хлопнув воротами, – и счастливо им тут оставаться! Но… придумался и другой способ.
Я спокойно приблизилась к нему и замерла напротив. Близко настолько, что ощущала тепло его тела, а кожу даже через одежду покалывала чужая магия.
– Поцелуй – то же прикосновение. Оно не так много значит, – равнодушно сообщила наглой физиономии.
Он не слушал. Поймал мое лицо пальцами, погладил ими кожу… довольно приятно. Взгляд на некоторое время застыл ну губах, и это казалось вполне осязаемым. Почти как прикосновение, но не то. Мои губы странно покалывало и что-то внутреннее толкало их облизать, но разум вовремя шепнул, что так делать не стоит.
Вздох получился каким-то прерывистым, как если бы мы уже поцеловались и сейчас я пыталась отдышаться.
Потом было обжигающее дыхание, опалившее кожу, и совсем легкое прикосновение, от которого меня прошили сразу несколько крошечных молний. Если честно, я думала, что на этом все, но как же я ошибалась! Стоило мне расслабиться, Тьен углубил поцелуй, раздвигая мои губы, стремясь заполнить меня собой. Медлительно-сладко.
И пальцы уже цепляются за его рубашку. Колени слабеют. А молнии превращаются в дрожь и золотые огоньки перед глазами.
Вот теперь все. Он нехотя оторвался от меня, нарочно задев кончик носа колючим подбородком.
– Напомни мне, кто кого должен был целовать по условиям соглашения? – прищурилась я… надеюсь, голос не дрожал.
И отдернула от него руку, как если бы он вдруг стал раскаленным.
– Неважно, – отмахнулся Керрингтон. – Слово я сдержу. Ну что, займемся контуром, пока никто не мешает?
Сейчас? А я вообще в состоянии? То есть…
Вдохнула глубоко и выдохнула. Вот еще не хватало, чтобы он подумал, будто как-то задел мои эмоции! Я раздражена, не более. Независимо вскинув подбородок, встала рядом.
Тьен окинул взглядом фронт работы, занял место за моей спиной и соединил наши ладони:
– Готова?
В голове еще не до конца растаяли те самые золотые огоньки, но я не должна ударить в грязь лицом перед этим магом с его университетским дипломом. Ведьмам не нужны бумажки, с этим даже закон согласен. Я и без них не хуже! А если и хуже, ему об этом знать необязательно.
– Угу.
– Значит, так, – он, конечно, сразу назначил себя лидером. Ну и пожалуйста, в конце концов, это его дом. – Я восстанавливаю то, что здесь было, а ты попытайся вплести свой рисунок. Идет?
– Попробуем.
Если меня не размажет по ограждению. Никогда не слышала, чтобы ведьма с магом соединяли силы.
Пространство вокруг нас дрогнуло. Я увидела, как с пальцев мага расплавленным золотом течет сила. Контур медленно оживал. Наблюдать, как вершится магия, можно было бесконечно, но… Нельзя отставать! Вызвав в памяти узор, я принялась выплетать свой уровень защиты.
Как ни странно, черные с серебром нити не конфликтовали с золотыми, а словно ластились друг к другу, соединяясь в единое полотно. Рядом с магом, прижимаясь к нему спиной и дыша в унисон… я чувствовала себя смелее и сильнее. Намного сильнее. Тьма текла с пальцев естественным потоком. Над нашими головами слабо шевелились ветки в цветах, и это все было куда более интимно и сокровенно, чем недавний поцелуй.
Невероятно. Почти как с ведьмой, но мной не пользовались и совсем не было больно.
К концу я не обессилела, хоть и откинула голову ему на грудь. Выдохнула, завершая последние штрихи. Тьен закрепил наши плетения в замыкающей точке, и моя магия безропотно подчинилась ему. Не просто подчинилась, а игривым котенком льнула к рукам.
Контур ослепительно вспыхнул – и погас. Ключевые точки рассеялись.
Сломать результат наших совместных усилий будет практически невозможно.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил маг, как только все закончилось.
– Странно, но истощения в этот раз не предвидится. Немного устала, и все.
Он отпустил мои ладони, но уйти в сторону не позволил, обхватил талию и развернул лицом к себе.
– Брина, – выдохнул порывисто, – ты была великолепна…
«Поцелует, – забилась в голове паническая мысль. – Вот сейчас опять поцелует».
Но Тьен замер, не отпуская меня, но и не пытаясь притянуть ближе.
Мгновение. Другое. Третье.
Усталость таяла, будто только что я не творила сложнейшее колдовство. Как такое возможно? Если бы не видела результата, подумала бы, что мне все приснилось. Но нет, охранные чары, уже невидимые человеческому глазу, на мой ведьминский взгляд, мерцали и пульсировали.
И Тьен Керрингтон все еще нависал надо мной…
– Я не собираюсь с тобой спать! – сообщила в смазливую физиономию на случай, если вдруг он что-то не то себе подумал.
Будущий герцог удивленно моргнул и отпрянул.
Не знаю, что бы он мне на это ответил. Объяснения прервал пронзительный крик, стремительно переходящий в отчаянный вопль.
Кричали за забором. В лесу.

Глава 5

– Оставайся на месте, – приказал Тьен, устремляясь к воротам. – А лучше иди в дом.
И трястись там в неведении? Ну уж нет.
– Брина! – прикрикнули на меня, заметив, что несусь следом.
– Хочу знать, что говорить ее светлости, которая непременно спросит, куда опять подевался ее драгоценный мальчик, – фыркнула я.
Мускулистая спина напряглась.
– Так-то ты обо мне думаешь?
– Прости. – Стало немного стыдно. – Ты отличный маг.
– Ты тоже очень талантлива, – вернул комплимент Тьен, хищно всматриваясь куда-то меж деревьями. – Но на всякий случай держись за мной.
Пфф!
– Брина, я серьезно.
Выросший в этих местах, он знал лес как свои пять пальцев. Мы шли без тропы, я бы при всем желании не смогла определить направление. Без применения магии – не смогла бы. А Тьен ловко вывел нас к нужному месту, при этом идти было удобно и мои распущенные волосы почти не цеплялись за ветки.
Радость, правда, померкла, стоило обозреть из-за плеча мага небольшое пространство, залитое кровью. Застарелой, приобретшей коричнево-бурый цвет, и поверх совсем еще свежей, алой. Меня начало мутить, но где-то совсем в отдаленном уголке сознания. Остальная его часть оставалась внимательной и собранной.
На старом пне лежали три тушки зайцев, убитых таким способом, чтобы крови было как можно больше. В центре кровавой лужи – молодая женщина. А в нескольких шагах, прислонившись к стволу дерева, орала… знакомое какое-то лицо… кажется, я видела эту женщину на кухне. Деревья редели и за ними просматривалась дорога, ведущая в Келберн. Похоже, одна из служанок шла на работу и обнаружила это все. Бедняга.
Помрачневший Тьен склонился над женщиной, что-то там проверил – хотя мог бы этого не делать, я с первого взгляда поняла, что перед нами труп, – затейливо выругался и вскинул руку с двумя пальцами, выставленными вверх. Под рукавом рубашки засветились татуировки, и в небо сорвалось нечто алое, ослепляющее.
Срочный вызов местного патруля.
Я тоже решила не стоять столбом и шепнула в сторону голосистой служанки несколько слов. Она всхлипнула и затихла, безразлично уставившись в одну точку. Чудно. Хотя бы дождемся стражей порядка в тишине.
– Она мертва. – Тем временем Тьен перевернул тело. – Но повреждений нет. Вся кровь принадлежит животным.
Мой взгляд упал на лицо несчастной и…
– Тва-а-арг…
– Что?.. – как ни странно, одно короткое слово, произнесенное мной, имело для Себастьена Керрингтона значение.
Сказать или нет?
Хотелось спрятаться, улетучиться, оказаться как можно дальше отсюда – но надо ему сказать. Такой поступок виделся правильным.
– Я ее знаю, – произнесла очень тихо. – Она…
– Что? – И пока я молчала, собираясь с духом, он подошел и сжал мои плечи. – Брина?
– Она тоже была у ведьмы. Со мной.
– Тварг!..
А я о чем? Совпадение… а совпадение ли?
– Как ее звали?
– Не помню. – Я поборола желание сжать виски. – Да это и не важно. Мы попали под специальную программу защиты… ну, знаешь, чтобы люди не тыкали пальцами и чтобы те, кому ведьма навредила, не вздумали мстить нам. Все получили новые имена, деньги на первое время и печати, стирающие след. Кстати, моя не так давно рассеялась.
Полезное что-то в моих словах все же было, потому что Тьен вернулся к телу. Пока руки мага двигались над ним, мне перепало еще несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями, хотя, надо признать, мерцающее алое зарево над нами спокойствия не добавляло.
Белокурая тихая девочка появилась у ведьмы раньше меня. Помню, в первые дни она подсказывала, как себя вести, чтобы избежать болезненных наказаний, однажды даже поделилась черствым печеньем. А потом… дни застлало кровавой пеленой с частыми сполохами черной магии. Мы жили и жили. Каждая стремилась выжить, избежать лишней боли и пореже попадаться ведьме на глаза.
Итогом мысленного возвращения в прошлое стало неутешительное открытие: я вообще ни об одной из других девушек не могу ничего толком вспомнить.
– Печать слилась с ее личностью, – поделился результатом своих изысканий Тьен. – Ее прошлое стерто. Новых документов при ней нет, но хороший плащ, сережки и золотой браслет не украли.
– Сохранились остаточные следы приманивания животных и… – я тяжело сглотнула, – много черной магии.
– Какой-то ритуал на крови? – уточнил Тьен.
– Не знаю. Иногда кровь считается платой. Или активатором для других чар.
Его сочувственный взгляд пощекотал кожу. Я торопливо отвернулась. Только дежурной жалости мне сейчас и не хватало. Однако сказать он ничего не успел, послышались шаги и голоса, и к месту кровавых событий прибыли патрульные. Я еле успела снять чары со служанки.
Алое зарево над нами погасло, и глазам стало легче.
Положительные моменты здесь, впрочем, и закончились. Служанка снова выла и причитала, парни в форме осматривали все. Они явно испытывали что-то сродни благоговению перед Тьеном – как же, будущий герцог, еще и целый боевой маг, – но одновременно старались показать, что именно они тут представляют закон. Получалось, правда, паршиво. Тьен все же получше разбирался в таких делах, да и из будущего герцога угрожал в скором времени превратиться в действующего.
Воняло нестерпимо. Только сейчас заметила. Собственно, именно так Ларда это место и нашла: почуяла запашок, и любопытство повлекло ее за деревья. Чую, увиденное надолго заглушило в ней этот порок.
Нас опросили. Потом Ларду. Потом снова нас, но уже сосредоточившись на мне.
– Правду говорят, будто вы, уважаемая, ведьма?
– Наделена даром, но не практикую, – ответила сдержанно… и ведь не солгала. За деньги и для других я ни разу не колдовала. – Иногда пользуюсь магией для чего-то незначительного в быту.
Парень с длинным носом в проступающих веснушках осмотрел меня критически.
Чувствовала же, что этот дар еще доставит проблем!
– А что насчет черномагических ритуалов?
Тьен скалой встал рядом, угрожающе глянул на местных стражей порядка. И вместо меня ответил:
– Нет.
– А чем докажете? – другие трое тоже включились.
Что сказать… очередь на порчу за доктором выстроилась приличная.
Страшно мне было, да. Но… в крайнем случае, исчезну. Удрать от простоватых парней в форме, невзлюбивших чужачку, уж я смогу.
– Пока она не появилась, у нас было тихо, как в склепе, – влез другой. – А тут Айру уволили, Таллара убилась, теперь еще черное колдовство.
– Ведьминское, – весомо добавил третий.
Сомневаюсь, что мое слово много стоит, но попытаться следовало:
– Темные потоки я заметила еще несколько дней назад. Где-то в округе есть практикующая ведьма.
– Брина все время была со мной, я за нее ручаюсь, – вмешался Тьен. – И подтверждаю, что тоже видел те потоки.
Соврал ради меня. Сердце как-то странно подпрыгнуло.
Веснушчатый вторую часть заявления пропустил мимо ушей, всецело сосредоточился на первой:
– Что, и ночью тоже?
Тва-а-арг.
Хотела возмутиться, но горячая ладонь обхватила мое запястье – и меня будто выключили. Голос, магию, даже способность шевелиться.
– Вчера, ночью и все утро тоже, – спокойно кивнул Керрингтон. – Крик мы услышали во время прогулки в саду и сразу же бросились на помощь.
Это я здесь чужая, а он свой. Еще и человек, от которого уже сейчас многое зависит в жизни местных. Ему нельзя было просто так взять и не поверить.
Пришлось поверить. С тем нас вынужденно и отпустили.
Рука получила свободу у ворот имения Керрингтонов, и в тот же момент я почувствовала, как по телу потекла магия. Голос тоже вернулся, чем я не замедлила воспользоваться:
– Какого тварга?! – Потерла пострадавшее запястье, но оно было невредимо. – Что ты сделал?
Маг с невозмутимым видом шел к дому. Осталось еще начать насвистывать для полноты образа.
– Себастьен Керрингтон!
Остановился, отчего я едва не уткнулась ему в спину.
Виноватый взгляд… да неужели?!
– Прости.
– А объяснения?!
Под его рубашкой вспыхнули и погасли татуировки.
– Среди моих способностей умение гасить магию. Любую. – По ощущениям, мне только что открыли страшную семейную тайну. – У каждого древнего рода есть индивидуальные особенности. У моего такие.
Ох ты ж… Связалась на свою голову. Не маг, а шкаф с сюрпризами!
Но было так странно, что мне, совершенно чужой ведьме, доверили часть сокровенного. Странно, необычно и самую капельку приятно. Лишь поэтому вместо того, чтобы приласкать его порчей, я угрожающе ткнула пальцем в широкую грудь:
– Больше никогда так не делай!
Тьен улыбнулся краешками губ и кивнул.

Учеба оказалась не такой унылой, как я ожидала. Тьен сдержал слово и отозвал от меня свору домашних учителей, что никоим образом не освобождало меня от обязанности присутствовать на занятиях вместе с Энни.
Интересно, она возненавидит меня, если узнает, что я целовалась с ее братом? Не то чтобы тот поцелуй много значил.
Тварг, как перестать думать о ерунде и сосредоточиться на голосе степенного мэтра в строгом костюме? Еще почему-то было стыдно перед Мэтью…
История оказалась довольно увлекательной и пестрела разными забавными замечаниями преподавателя. Пока же у Энни закрепляли навык правильно улыбаться и делать реверансы, я листала журналы, устроившись на подоконнике.
Главное, не смотреть в окно. Потому что при взгляде на зацветающие яблони воображение тонет в воспоминаниях.
О поцелуе. И о магии. Больше все же о магии.
– Как ты уломала Тьена отстать от тебя? – допрашивала меня Энни, пока мы возвращались в комнаты.
– Объяснила, что он не вправе решать за меня.
Угу. Все почти так и было.
– Да ладно, с мужчинами это никогда не работает! – с видом, будто тысячу раз пробовала, заявила она.
– Как видишь, сработало.
Почему мы обе вошли ко мне? Ла-адно.
– Твои книги. – Я вручила Энни две штуки. – Уж не обессудь, третью читает твой брат. Какие-то у него странные для боевого мага предпочтения.
– О-о-ой… – Она так покраснела! – Брина…
– Спокойно, он решил, что книга моя, – успокоила подопечную. – А я не разубеждала.
– Ты моя самая лучшая подруга! – порывисто выдохнула девушка. Интересно, это входит в обязанности компаньонки? – Кстати, я сказала Тьену, что ты любишь другого.
– А он?
А мне какое дело? И чего это рыжая мелочь так старательно молчит?
Так… Напустив на себя самый угрожающий вид, я двинулась на нее. Легко поймала пискнувшую и еще только вознамерившуюся удрать Энни и предупредила:
– Защекочу…
– Ладно, ладно, стой! – пропыхтела она, безуспешно пытаясь вывернуться из моих рук. – Он сказал, что мужчину с серьезными намерениями это не остановит, а за свои чувства надо бороться.
Я непроизвольно от нее отшатнулась:
– Думаю, он вряд ли имел в виду нас с ним.
– Я тоже так думаю, – согласилась Энни, не забыв кивнуть.
Чувство самосохранения у магов работает еще лучше, чем у ведьм, иначе как еще объяснить тот факт, что Себастьена Керрингтона я в тот день больше не видела. Проводив меня домой, он отправился в город, потом засел в кабинете, с помощью своих татуировок активировал кристалл связи и что-то кому-то долго докладывал, после чего опять отправился в Келберн, где и пробыл допоздна.
Домочадцы, включая саму герцогиню, поохали над случившимся и дружно собрались бояться. Пришлось рассказать им, что охранный контур восстановлен и герцогское поместье теперь самое безопасное место во всей округе.
Зря я это сделала.
Не в том смысле, что злодей мог притаиться здесь же. Просто успокоившаяся герцогиня обратила свое внимание на меня:
– Брина, идем со мной, пожалуйста.
Кто я такая, чтобы возражать? Пошла. В ее покои. И вздрогнула, когда за спиной грохнула закрывшаяся дверь.
Предчувствие какое-то… Не к добру. Но не уволит же она меня? Не должна. Понятия не имею, почему эта перспектива так пугала, но вроде бы я ничем не могла вызвать недовольство хозяйки.
– Примерь, пожалуйста. – Она протягивала мне… платье?!
– Э-э.
– А свое унылое одеяние можешь сжечь. – Мягкий тон не обманул, это был даже не намек, а приказ. – Ты миленькая, но у тебя совершенно нет вкуса.
Воображение живо нарисовало прекрасное струящееся платье, которое я иногда представляла на себе, когда, например, быстро шла. Оно бы летело рядом, а при некоторых движениях льнуло к телу, подчеркивая некоторые линии. И оно, конечно, было прекрасно!
Но я не могу себе его позволить. Не в смысле денег, просто не могу.
– Еще три я заказала из Чарона, но если это плохо сядет, скорректируем размер. Хотя я редко ошибаюсь в таких вещах, – продолжала тем временем герцогиня.
– Но мне не нужны новые платья! – возразила… да, пожалуй, чересчур эмоционально. – Простите, ваша светлость. Я предпочитаю как можно более скромные наряды. К тому же это слишком дорого.
– Бред! – Мать Энни и Тьена и не подумала отнестись серьезно к моим словам. – Никто не собирается высчитывать стоимость платьев из твоего жалованья. Но тебе нужно срочно перестать прятаться, если ты хочешь удачно выйти замуж. К тому же ты будешь сопровождать нас на разные мероприятия, так что понадобятся еще и парадные наряды.
Страх алым магическим огнем вспыхнул в голове. Меня начало мутить.
– Но я не собираюсь замуж!
– Знаю, для ведьм это не так важно, но не могу ни понять, ни одобрить такой подход. – Меня как будто за всех незнакомых ведьм отругали. – Переодевайся, не стой! К слову, я приказала отнести в твою комнату некоторую необходимую женщине косметику. Спроси Энни, она расскажет, как всем пользоваться.
Похоже, эти аристократы с древней кровью не способны принимать в расчет еще чье-то мнение.
Пальцы проворно спускались по застежкам, и тут меня будто молнией ударило открытие. Она с полной уверенностью назвала меня ведьмой! Естественно так. Получается, сын ей все рассказал и… никто на меня не держит зла за обман.
Наблюдение второе: в этом доме невозможно ничего сохранить в тайне.
– Дай на тебя посмотрю. – Герцогиня Ноарис заинтересованной бабочкой порхала рядом. – Отлично, я не могла ошибиться с размером. Ах да, еще одно. Брина, у тебя хорошая фигура, но это не значит, что можно бесконтрольно лопать сладости и булки. Женщине в наше время нельзя дурнеть. Если, конечно, она хочет составить хорошую партию и потом сохранить интерес мужа достаточно долго. Поверь, дорогая, сохранить что-либо куда труднее, чем просто это заполучить.
Стало смешно и грустно одновременно. Пусть я провела в поместье не так много времени, но даже мне было уже известно, что у нее с герцогом был счастливый брак по любви. И после его смерти она отвергла несколько брачных предложений, прежде чем удалиться из столицы. То есть все эти советы… кто-то читает слишком много женских журналов.
Что касается меня, то я только здесь поняла, что именно благодаря дару, которого так долго стыдилась и боялась, в их мире стою больше, чем даже некоторые родовитые девушки. На служанку или же экономку никто не посмотрит, кроме лакея или дворецкого, а вот на ведьму… Такая может получить и мага, и… кого?
Резко выдохнула, избавляясь привычным способом от неуместных мыслей. Заразно это, что ли? Еще немного, и начну думать, как герцогиня с Энни.
А мне нельзя. Пока не знаю почему, но точно чувствую, что не стоит.

Вечер настиг меня у окна в малой гостиной на втором этаже. Конечно, я использовала отговорку, что читать здесь удобнее, чем в комнате. Там ведь куча новых вещей, которые мои, но не совсем мои. Они раздражают. А здесь тихо… окно выходит на парадное крыльцо и ворота. Но мне все равно, я туда не смотрю! Я книгу читаю! Правда, понятия не имею, о чем она. А светильники не зажгла, потому что… потому что мне нужно тренироваться удерживать достаточно долго световое заклинание. Давно им не пользовалась, но вдруг пригодится, а я утратила навык?
И кресло передвинула ближе к окну, да.
Фантомное свечение контура успокаивало. Он получился таким мощным, что само его существование царапало кожу. Но поскольку там была и моя сила, привыкнуть получилось довольно быстро. А вот не гордиться собой – не получилось. Оказалось, магия мне интереснее, чем я позволяла себе думать. Теперь предстоит решить, как относиться к этому открытию. Если хочу приличное место в обществе, надо превращаться в практикующую ведьму… Но хочу ли я? Кстати, о ведьмах. Глазу обычного человека контур не виден, его только одаренный заметит. К числу которых, несомненно, относится и неизвестная черная ведьма. Отсюда вопрос: оценив наши с Тьеном усилия, она решит держаться подальше или посчитает нужным избавиться от нас?
Калитка открылась, вошел Тьен. Вроде цел, но устал. Чудно.
И мне тоже пора отдыхать. Отложив книгу, я отправилась к себе.
Долгий день должен был на этом и закончиться. Я посетила ванную, даже воспользовалась кое-чем из подарков герцогини, и уже легла бы, но следовало найти место остальному. Люблю, когда у каждой вещи есть свое место. Так жизнь получается более упорядоченной.
Еще было немного стыдно за то, что я бы согласилась на нейтралитет с неизвестной ведьмой, если бы только она меня не трогала. И Керрингтонов. И всех людей, которые служат в поместье. А лучше вообще всех людей.
Ясно. Нейтралитета не получится.
На этой нерадостной мысли в дверь постучали.
Долго не раздумывая, я распахнула ее… и замерла сусликом.
– Мама просила с тобой поговорить, – с понимающей улыбкой поведал мне Тьен.
Оцепенение разлетелось на тысячу осколков.
– О том, что я ей надерзила? Прости, пожалуйста. Просто…
– О том, – перебил будущей герцог, самую малость повысив голос, – что ты зажата и скованна, стесняешься себя и все время чего-то боишься. Я должен был сказать, что в нашем доме ты в полной безопасности. Ты ведь и сама это знаешь, да, Брина? Я никому не позволю тебя обидеть. Ничего плохого больше не случится.
Тварг, неужто со стороны я действительно выгляжу такой жалкой?
– Мне очень повезло с вами, – подобрала правильные слова. – Просто сегодня твоя мама надарила мне вещей, и я немного растерялась.
– Маме нужно кого-то воспитывать, – усмехнулся Тьен. – А поскольку мы с Энни уже достаточно воспитанны, она решила позаботиться о тебе. Поверь, она хочет как лучше, хотя иногда от нее хочется сбежать на край света.
Я кивнула и улыбнулась.
Мне бы не хотелось сбежать, если бы у меня была моя собственная мама, но ее убила ведьма. Я помню, как это было.
Тварг. Только расплакаться сейчас не хватало!
Решив, что разговор состоялся, собиралась вежливо пожелать ему спокойной ночи и закрыть дверь, но Тьен меня опередил:
– Насколько мне известно, ты пропустила ужин. Идем, накормлю тебя.
– Э-э.
– Я тоже голодный. – Он взял меня за руку и потащил за собой. – Заодно расскажу новости.
Голода не чувствовала, но ради новостей, так и быть, готова что-нибудь пожевать.
– А между прочим, ужин за полночь полностью противоречит тому, что говорила сегодня твоя мама, – зачем-то сообщила я и отобрала у него свою руку.
Сама же иду. И в знакомом коридоре точно не потеряюсь.
Маг прошелся по мне пристальным взглядом, от запахнутого халата до тапок. От него румянец не просто расцвел на щеках, но и расплавился и стек куда-то под чересчур неформальную одежду. Тварг, как я могла забыть, что приготовилась ко сну?!
– Брина, я видел тебя в ванной, – бесстыже напомнил Тьен. – Поверь, тебе точно не стоит бояться поздних ужинов.
Открыла рот, но поняла, что рискую послать в неприличные места хозяина дома, где работаю, и поспешила его закрыть.
Испытание для нервов, а не герцог!
– Но если боишься, можешь утром присоединиться ко мне на тренировке, – уже совсем другим тоном и без этих своих взглядов закончил Тьен.
– Спасибо, но я, пожалуй, откажусь.
Вот. Вежливая и сдержанная… ведьма, да.
– Как знаешь. Кстати, забыл сказать: поздравляю с повышением.
– То есть?
– С завтрашнего дня ты становишься нашей штатной ведьмой. Оплата будет соответствовать, обещаю.
Слова в очередной раз закончились. Да в них и необходимость отпала, мы добрались до кухни.
Я дернулась зажечь магические светильники, но Тьен как-то естественно перехватил мою руку и щелкнул пальцами. Под потолок взмыли десятки наколдованных светлячков. Красиво так, что я напряглась и в недоумении вскинула брови.
– Закон не запрещает есть в приятной обстановке, – пояснил будущий герцог.
Не успела я пискнуть, как он поймал меня за талию, приподнял и усадил на высокий стол.
– Посиди пока.
От чего-нибудь ведьминского в лоб его спасло только то, что он сразу же умёлся в другую часть кухни. Вытащил мясо из кладовки, сбрызнул чем-то, посыпал специями и разложил на жаровне. Сам же принялся нарезать овощи и сыр.
Напряжение во мне сменилось любопытством, стоило понять, что лишних поползновений в мою сторону не будет. Наследник держался больше по-дружески, чем… как-то еще.
– Ты умеешь готовить? – не выдержала я.
– Брина, вот скажи, – он повернулся ко мне и посмотрел явно осуждающе, – почему ты воспринимаешь меня каким-то изнеженным мотыльком?
Я закусила щеки изнутри и ничего не ответила. Стало неловко.
– Во время учебы, а потом службы рядом не было прислуги, и какого-то особого отношения к родовитым тоже не было. – Он вернулся к прерванному занятию, лишь иногда бросая на меня внимательные взгляды. – Так что да. Я умею готовить, держать свою одежду в чистоте, одеваться без посторонней помощи и сам заправляю кровать. Еще пользуюсь необходимым базовым набором бытовых заклинаний и самую малость владею более сложной магией.
Последнее было произнесено откровенно шутливо.
Тварг. Ни один мужчина не заставлял меня так часто краснеть.
– Прости.
– Подними ноги.
– Что?!
Он сам их поднял, в ничтожную долю мгновения оказавшись рядом. И погасил мою порчу еще до того, как она успела сформироваться на кончиках пальцев. Следующую я сама колдовать не стала, осознав, что опять неверно истолковала ситуацию.
В столе обнаружилась ячейка, выдвигающаяся под углом.
– Винный шкаф, – произнес Тьен, в уголках губ пряча улыбку, и достал бутылку и два охлажденных бокала. – Все, закрыл. Можешь сесть нормально.
– В следующий раз предупреждай, – буркнула я.
Как ни странно, удрать в свою комнату и тихо лечь спать не хотелось. Может, дело в том, что улыбка отражалась и в его глазах тоже, ничего предосудительного маг пока не сделал, а жизнь без таких вот маленьких моментов становится ужасно пресной. Уж я-то знаю, до последнего времени именно так и жила.
Пробка с тихим хлопком покинула бутылку. Огоньки над нами замерцали.
Через несколько мгновений Тьен вручил мне бокал, такой холодный, что жгло пальцы. Свой унес туда, где занимался готовкой. И себя унес туда же, к моему необъяснимому облегчению.
– Так что там с черной магией? – Сделав первый осторожный глоток, я наконец вспомнила, ради чего вообще позволила заманить себя на кухню.
Закончив орудовать ножом, Тьен разложил наш ужин по тарелкам и передал мне мою порцию.
– Проще было бы решить проблему, если бы мой отряд уцелел, – поморщился он. – Но я сообщил в столицу и был достаточно убедителен, чтобы мне поверили.
– И?..
– Утром ты поможешь мне найти хоть какие-то остатки тьмы, и мы отправим им доказательства. – Опять о своих планах я узнала, когда они уже были тщательно спланированы. – Но это формальность, к нам в любом случае пришлют ловца, чтобы осмотрелся на месте.
– Разве тебя недостаточно?
Под разговор мы оба бодро хрустели салатом, не забывая вовремя отправлять в рот и кусочки мяса. Себастьен Керрингтон не просто умел готовить, что само по себе мало сочеталось с его статусом; он умел делать это вкусно.
– А это другая формальность, – криво усмехнулся маг. – Я больше не ловец. И лучше бы мне побыстрее стать герцогом.
Сочувственный вздох подавить даже не пыталась. Как оказалось, его блестящий мир тоже не лишен трудностей.
– Не бойся, ты под моей защитой. – Моя реакция была истолкована не совсем правильно. – К тому же Мэтью Трэванс убивает только плохих ведьм. Ручаюсь.
Я чуть не выронила бокал. Дрожащей рукой поставила его рядом с собой на стол. Во избежание происшествий, так сказать.
– Кто?.. – голос с трудом слушался.
– Это он спас тебя, да? – Себастьен Керрингтон оказался возмутительно проницательным.
О-ох. Тварг. Ну почему сейчас?! Я совершенно не готова.
– Брось, это нормально. У тебя никого не осталось, ты многое пережила, и тебе необходимо было за кого-нибудь эмоционально зацепиться. – Он вдруг оказался рядом и сжал мои плечи. – Но теперь ты взрослая. Пора двигаться дальше без глупых иллюзий.
Разумные и такие логичные слова будто острым ножом ударили.
– Ты не понимаешь, о чем говоришь. – Я дернулась, сбрасывая его руки, и он их немедленно убрал. – И не имеешь никакого права лезть мне в душу!
– О, я понимаю. – Вторую часть моих возмущений маг вовсе проигнорировал. – Забыла, где я служил? У меня тоже было штук пять-шесть влюбленных глупышек, которые таскали в управление пирожки, собирали вырезки из газет и бродили по злачным районам в надежде первыми узнать о каком-нибудь преступлении и оказаться незаменимыми. Никого не напоминает?
– Иди к тваргу, твоя светлость!
Я соскочила со стола, оставив там недоеденный ужин, и мимо мага бросилась прочь из кухни.
Догонять он не стал.

А утро не задалось еще с вечера. Бывает так.
После того как проревешь ночь напролет, настроение вообще так себе. Но некоторые магические уловки помогли привести себя в порядок, а чувство долга согнало вниз, едва утро наступило.
– Брина! – Сандра уже была на ногах и, кажется, при деле. – Иди на кухню. Тьен, в смысле его светлость, сказал, что ты наверняка захочешь перехватить что-нибудь отдельно от него. И он оставил тебе новый договор.
Потрясающая проницательность. Нет, я не злилась на него, просто было горько и как-то досадно.
– Поздравляю с повышением! – трещала Сандра, лично ставя передо мной большую кружку с кофе и тарелку с двумя бутербродами. – Ты здесь уже целую вечность, а мы так ни разу и не выбрались вместе в город. Надо это исправить!
– Исправим. – Я вдруг поняла, что больше не хочу замыкаться. – Но сейчас лучше лишний раз по округе не ходить. Во всяком случае, пока я не придумаю какую-нибудь защиту.
Сидение по домам, дрожа от страха, не поможет. В арсенале ведьм есть приманивающие заклинания.
Вслушиваясь в звуки бурлящей кухни, жуя бутерброд и прихлебывая ароматный, с бархатистой горчинкой кофе, я внимательно прочитала договор. Округлила глаза в месте, где была прописана сумма. Да там… Знай я, сколько платят ведьмам, может, и не притворялась бы, что моего дара не существует. И это только жалованье. Каждый ритуал вознаграждался дополнительно.
Огогошеньки. Жизнь совершила неожиданный поворот, но стало интересно.
К тому же мысли о магии отвлекали, и я больше не ощущала себя сломанной куклой.
– Доброе утро, Брина. – На кухню заглянул Тьен. – Готова?
– Да.
– Тогда идем. Надо успеть найти следы до ловца.
Будто вчера я не наорала на него, а он не потоптался грубыми подошвами сапог по моему личному. Но это и ничего, извиняться не придется. С этой мыслью я передала ему документ и направилась к выходу.
Заговорила первая:
– Ты собираешься заботиться о людях герцогства?
– Разумеется, – с легким удивлением в голосе отозвался идущий впереди мужчина. – Это мой долг.
– Отлично, тогда ты платишь за заготовки для амулетов и камни! – воодушевилась я. – Нужно обеспечить всех защитой.
Будущий герцог согласно хмыкнул.
Дело оказалось совсем простым. Мы оба видели потоки, оба были на месте ритуала и оба знали, где искать следы. Туда и направились, не сговариваясь. Я лишь вздрогнула, когда идущий впереди маг вдруг обернулся… и зачаровал подол моего платья от грязи и влаги. Подмигнул. И пошел дальше как ни в чем не бывало. И я тоже пошла, мысленно костеря себя на все лады. Раннее утро, лес, роса, белое платье… как можно было не догадаться использовать бытовое заклинание?!
Виноваты вино и вчерашняя ссора. Знаю, я выдумываю отговорки, в то время как стоило бы сосредоточиться на магии.
Любое ее применение оставляет так называемые шлейфы. Пусть они не остаются рядом с местом навечно, но дня три держатся. Может, два. И здесь, в лесу, такого добра достаточно. Пожалуй, надо еще в городе проверить…
– Следов хватает, – сообщила Тьену, да он и сам это знал.
Кивнул и передал мне сотворенную сферу. Она напоминала полый хрустальный шарик. Такие обычно использовали, чтобы хранить внутри магию, исцеляющее заклинание, приворот, порчу и магические улики. Я собрала немного остатков чужой силы и сцедила внутрь.
– Определить ведьму по ним без шансов, да?
– Ты же у нас ловец. – Я вернула ему сферу, постаравшись при этом не дотронуться до его пальцев.
Он, не глядя, убрал кругляш в карман.
– Надеялся, что у ведьм есть какие-то штучки, помогающие узнать конкурентку.
Следующим пунктом в плане было добраться до города и встретить ловца. Мэтью. Как подумаю, все внутри переворачивается… Когда выходили на дорогу, Тьен машинальным движением протянул мне руку, помогая перебраться через подгнившую корягу.
– Я могла бы узнать ее просто при встрече, – призналась и криво усмехнулась, получив заинтересованный взгляд. Пришлось уточнить: – При условии, что она не маскируется.
– Но она, конечно, скрывается, – лишних иллюзий бывший ловец не питал.
– Не сомневайся.
– И… как ведьмы прячутся от своих?
Думает, я не расскажу?
Оно бы, наверное, не стоило, но я сомневаюсь, что за историю человечества ни одна ведьма не поделилась этим маленьким секретиком ни с одним ловцом. Как ни забавно, такие пары часто сотрудничают и еще чаще женятся, но… но это уже совсем другая история.
– Надо зайти в цветочный и выяснить, не заказывал ли кто цветы арнмиры. Ну, знаешь, такие мелкие серо-голубые цветочки? – Оценила выражение его лица и понимающе добавила: – Что, их букеты стояли в каждой вазе в том замке?
– Угу, – мрачно подтвердил маг.
– Вот видишь, ловцов учат не всем нужным хитростям…
Прикусила язык, но поздно. Уже ляпнула. Уже обожглась о яростный взгляд. И вместо того чтобы выпустить, он сжал мою ладонь крепче.
– Все потому, что ведьмы – невыносимые стервы, – еще более мрачно буркнул Себастьен Керрингтон. – Начальник Бюро женат на одной из них, но за тридцать лет так и не смог заманить к нам преподавать ни ее, ни одну из выпускниц ее школы.
– У нас не принято работать против своих, – равнодушно отозвалась я. – Отступивших слишком далеко от закона ведьм не больше, чем обезумевших магов. А сколько было ложных обвинений, пока ведьм не оставили в покое?
Справедливости ради, в старые времена контролировали абсолютно всех одаренных и страдали все.
– То есть ты не думаешь, что тебя могли спасти раньше, если бы другие ведьмы не были равнодушны? – сказал и тут же отвел взгляд. Видимо, сразу же пожалел, но слова, как заклинание, не развеешь.
– Иногда думаю, – призналась откровенно и отобрала у него свою руку. – Но я бы попала в приют, а там тоже несладко. И… не знаю, как тебе объяснить, но случившееся сделало меня мной.
Недавно это поняла и до сих пор так странно… Но это первый осторожный шаг к тому, чтобы забыть и жить дальше.
– Прости, – хрипло выдохнул Тьен.
Станция, куда прибывали дилижансы и почтовые экипажи, имела отдельное здание для порталов. К его входу мы как раз приближались. Тьен планировал встречать коллегу на улице. Казалось, он вообще не в большом восторге от самой идеи прибытия ловца. А я…
А у меня предательски тряслись коленки.
– Не против, если я схожу к цветочнику, а потом вернусь в поместье?
Испытующего взгляда не выдержала. Пусть думает, что хочет.
– Что, сбегаешь от своего героя? – усмехнулся будущий герцог.
Хотелось его послать, но я же воспитанная ведьма. Хоть его мать и считает иначе.
– Ладно, иди, – наконец он махнул рукой. – Заодно отправишь сферу и купишь все, что необходимо для амулетов.
Сферу, адрес и деньги он мне выдал.
Магическое отправление – еще одна вещь, которой я не делала никогда раньше. Даже для обязанностей домоправительницы это было слишком. Руки дрожали, когда отдавала сферу сотруднику станции и заполняла бланк. Медленно приходило осознание: я теперь не служанка, а ведьма. Официально.
С ума сойти. Хотя нет, лучше все же не надо.
Улыбнулась своим заполошным мыслям, кивнула пареньку в форменной одежде и направилась к выходу, когда из здания напротив вышел человек в форме.
Я остолбенела.
Он стремительно подошел к Тьену, и они обменялись рукопожатием.
Мэтью Трэванс… Именно такой, каким я его запомнила. Сильный. Благородный. Идеальный.
А я, дурища такая, сбежала, вместо того чтобы быть представленной ему по всем правилам…
Злость на себя отозвалась слезами, закипевшими в глазах.

Глава 6

Купив все необходимое, я решила, что момент самый подходящий для визита к доктору. Посмотрю на бесстыжую физиономию. Где он принимает, уже знала, туда и направилась.
У двери шатались два мужика, явно страдающие от похмелья, женщина с годовалым малышом как раз входила внутрь. Я поправила на плече тяжелую сумку, огляделась, но улица в основном была пуста. Ранним утром популярностью пользовались рынок и храм, но они находились в другой стороне. Вот и чудно, ничто не могло помешать мне обойти небольшое здание и заглянуть в окно.
Кабинет доктора. Угадала.
Он как раз осматривал малыша и сочувственно качал головой.
Прошептала несколько слов – и к картинке добавились звуки.
– Ну-у, тут ничего не поделаешь, уважаемая госпожа Эрвен. Я бы и рад помочь, но магией не владею…
– Магией? – ужаснулась женщина, прижимая ребенка к себе.
– Магией, – степенно подтвердил доктор, а от меня не укрылся торжествующий блеск в его глазах. – Это все ведьма злосчастная. Как она появилась, у меня поток больных в три раза увеличился. Заметили, что люди стали болеть чаще? И ночью в доме наверняка не по себе?
Госпожа Эрвен растерянно моргнула:
– Да не замечала ничего такого…
– А вы будьте внимательнее, тогда непременно неладное увидите, – назидательно поднял палец проходимец. – Она на наш город порчу наводит! Страшную. Может быть, даже смертельную.
Злобная ведьма в моем скромном лице обалдела от собственной пакостности. Темные чары на целый город. Ну и гадина же я!
– Ой!.. – за компанию со мной изумилась пациентка.
– Именно, милочка, – еще покивал доктор-обманщик. – А теперь идите, у меня там очередь перед дверью.
Ну коне-ечно… Чтобы выдать мужикам простейшее зелье от похмелья, особенно соображать не надо. Хотя не удивлюсь, если он под видом лекарства толкает обыкновенный рассол.
– Но как же…
– Хочешь, чтобы твой ребенок выжил, ведьму надо выгнать из поместья, – поделился мечтой доктор. – Чем скорее, тем лучше.
Мамаша охнула и убежала обдумывать способы моего изгнания.
Я же прислонилась спиной к стене рядом с окном и перевела дыхание.
Хотелось обидеться на весь мир, нажаловаться Тьену, и пусть он им всем покажет, но от почти детского желания самой становилось смешно. С каких пор Себастьен Керрингтон заделался моим покровителем? И – что важнее – как быть, если не покажет? Что, если будущий герцог поверит им, а не мне? Или отправит решать свои проблемы самостоятельно?
Дожидаться, пока пошлют, не хотелось, и я решила перейти к решению проблем прямо сейчас.
Маленькая невинная тухлая порча – и с очаровательным «пух!» пробки разом вылетели из всех пузырьков, содержавшихся в кабинете и в примыкающей к нему холодной кладовке, а удушающая вонь тухлятины даже сквозь закрытые окна проникала. Изнутри послышался бодрый кашель, перемежающийся забористой руганью.
Я позволила себе улыбнуться и наколдовала отвод глаз.
Раньше надо было на самом деле, но уверена, меня никто не видел.
Доктор вместе с протрезвевшим от переизбытка впечатлений пациентом вывалились на крыльцо и теперь ругались уже там.
Решаться следовало быстро.
Смерив свои пальцы оценивающим взглядом, я позволила себе все. А именно: еще одну порчу на сыпь обоим мужикам и два коротких подчинения. Вот это, в отличие от обычных ведьминских пакостей, уже было запрещено, но, видимо, я все же темная и пакостная. Ладно, потом с этим разберусь. Пока же эти двое пойдут и расскажут всем, что после визитов к горе-доктору у них начались неведомые проблемы со здоровьем. Подчинение после этого развеется.
И я пообещала себе больше так не делать. В очередной раз.
Глянула на доктора, убедилась, что внезапную сыпь на небритых физиономиях он связал с испортившимися лекарствами и витающими вокруг ароматами, и направилась к поместью. У меня дел невпроворот, а я тут ерундой занимаюсь!
Но… один – один. И я с этим проходимцем еще не закончила.
Пока дошла до ворот, решила, что и Тьену тоже нажалуюсь. На всякий случай.

Как-то легко и почти незаметно для себя и окружающих я превратилась из хорошо оплачиваемой подруги в штатную ведьму. И когда мне не хватило пространства в комнате, а в холле мы с занимающимися делами слугами мешали друг другу, герцогиня выделила в мое распоряжение зимний сад. Туда принесли стол и несколько коробок под готовые амулеты, а кресла и так имелись. Удобные.
Правда, приходилось бороться с желанием вместо работы прогуляться среди вечнозеленых растений в кадках… Еще я заметила остатки иллюзии пения птиц. Если после амулетов останутся силы, напитаю и ее.
Хватит, не отвлекаемся!
Неразумно с моей стороны было еще до начала работы истратить часть энергии на пакости, но заставить себя сожалеть при всем желании не получалось.
Вру. Желания не было.
– Так и знала, что тебя у меня уведут, – беззлобно сообщила Энни, забираясь в соседнее кресло.
– Прости. – Я развела руками. – В свободное время обещаю ходить с тобой на занятия.
Энни фыркнула, всем своим видом показывая, что думает о таких обещаниях.
– Но моей подругой-то ты останешься? – На меня строго сверкнули синющие глаза.
– Несомненно!
Повезло ей с внешностью, уже сейчас яркая красавица. Наверное, пошла в отца, я так и не добралась до галереи посмотреть на его портрет. Тьен с герцогиней, хоть и симпатичные, все же не цепляют взгляд так сразу.
А я и вовсе простушка на фоне их всех.
Что в целом отражает действительность, но все равно немного обидно.
– Тогда присоединишься ко мне на верховой прогулке после обеда и еще одного скучного занятия?
– С удовольствием. – Я прикинула количество амулетов, которые еще предстояло сделать, и решила, что успеваю.
Ведьме тоже нужно гулять и дышать воздухом. Заодно присмотрю за Энни на случай чего.
Довольная моим ответом, она что-то радостно пискнула и убежала сдаваться очередному мэтру, который наверняка потерял ее и злился, но точно не посмеет выразить явное недовольство.
Проводив взглядом спину в бирюзовом платье, я вернулась к работе. Для начала сделала амулеты всем, кто живет и работает в поместье. Они точно возьмут и точно будут носить. Хотя бы здесь и по дороге туда-обратно. С остальными сложнее. Смотря насколько доктор сумел распространить свой яд. Конфликтов в любом случае не хотелось. Я окинула взглядом заготовки и решила заменить камни браслетами-нитями на запястья. Их легко спрятать под рукавом, никто не заметит.
И делать их быстрее.
Такая защита забирает куда меньше сил.
Печально это признавать, но, похоже, годы у ведьмы научили меня куда большему, чем я узнала бы в магической школе.
К обеду я уже освободилась, но раз уж Сандра любезно принесла его в зимний сад, решила здесь и поесть.
– Камень на шею или нить на запястье? – Я выразительно указала на разложенные по столу амулеты.
– Если не возражаешь, я бы взяла и то и другое. – Признаться, Сандра меня удивила. – Не хочется, знаешь ли, погибнуть во цвете лет.
– Спасибо за доверие. – Я помогла ей с завязками.
Усталость, конечно, присутствовала, но резерв оставался в норме, хотя колдовать пришлось сегодня много. Подтверждается ощущение, что чем чаще приходится прибегать к дару, тем больше он крепнет.
– А всякие штучки, чтобы казаться красоткой или понравиться парню, у тебя есть? – азартно сверкнула глазами старшая горничная.
– Я могу много чего сделать, но хорошо подумай, готова ли ты расплачиваться несчастьем, болезнью или жизнью кого-то из близких за черную магию? – Честно все объяснила ей. – Не советовала бы.
Сандра поежилась и отступила на шаг:
– Да я так просто спросила…
– А я предупредила на всякий случай и не возражаю, если ты передашь мои слова другим девушкам. – Приемлемый способ избавить себя от необходимости повторять много раз одно и то же. – И это всех ведьм касается. Без исключений.
– Ладно, я поняла.
Она собралась сбежать от меня подальше, но я успела задать вопрос раньше:
– Про меня всякое в городе говорят, да?
– Потому что ты новенькая, – отмахнулась Сандра. – Здесь всех не сразу принимают. Жене господина Джудора два года не хотели ничего продавать на рынке, представляешь?
С трудом.
Замечание однако натолкнуло меня на интересную мысль:
– А много людей сюда в последнее время переехало? Скажем, за три-четыре месяца.
– Так никого. – Такая крепкая, казалось бы, ниточка дымкой растаяла в пальцах. – Одна ты.
– Но меня мы подозревать, пожалуй, не будем, – протянула задумчиво больше себе. – Где же засела эта ведьма?
Вопрос без ответа. Но это пока.

До прогулки я успела съесть вкуснейший крем-суп, раздать всем в доме амулеты и проконтролировать, чтобы их действительно надели, переодеться в костюм для верховой езды и заплести волосы в косу.
Смотрюсь как… компаньонка юной леди, да. Не больше и не меньше.
Открытие почему-то отбило охоту крутиться перед зеркалом, и я поспешила вниз. Не хватало еще, чтобы меня ждали!
По пути взгляд опять зацепился за шторы. Их заменили и теперь висели чистые, но висели криво, и это раздражало, как дыра на чулке. Вроде бы посторонним не видно, но ты-то о ней знаешь – и… бесит.
Домоправительницу в себе оказалось изжить не проще, чем ведьму.
Так и быть, при встрече скажу Сандре. Надеюсь, обойдется без обид, потому что со всем остальным домом она справляется хорошо.
– Брина! – Внизу лестницы меня перехватила бывшая подопечная. – Иди сюда, что-то покажу. Только быстрее!
Клещом вцепившись в мое запястье, она вильнула куда-то в сторону, коридор расширился и вылился в галерею. Ла-адно. Как раз собиралась сюда заглянуть. Но вот зачем меня сюда тащит Энни…
– Смотри, – важно кивнула она, – красиво, правда?
Наверное. Раньше, чем я смогла дать свою оценку бесчисленной череде портретов, в глаза бросилась одна деталь: персонажи на самых старых из них носили короны. Не герцогские.
– Ваш род был правящим? – Так и почувствовала, как брови взлетают вверх.
– Да, это старая история, – отмахнулась Энни, но стремительно увлекла меня вперед, пока мы не оказались перед первой парой без корон. – Вот, смотри. Это Кристиан, первый герцог Керрингтон. Вообще-то он был принцем, вторым по рождению. Но влюбился в дочь управляющего маленьким охотничьим имением, куда императорская семья наведывалась каждую осень, и захотел жениться на ней.
Я посмотрела на красивую женщину со счастливой улыбкой, изображенную на портрете рядом с рыжеволосым мужчиной… да нет, не похожа она на служанку! Величественная, сияющая, герцогиня как есть.
– Как неосмотрительно…
– Да нет, романтично! – протестующе сверкнула глазами их… правнучка? – Он настоял на своем, только пришлось подписать документы, по которым ни он, ни его потомки никогда не будут претендовать на престол. Но семья его не отвергла, они сохранили теплые отношения. Так появились герцоги Керрингтоны. А еще тогда же магия сработала так, что первый мальчик у каждой герцогской четы рождается не только со своей сильной магией, но и со способностью гасить чужую. Любую, представляешь? Тьен тоже так может. Ой, я не должна была рассказывать…
Леди Непосредственность.
– Ничего, он сам сказал мне какое-то время назад, – успокоила ее.
Даже наглядно продемонстрировал.
Энни выдохнула и передумала благовоспитанно краснеть.
– С тех пор Керрингтоны женятся исключительно по любви, невзирая на сословия и правила общества. Считается, что с каждым таким союзом наша магия крепнет. Но я привела тебя сюда не семейные легенды рассказывать! – Она продвинулась еще немного вперед и остановилась перед чистой, залитой солнечным светом стеной. – Мама сказала, что через месяц начнут рисовать мой портрет! Ты представляешь?!
Угу. Неподвижное сидение в одной позе на протяжении долгих часов. По-моему, ни одна красивая картинка этого не стоит.
Высказывать неподобающие мысли, впрочем, не стала. Вместо этого нашла взглядом портрет герцогини с мужем. Сердце сжалось от вида их влюбленных взглядов и счастливых лиц. Должно быть, ей сейчас очень тяжело без него. Но почему их портрет последний?
– А где Тьен?
Ой. Вырвалось.
Энни прыснула и заговорщицки понизила голос:
– Его портрет собирались писать дважды. Но сначала он сбежал поступать в университет… Представляешь, под чужим именем, без всех полагающихся ему по праву рождения привилегий! Раскрылся, только когда блестяще сдал все экзамены. Мама с ума сходила от беспокойства. Вот… А во второй раз он не приехал на каникулы, вместо отдыха отправился на какую-то там практику.
Богата на приключения жизнь наследника герцогства.
Мы уже шли прочь из галереи.
– Он сказал, что сдастся потом для парного портрета с женой, но что-то мне подсказывает, что новой герцогине это будет стоить огромных трудов, – заключила Энни.
А я… при упоминании этой новой герцогини скривилась и передернула плечами. Ее только тут не хватало. Уволит еще…
Герцогские лошади, привычные к магии, меня не боялись. Надо же. А я-то переживала, тащила из кухни угощение и заготавливала ласковые слова. В итоге угощение у меня, конечно, приняли, потыкались носом в бок и любезно позволили забраться на бронзовую спину. То есть в седло. Держаться в нем я умела, но, конечно, не так грациозно, как Энни. Зато оценила прелесть дорогого костюма для верховой езды: он будто выравнивал осанку, как нужно, и придавал изящества. Но спина мстительно разболелась уже на выезде с территории поместья, бедра неприятно тянуло, хотя до этого казалось, что они в принципе болеть не могут, а замечания Энни совершенно не шли на пользу самолюбию.
– Тебе просто не хватает практики, – подытожила подруга… наверное, мне можно ее так называть?
– Вот спасибо!
– Надо чаще находить время для таких выездов. – Кое-кто уже все спланировал.
– Ты же в курсе, что сейчас это не совсем безопасно?
Нас сопровождали учитель и небольшой отряд охраны. Понятия не имела, что у Керрингтонов есть охрана! Хотя следовало догадаться: как герцогам без нее? Правда, против черной ведьмы охрана тут я, об этом тоже забывать не следовало.
Запретила себе любоваться красотой цветущих деревьев… и очень вовремя, где-то за ними послышались шаги и голоса.
Все ближе.
Я напряглась и на всякий случай приготовилась колдовать энергошары. Пара интересных порч также в запасе имелась.
И хорошо, что я не успела применить ничего из своего арсенала. Может быть, это меня и спасло.
Потому что из-за ветвей, усыпанных цветами, показались ловцы. Тьен и Мэтью, если точнее.
– Полагаю, это они? – приподняв брови, уточнил столичный гость. И, опомнившись, кивнул нам: – Дамы.
– Моя сестра, леди Эннглория Керрингтон. – Будущий герцог ни на миг не забывал о правилах вежливости. – И наша штатная ведьма, Брина Рекхард. Позволю себе заметить, отличная ведьма.
А я будто приросла к седлу и спине лошади, слилась со всем этим в монолитную бронзовую статую и сидела ни жива ни мертва. Мэтью Трэванс стоял прямо там, всего в нескольких шагах, и изучающе разглядывал меня. Сердце одновременно пыталось выпрыгнуть из груди, перестать биться и сжаться в комок. В мечтах почему-то все было куда проще…
– Вы смелый человек, лорд Керрингтон, раз подпустили черную ведьму так близко к не обладающей даром сестре, – заметил предмет моих воздыханий, с легким превосходством поглядывая на всех нас. – Кто знает, вдруг она уже околдовала малышку?
– Кажется, я уже упоминал, что Брина спасла нас обоих, – сдержанно заметил Тьен. – Ей можно доверять.
– Доверять? – насмешливо переспросил ловец из столицы. – Как я могу быть уверен, что вы тоже не околдованы?
Энни рядом со мной вытянулась в струнку, вздернула подбородок и выглядела бы ледяной леди, если бы не метала глазами молнии. Почему-то именно ее вид заставил меня прийти в себя. Ненужные эмоции схлынули. Я поразилась тому, как твердо прозвучал мой голос:
– Эй, я вообще-то здесь и в состоянии сама за себя постоять! – Внимание я получила, мужчины оба повернули головы в мою сторону. Чудно. – Да, я ведьма. Черная ведьма, если хотите. Могу пройти все необходимые проверки, если это нужно, чтобы господин ловец из столицы перестал тратить время на ерунду и начал наконец делать свою работу. Вы ведь не весенними цветами любоваться сюда прибыли, не так ли?
Да, я в него влюблена. Признаю это. Но растекаться сиропной лужицей у сапог известного боевого мага не собираюсь.
Энни рядом выдохнула. Отлично. Мне не нравится, когда она боится.
– Проверки? – с притворным безразличием переспросил Мэтью.
– Если капнуть каплю ведьминой крови на кристалл-полупроводник и использовать печать ловца, можно увидеть все чары, сотворенные ведьмой примерно за последние два месяца, – пояснила всем, решившим изображать несведущих. – В случае заверенного магически и документально согласия ведьмы получать дополнительные разрешения не требуется.
Процедура неприятная, но я надеялась, что проходить ее не придется.
Мэтью не разочаровал. То есть оказался примерно таким же предсказуемым, как большинство других магов.
– Вот теперь я вижу, что эту ведьму можно не подозревать, – хмыкнул он. – Госпожа Рекхард, прогуляетесь с нами? Заодно расскажете, что выяснили интересного.
– Так и знала, что ее опять уведут, – проворчала Энни.
Хмурый Тьен каким-то образом оказался рядом и помог мне слезть с лошади. И не упасть, когда тело предательски попыталось превратиться в желе. Притом не от близости вожделенного мага, а от боли в мышцах, вызванной недостатком физических нагрузок.
Учитель перехватил поводья оставленной мной лошади.
– Позже увидимся, – бросила я Энни.
В прогулке оказалось мало приятного, несмотря на цветущие и зеленеющие деревья, запахи весны и даже то, что я неожиданно для себя оказалась на равных с двумя опытными магами. Что же, пора признать, у меня тоже хватает опыта, только он другой.
Я коротко рассказала о своих делах после того, как мы с Тьеном расстались, упустив разве что визит к доктору, после чего все вместе пытались придумать, с чего начать. Шлейфы почти рассеялись, но Мэтью еще успел их увидеть, да и мертвое тело никуда деваться не собиралось. Так что в скором времени ждали еще четверых ловцов. Пока же Тьен отправил своих людей осмотреть охотничьи домики, заброшенное жилье в соседних деревнях и прочие места, где могла бы притаиться ведьма.
Разрешения у ловца он не спрашивал, просто сделал, и все. А у Мэтью глаза потемнели и уголок рта дернулся. Только парочки соперничающих магов мне здесь не хватало!
– Рад был познакомиться лично. – Маг моей мечты кивнул, прощаясь. – До завтра, Брина. Герцог Керрингтон.
Еще не совсем герцог. Но это оказался тот редкий случай, когда Тьен не стал поправлять.
– А что будет завтра? – растерянно моргнула я.
– Званый ужин у Найджеров, – успел первым ответить Тьен. – Мы идем. Кстати, ты тоже.
– Э-э…
– Ты же сможешь почуять ведьму, если она… ну, не знаю… замаскируется под кого-нибудь? – требовательно спросил Мэтью.
Я нервно сглотнула:
– Д-да. При определенных условиях.
– Лучше, чем ничего, – бросил ловец, после чего развернулся и размашисто зашагал прочь.
Мы обогнули поместье и теперь стояли почти у самых ворот. То есть уже не стояли, а входили в ворота.
Перевела дыхание. Невидимая рука разжалась, отпуская сердце, желудок и меня всю. Кажется, только теперь смогла свободно вздохнуть.
И сразу же негодующе напустилась на Тьена:
– Какая ворона между вами пролетела?
– Не понимаю, о чем ты.
Все маги такие невыносимые или что-то не так именно с этими двумя?
– Мне показалось, что вы друг другу не нравитесь, – стоило произнести это вслух, и стало понятно, как странно это звучит.
– Брина, незабудка моя, у магов в принципе не принято плеваться сиропом, – усмехнулся Тьен. – Не прикончили друг друга, и ладно. Считай, мы почти лучшие друзья.
Э-э. А как они в таком случае работают вместе?
Но спросила другое:
– Я – кто?!
– Незабудка, – повторил Тьен, откровенно наслаждаясь своей способностью гасить чужую магию, если что. – Слишком нежный цветочек для черной ведьмы.
Для домоправительницы или компаньонки посылать хозяина – ненормально и вообще верный путь к увольнению. Но сейчас я была как никогда близка к тому, чтобы проверить границы дозволенного для ведьмы.
Именно этот маг, пожалуй, самый несносный! Наверное, потому, что почти герцог.
Однако же выходить за рамки не хотелось, и я ограничилась испепеляющим взглядом и стремительно взбежала на крыльцо.

Следующий день отметился не только приемом. Все началось гораздо раньше.
Со штор. Сандра приказала их перевесить, но, на мой вкус, стало еще кривее, чем было, а равнодушной остаться почему-то не получилось, и утром, пока дом еще спал, я попросила у нее лестницу и полезла наводить порядок сама. Знала же, что лезу не в свою работу!
Поделом мне. Неизбежность наказания осознала, когда лестница предательски качнулась. И, падая вниз, лишь укрепилась в этом осознании.
– Брина!.. – Судя по голосу, Сандра до смерти перепугалась.
Плюх. Не больно. То есть как – не больно?!
Снизу застонали, но, вместо того чтобы спихнуть меня, зачем-то обхватили рукой за талию…
И Сандра рядом нервно хихикнула:
– Вы там живы?
– Да.
– Кхм… Относительно.
– Пусти меня уже, наконец! – не выдержала я, вырываясь и сползая с разлегшегося на полу Себастьена Керрингтона.
Сползла. Подышала.
– Обычно в таких случаях принято благодарить, – заявила эта наглость лежачая.
Он только что руки за голову не закинул и вообще выглядел так, будто просто прилег отдохнуть.
– Ну… спасибо. – Я зачем-то потерла неушибленный бок. – Наверное.
– Наверное? – прищурился маг.
– Если ты пытался меня поймать, то неудачно. – А он что думал? Ведьмы тоже бывают наглые. Вопрос, бывают ли другие… – А если целью было смягчить падение, тогда точно спасибо.
Зажимая себе рот, чтобы не хохотать, Сандра пятилась в сторону хозяйственного коридора. Я неодобрительно покосилась на наполовину повешенную штору – смешно ей! Пора бы уже запомнить, что помощь ближнему сильно наказуема.
– Слов недостаточно, – напомнил о себе Тьен.
В одно неуловимое движение поднялся и подхватил меня на руки. Сдернул с вешалки плащ, завернул в него и вышел из дома.
– Эй, ты куда?!
– Тише. Покажу тебе кое-что.
Таинственное «кое-что» находилось за пределами поместья.
Верить, будто оно имеет отношение к поискам ведьмы, не получалось, хотя я старалась.
Тьен уверенно углубился в лес, бережно прижимая меня к себе. Надо заметить, от этого имелась определенная польза: боку и затылку было замечательно тепло. Запах дорогого парфюма дразнил обоняние. Приятно. Так что я потихоньку передвинулась таким образом, чтобы утыкаться носом магу в плечо. Может же ведьма позволить себе маленькие слабости? А пахло на самом деле вкусно. Но вот под плащ и за шиворот затекло несколько капель утренней росы с низко висящих веток, волосы местами намокли, а ступням в одних чулках становилось неуютно. Понятия не имею, когда потеряла туфли, при падении или уже по дороге?
– Что ты затеял? – Терпение в какой-то момент закончилось. – Я не соглашалась участвовать! У меня нет на это времени!
Знать бы еще, чем я таким важным должна была заниматься ранним утром.
– Брина, не вредничай, – миролюбиво попросил маг, огибая очередную мокрую ветку. – И закрой глаза, пожалуйста.
– Зачем?
– Ты мне доверяешь?
Глупый вопрос.
– Нет!
Он насмешливо фыркнул и потерся колючим подбородком о мою мокрую макушку. Вроде бы ничего такого, а мурашки под плащом побежали. И под платьем.
– Все равно закрой, – не сдавался Тьен. – Будем работать над доверием. Без этого в команде никуда.
– Ведьмы по натуре своей одиночки, если ты вдруг не знал, – проворчала я, но глаза все же прикрыла. Даже честно постаралась не подглядывать.
Мокрая ветка мазнула по щеке.
– А-ай!..
– Прости.
Раздразнить любопытство неугомонному магу удалось, и я сосредоточилась на ощущениях. Утренняя роса, холодная, но и бодрящая. Обманчиво теплый ветерок, особенно я это ощущала ступнями. Щебетание пташек, шелест листвы и одуряющие в своей гамме запахи. Даже если маг затеял какую-нибудь ерунду, буду считать, что состоялась полезная утренняя прогулка.
Пройдя еще несколько десятков шагов, Тьен вытряхнул меня из плаща, бросил его на траву, затем аккуратно усадил меня сверху.
– Ты же в курсе, что теперь плащ будет мокрый? – не смогла не позанудствовать я.
– Можешь открыть глаза.
Я последовала рекомендации – и тихонечко ахнула.
Сон-трава. Целая поляна меж деревьями была усыпала фиолетовыми цветами. Красиво так, что слезы на глаза наворачиваются. Кажется, это лучшее утро в моей жизни за долгие-долгие годы.
– Скажи, это стоило того, чтобы встать пораньше? – заразительно улыбнулся Тьен. – Я планировал достать тебя из-под одеяла и принести сюда, но немного опоздал.
Невинное вроде бы признание отозвалось жгучим румянцем на щеках.
– Зря мы не взяли с собой Энни, – пробормотала я, ерзая на расстеленном поверх травы плаще. – Ей бы понравилось.
– Энн любит поспать подольше. – В улыбку будущего герцога добавилось нежности. – К тому же она, как и я, выросла здесь и знает окрестности как свои пять пальцев. А для тебя все ново.
Не поспоришь. Да и спорить со спиной мага – занятие неблагодарное. Провожаемый моим удивленным взглядом, он деактивировал защитные чары и вытащил из травы заботливо укрытую салфеткой корзинку. Мне оставалось только глаза округлять, когда передо мной разложили гренки, мясо, сыр, яблоки, украшенные глазурью кексы и прохладный ягодный чай. Вылазка окончательно перестала походить на спонтанную!
Увы, это уже не останавливало.
Воздух понемногу теплел, от красоты дыхание перехватывало, ну и… нам же в любом случае надо есть?
– Спасибо, – чуть слышно прошептала я.
– С тебя минимум один танец.
Вечером еще и танцы будут?!
Не иначе, я где-то подцепила порчу и сама не в курсе…
Некоторое время мы ели и просто наслаждались весной и редкими минутами спокойствия. Я свое молчание оправдывала тем, что говорить нам особенно не о чем, Тьен тоже молча жевал. Хорошо так. И порчей засветить в лоб никому не хочется.
Тем удивительнее, что я первая нарушила тишину:
– Возле дома, где я жила с родителями, было много таких цветов.
– Что еще ты помнишь? – Тьен заинтересованно подался вперед.
Пришла ведьма и всех убила. Стены были в крови. Мою семью жрали мерзкие твари нижнего уровня. А потом она забрала меня, и я стала четвертой дочерью красивой черноволосой женщины в роскошном платье, как у какой-нибудь аристократки. Хотела бы забыть, но не получается…
– Кажется, у меня были еще братья и сестры. Больше ничего.
Перебравшись ко мне за спину, Тьен крепко обнял меня и задышал в макушку:
– Мне жаль, что не я тебя вытащил оттуда. И что это не случилось раньше.

Собираться на светское мероприятие оказалось забавно ровно до того момента, как мне попытались сделать прическу и макияж. Белое платье с вкраплением серебряных нитей, которое выбрала герцогиня, неожиданным образом мне шло. Утром Тьен объяснил самые важные моменты: как себя вести, что говорить, как правильно держаться. Потом то же повторила Энни, и я вроде бы все запомнила. Нет, я сама знала многие вещи. Но одно дело – знать, и совсем другое – лично участвовать.
Ведьме позволялось чуть больше, чем дамам высшего света, а спрос с ведьмы был куда меньше. Ну хоть так.
Макияж мне Энни все же сделала, волосы я сама красиво разложила по плечам, а Тьен перед выходом набросил на плечи плащ. Глупость полная, но я чувствовала себя принцессой перед первым балом. Понимала, что попрощаюсь с волшебным ощущением, как только все начнется, но пока откровенно наслаждалась.
– Мама… – Тьен первой помог забраться в экипаж герцогине.
Потом сестре и мне.
Украшения и гербы, ухоженные лошади, лакеи и охрана… ох, не стоит мне привыкать к такой жизни. Я не часть этого и никогда не буду.
– Брина, улыбнись, – не смог остаться безучастным к выражению моего лица Себастьен Керрингтон. – Ты не на казнь едешь.
И, склонившись к самому моему уху, добавил:
– Самая красивая девушка на приеме не должна грустить.
Красивая? Я?! У меня же нос неидеальный, прическа не по правилам, и вообще я не леди!
– Оставь ее в покое, – одернула сына герцогиня. – Девочка просто нервничает.
– Уже не нервничает, уже краснеет, – хихикнула Энни и благовоспитанно прикрыла рот ладошкой, затянутой в шелковую перчатку.
Ничто не остановило меня от того, чтобы наступить ей на ногу под покровом пышных подолов. Одного обаятельного вредины в семье достаточно, не стоит брать с него пример.
Кто такие эти Найджеры, я заблаговременно выяснила у Тьена. Местный судья с женой и замужней дочерью. Вероятно, также приглашены немногочисленные представители городской и окрестной знати, несколько купеческих семейств, доктор, нотариус, редактор «Келбернского вестника». На самом деле Керрингтонов, а особенно Тьена, с самого дня возвращения пытались заманить на всяческие мероприятия, но он только сейчас сдался. Вряд ли многие понимают, по каким причинам. И поэтому нас… ну, то есть Тьена, почти точно ждет наглядная демонстрация незамужних дочерей.
Посмотрю я, как он от них будет отбиваться! Или не будет. Мне-то что? Я ведьму высматривать пришла.
Экипаж остановился у добротного каменного дома, украшенного завитушками и подсвеченного фонарями. В этот раз выбираться нам всем помогали слуги в парадных ливреях. Ощущение «принцессы» усилилось. Дворецкий, поставленный встречать прибывающих гостей, едва бросил пару слов предыдущей паре и рассыпался в приветствии перед герцогом Керрингтоном и сопровождаемыми им дамами. Меня к последним тоже причислили.
И не знаю, исправил ли бы кто-нибудь ошибку, но тут появился Мэтью.
Присутствие боевого мага, невидимые иглы, втыкающиеся в кожу от мощи окружающей его силы, я почувствовала за миг до того, как его увидела.
Приглашения у него не было, но он просто показал дворецкому знак ловца. Тот с постной миной отступил в сторону.
– Здесь нет ведьм, – сухо бросила выскользнувшая откуда-то сбоку хозяйка. Наткнулась взглядом на меня. Раздраженно хмыкнула: – То есть я хотела сказать…
– Что вы не приглашали на ужин преступницу, – перебил ее столичный гость. – Но с этим я буду разбираться. Можете меня игнорировать.
Судя по выражению лица немолодой уже жены судьи, она бы с удовольствием прикопала наглеца где-нибудь в саду, а уже после этого со спокойной душой начала игнорировать. К слову, на меня она смотрела так же.
Интересно, Мэтью пригласит меня танцевать? А вообще танцевать будет? Он же ведьму ловить сюда пришел… В смысле не меня, другую ведьму.
Герцогиню Ноарис сразу же вовлекли в беседу местные дамы, и вроде бы она не возражала. Тьен оставался рядом с нами. Походя успел перекинуться парой слов с компанией местных мужчин, улыбнуться пожилой матроне и перехватить с подноса стакан прохладного ягодного чая, потому что Энни захотела пить.
Именно этот момент келбернские хищницы сочли идеальным для нападения.
Ладно, я придираюсь. Девушка была одна, и, надо отдать ей должное, она ловко столкнулась с Энни у столика с аперитивами. Подгадала единственный момент, когда это было прилично.
– О, вы пришли! Если честно, я думала, местное общество совсем не интересно молодому поколению герцогской семьи. Ну, так говорят. – Прекратив щебетать, она окинула взглядом растерянное лицо Энни и сделала правильные выводы: – Ты не узнала меня?
Энн растерянно моргнула.
– Холли Райсон. Я только недавно вернулась из пансиона, немудрено, что ты меня не помнишь.
Похоже, это с ее матерью я однажды столкнулась у ворот. И это ее сестра погибла. Темно-серое, с малым количеством белоснежного кружева платье красноречиво намекало на траур. Интересно, что эта Холли тут делает? Неужели ее мать так сильно хочет продемонстрировать обычную в общем-то дочь Тьену, что пошла на грубое нарушение приличий?
– Я тебя помню, конечно, – улыбнулась Энни. – Просто не ожидала здесь встретить. Нам всем очень жаль твою сестру.
– Да, мне тоже, – печально склонила голову девушка. – Не осуждайте меня, пожалуйста. Мама скорбит по всем правилам. А мне доктор посоветовал больше времени проводить среди людей, и я пытаюсь. Вон там мой кузен и его жена, я пришла с ними.
Несколько фраз о том, что вездесущее общество всегда знает, как, когда и сколько нужно страдать, я практически пропустила мимо ушей. Внимательным взглядом уже скользила по залу, выискивая, за что бы зацепиться, но…
– Кажется, Энни скучать не будет, – шепнул мне Тьен. – Идем потанцуем?
Бессовестный вымогатель. Почему меня так бесит, что он всем нравится?
Но когда Холли проводила меня сочащимся завистью взглядом, было приятно, признаю.
Случиться здесь с Энни вряд ли могло что-нибудь плохое, но я на всякий случай оставило на ее платье маячок.
Тьен подгадал самый простой танец и увлек меня в соседний зал.
Аристократам и тем, кто страстно хотел влиться в их ряды, почему-то было недостаточно обычного ужина. Обязательно требовалось отвести отдельную гостиную для разговоров и еще зал для танцев. В столице еще ставили столы, за которыми подруги моих пожилых хозяек раскладывали пасьянсы и даже играли на деньги, пока молодежь танцевала и знакомилась, но здесь игр не предлагали.
– Энни тут самая красивая. – В определенный момент я ощутила острую потребность хоть что-то сказать. – Это сейчас было невежливо, да?
– Да, – усмехнулся Тьен. – Но приятно.
С ним легко. Как с боевым магом, а не с аристократом, состоящем в родстве с императорской семьей.
Только я расслабилась и даже начала получать удовольствие от процесса, как танец подло закончился.
Осторожность требовала выскользнуть из его объятий и попросить, чтобы он пригласил кого-то другого, но все пошло как-то не так.
Рядом с нами, словно из-под земли возник Мэтью.
– Потанцуешь со мной? – И косой взгляд на моего партнера: – Ты же не против?
– Не думаю, что у меня есть право возражать. – Тьен безропотно отпустил мои руки и отступил в сторону.
Сердце затрепетало. Я мечтала об этом восемь лет! Однако некоторым мечтам, похоже, суждено навсегда остаться мечтами…
Мы с Мэтью едва успели коснуться друг друга. Зазвучала мелодия нового танца.
В голове молнией пронеслась мысль о том, что он слишком сложный и я совсем не уверена, что справлюсь.
Взгляд метнулся по залу и застыл, прикованный к одной точке. Ведьма стояла прямо передо мной.
Ладно, не стояла, а уходила в гостиную вместе с каким-то мужчиной. Но что самое паскудное: я не почувствовала ее! Ни единая струнка внутри не дрогнула. Я узнала ее чисто внешне. Каким-то чудом узнала.
– Брина? – осторожно напомнил о себе маг.
Тварг.
– Прости, я должна идти.
Выскользнув из кольца его рук, я тоже направилась в гостиную. Но так, чтобы не казалось, будто я кого-то преследую. Знаю, опасно искать встречи с ведьмой один на один, но что-то требовало поступить именно так. А я привыкла слушаться интуицию, тем более что у ведьм она завязана на магии.
События в гостиной развивались несколько неожиданным образом. Стоило мне войти, ведьма сразу же посмотрела на меня.
Анелия. Ее раньше так звали.
Она запомнилась тем, что все время заботилась о младших, плела косички, утешала как могла. И дважды едва не погибла после того, как наша похитительница расплатилась ее жизненными силами с потусторонней тварью. Она это переносила тяжелее других.
Теперь же эффектная молодая женщина держала под руку представительного мужчину, носила платье не хуже, чем у нашей Энни, и сияла улыбкой, которая отражалась в глазах.
Интересно, могло бы оказаться простым совпадением то, что сразу троих из нас занесло в один город?
Третья, к слову, не выжила. Не нравится мне это все…
Продолжая очаровательно улыбаться, Анелия направилась ко мне. Это видели оба боевых мага, но сомневаюсь, что хоть один заподозрил неладное. От нее вообще не веяло силой. И я быстро поняла почему: брошь с вплавленным в кристалл серо-голубым цветком. Очевидно, кристалл с усилением.
– Вон в тех тонких бокалах вино, которое не пьянит, – Анелия указала на ближайший столик. – Довольно вкусное. Его мой муж привозит из-за океана вместе со специями, так что я все пробовала лично. Но его здесь не особенно покупают.
– Муж? – прервала ее щебетание я.
– Анелия Дансвон, жена купца Эдгара Дансвона. – Она кивнула на своего спутника. – Мы почти шесть лет живем в Келберне. Ты, наверное, видела наш магазин рядом с главной площадью.
Огогошеньки. Так, Брина, спокойно. Ведьм здесь оказалось больше, чем я думала.
– Почему ты не изменила имя? – Я понизила голос, но постаралась сделать вид, словно мы обсуждаем какую-нибудь женскую ерунду. – Этого же требуют правила…
– У Найджеров есть несколько замечательных картин. Идем, покажу тебе, – произнесла она светским тоном и, взяв меня под руку, направилась в закрытую для гостей часть дома. Однако нас никто не остановил. – В отличие от вас всех, я помнила свое родное имя и не хотела с ним расставаться.
В коридоре было темно. Естественно, никто не собирался мне ничего показывать.
– Надеюсь, мне не грозит остаться лежать здесь, скончавшейся от неизвестных причин. – Вырвалось. Просто вырвалось.
– Я тоже на это надеюсь, – серьезно посмотрела на меня Анелия. – Брина, я не связана с тем, что здесь происходит в последние дни.
Предполагается, я должна поверить на слово?
– И буду благодарна, если ты не расскажешь обо мне своим магам, – ровно продолжала она. – Уж прости, но я им не доверяю. И боюсь.
Вот тварг.
От того, чтобы послать ее куда подальше, меня удержало лишь одно занятное наблюдение: внешне спокойная Анелия нервно сжимала кулаки, комкая ткань платья, и сама этого не осознавала. Ей правда страшно.
– Чего? – удивилась я. – Разве ты не помнишь, что именно Мэтью Трэванс нас спас?
И сейчас тоже всех спасет. Я не успела произнести это вслух.
– Помню, – поморщилась Анелия. – А еще помню грубых боевых магов, бесконечные подозрения, допросы и болезненные проверки. До сих пор удивляюсь, что большинство из нас выбрались из их лап живыми.
– Большинство? – не уверенная, что услышала правильно, переспросила я.
– А ты не знаешь? Так называемая «старшая дочь» не выжила. Вроде как они нашли доказательства ее злодеяний.
Тварг.
Как так получилось, что я запомнила только доброту Мэтью и что изо всех сил старалась помочь расследованию. Ничего плохого. Но нас держали не вместе, чтобы иметь возможность сравнивать показания, и не исключено, что кому-то приходилось труднее, чем мне.
– Давно здесь происходит неладное? – Раз уж рискую, решила хоть что-нибудь попытаться выяснить.
– Несколько дней, не больше.
Энни болела пару месяцев. Но это в поместье, которое находится за пределами Келберна.
– А раньше не происходило?
– Нет. Совершенно точно, – с полной уверенностью заявила старая знакомая, что в целом совпадало со словами Сандры. Раньше ей было не по себе только в герцогских владениях, а теперь и дома тоже. – Я бы заметила.
– Есть идеи, что это могло бы быть?
– Это не я, – повторила Анелия. – Я пойду на проверку, если надо, но хотелось бы обойтись без этого.
Копаться в этой истории она не хочет. Ладно. Интуиция советовала ей верить.
– Идем, надо вернуться. – Я увлекла ее назад в гущу веселья. – Я никому о тебе не расскажу.
Она порывисто выдохнула, сцепила и сразу же вновь разжала пальцы. А я сочла нужным уточнить:
– До первого нападения.
– Я больше не колдую. Если только на защиту своего дома.
– И на удачу в делах для мужа.
– Откуда знаешь?! – У нее так забавно вытянулось лицо.
– Брось, я же тоже ведьма!
В гостиную мы входили, держась под руки и смеясь, точно лучшие подруги.
Гостей как раз приглашали пройти в столовую, но я успела разглядеть кое-что необычное. Рядом с Энни и Холли стоял Мэтью, а Тьена рядом не было. Он в пределах видимости отсутствовал.
Народ смешался. Анелия ускользнула от меня и присоединилась к мужу, герцогиня продвигалась поближе к дочери, и все тянулись за стол. Я старательно делала вид, будто знаю, как держаться и куда идти, а на самом деле повторяла за окружающими.
Не так это и сложно.
– Где Тьен? – спросила, поравнявшись с Энни.
– Тебя искать пошел, – вместо нее просветил меня Мэтью. – Ты чем думала, когда уходила одна?
– Не наговаривайте, у госпожи Дансвон безупречная репутация, – строго заметила герцогиня, всем своим видом демонстрируя, что совершенно не в восторге от присутствия этого мага.
– Вот поэтому терпеть не могу иметь дело с ведьмами, – буркнул столичный ловец. – Потрясающая безалаберность!
Так получилось, что на его замечание я отреагировала улыбкой. Не из вредности или ехидства, просто подумалось, что они все не видят истинного лица Анелии, а я сразу разглядела. Нет, она не та ведьма, которая нам нужна. Но четыре ведьмы в этом захолустье… крайне странно, подозрительно и вообще ненормально.
Тьен показался в дверях в сопровождении охраны, какой-то взъерошенный, с яростно горящими глазами. Наткнулся взглядом на меня… и один из охранников выразительно указал на меня же. Да уж, остаться незаметной не получилось. Тьен кивнул, отпустил охрану и устремился к отведенному ему месту.
По пути задержался у моего стула и на миг крепко сжал мои плечи.
Не болезненно, но так, чтобы прочувствовала его настроение. Весь спектр эмоций.
И от жара его ладоней под платьем побежали мурашки.
– Голову тебе надо оторвать за эту выходку, – интимно прошептал на ушко. – Никогда больше не смей так меня пугать.
Я… не закатила глаза и не скривилась, что мысленно засчитала себе как подвиг.
Почему боевые маги не могут оставаться к ведьмам равнодушными? Одни начинают недолюбливать почти до ненависти, другие защищать как одержимые. И почему в каждую из этих категорий неизменно попадают не те, кого хотелось бы?
Ужин прошел за обсуждением местных сплетен и событий из столичных газет. Выделялся разве что Тьен, который отвечал на обращенные к нему слова коротко и без особого интереса. В конце концов столичные вопросы переадресовали Мэтью, и он воспользовался случаем влиться в местное общество, а Тьен получил замечательную возможность весь вечер сверкать на меня глазами.
Изверг. Под таким взглядом кусок в горло не лез.
Даме же полагается есть, словно птичка? Так вот, этим вечером я полностью соответствовала образу.
– Он так за тебя испугался! И рассердился, – шепотом поведала Энни, с которой мы сидели рядом. – Брина, я чего-то не знаю? Ты должна мне все-все рассказать!
– Твой брат слишком любит всех контролировать, – отозвалась я. – А мне это не нравится. Я же ведьма, что мне сделается?
Энни недоверчиво хмыкнула, но дальше расспрашивать при всех не стала.

В экипаж меня затолкали, не позволив даже словом ни с кем переброситься после ужина. Чудо еще, как герцогиню с Энни там не забыли. И Мэтью наверняка подумал, что я дала будущему герцогу разрешение меня так властно оберегать, и от этого внутри разлилось что-то горькое.
Все шло как-то не так.
Страшнее же всего становилось от понимания, что так оно, наверное, и задумано судьбой.
– За мной, – стоило нам вернуться в поместье, прозвучал приказ. – В кабинет.
Сомнений, кому именно он был адресован, и на миг не возникло.
Позади герцогиня, посмеиваясь, говорила Энни что-то о вечно противостоящих друг другу ведьмах и магах. Мол, специфика силы так проявляется. Ей-то откуда знать?!
Мне вот было не до веселья.
Проследовав за Тьеном, я лишь на миг отстала, чтобы снять плащ и оставить его в холле, а потом буквально влетела в стальные тиски его рук.
И это точно не были объятия. Меня хорошо так встряхнули.
– Ты чем думала, расскажи мне?! – рявкнул Тьен, обдавая меня ароматом своего парфюма. Вроде бы едва ощутимым, но заметным и каким-то запоминающимся, что ли. – Пойти непонятно с кем неизвестно куда! Еще одна такая выходка, и ни к чему опасному ты больше не приближаешься.
Хотела громко поставить его в известность, что уж он-то не будет решать, в чем мне участвовать, но… он будет. Потому что он меня нанял.
– Ничего не случилось, – напомнила злому до демонов магу. – Твоя мама говорит, что у Анелии здесь хорошая репутация.
– Моя мама не знает, что означает ее брошь.
Тварг. Он понял. Я вывернулась из его хватки и прошлась по кабинету.
– Ведьмы часто следуют за интуицией, – объяснила неловко, потому что такое магу в принципе не объяснишь. – Тьен, ну хватит уже! Какой смысл меня теперь отчитывать? Я уже  рискнула, со мной уже  ничего не произошло. Смысл сотрясать воздух?
– Брина, ты себе не представляешь, как напугала меня, – хрипло выдохнул маг, сдвинул панель в стене и плеснул немного коричневой жидкости в квадратный бокал. Мне тоже предложил, но я покачала головой.
Вылезу из парадного платья, спущусь на кухню и нормально поем.
– Мы были знакомы раньше. Ну, ты понимаешь. – Все равно он уже раскусил главное. Меня же не покидала уверенность, что ему можно сказать что угодно, он не предаст. – Не говори никому, пожалуйста. Особенно Мэтью. Анелия тяжело перенесла те события и теперь очень боится.
Тьен шумно выдохнул, кажется, только сейчас отпуская страх. Из своего бокала тоже не пил, просто поставил его на стол.
– Веришь ей?
– Да.
Опустившись в кресло, он протянул руку, приглашая подойти поближе. И я пошла.
– Тогда я тоже верю.
Сама не поняла, в какой момент забралась на подлокотник и уткнулась лбом ему в плечо. Раздражение на чрезмерную заботу еще не отпустило, но оказалось так необходимо разделить с кем-то опасное решение… И важно получить поддержку.
Кажется, так и рождается доверие.
– Завтра я отправлюсь в столицу. Чтобы вступить во владение герцогством, я должен поклясться в верности императору и подписать документы, что в любом случае не стану претендовать на то, чтобы забраться слишком высоко. – Он погладил меня по волосам, отчего по шее пронеслась приятная дрожь. – Будешь хоть немного скучать по мне?
Выпрямилась и посмотрела в его красивое лицо:
– Да. – И, смутившись, добавила: – Немного.

Глава 7

Утро началось со стука в дверь.
Признаться, я его ждала. Точно знала, что придет. И хотя до сих пор не решила, как относиться к происходящему и что оно означает, а соблазн прикинуться крепко спящей был велик, все же выбралась из-под одеяла и пошла открывать.
Открыла. Сонно хлопнула ресницами.
– Прости, что разбудил. – Тьен был одет в дорожный костюм, только пока без плаща. – Зашел попрощаться.
Что в таких случаях принято делать? А говорить?
– Обещаю присматривать за Энни, – подобрала хоть какие-то слова. – И за домом. И за магией тоже.
– Лучше будь осторожна и постарайся пересидеть это время тихо, – попросил будущий герцог. – Я вернусь дня через три. Самое большее – через неделю.
Я послушно кивнула. Почему так долго?! Маг меня раздражал, пугал и нервировал, но отчего-то совсем не хотелось, чтобы он уезжал.
– Вот и хорошо, – кивнул Тьен.
А потом взял и притянул меня к себе. Прижал так крепко, что стало трудно дышать. Всего на мгновение. После чего отпустил, улыбнулся самыми уголками губ и зашагал прочь.
Некоторое время я так и стояла в дверях, провожая его взглядом… Опомнилась. В смысле окончательно проснулась. И порывисто захлопнула дверь. Тварг!
Замерла на миг, опасаясь, что разбудила герцогиню, Энни или обеих. Но как ни прислушивалась, дом оставался тих. Вот и чудно. Часы показывали несусветную рань, около пяти утра, и все же от идеи вернуться под одеяло и доспать я отказалась.
Нашлись дела поважнее.
Наспех привести себя в порядок… и застыть у окна в коридоре, наблюдая, как Тьен выходит за ворота. Поутру было свежо, но он не стал надевать плащ. И не оглянулся на дом, уверенной, пружинящей походкой устремился вперед.
Я тихонько вздохнула. Ощущение защищенности, которое давал контур, никуда не делось, но…
Ладно, хватит думать, так можно окончательно запутаться. Мне и так хочется сбежать, пока его нет. Остаться тоже хочется. Мэтью здесь, опять же. А кругом творится что-то совсем уж неладное.
Отыскав чистый лист, я написала короткое послание для Анелии, где советовала заменить брошь на что-то другое, поскольку о тайной функции ее украшения могло стать известно столичному ловцу. Сложила из бумаги птичку, зачаровала ее и выпустила в окно.
Тут же почувствовала себя предательницей. Мэтью мне жизнь спас, а я… Но и Анелия тоже пережила достаточно.
Вот же тварг.
Если на Энни покушалась она, сама лично ей голову откручу. Может, даже буквально.
Однако внутри засела какая-то непоколебимая уверенность: за черной магией стоит другая ведьма.
Стоило попросить Тьена узнать, правда ли восемь лет назад одну из моих так называемых «сестер» казнили. Жаль, мне это только сейчас пришло в голову.
Пользуясь тем, что дом медленно просыпается и вряд ли кому-то сейчас есть дело до меня, я посидела немного в библиотеке, читая о негласных правилах, существующих в среде истинной аристократии. Странный выбор, но, видимо, просто под руку попалось. Потом еще сколько-то времени бездумно разглядывала цветущие ветви за окном. Уже и сама собиралась спуститься, когда в мое временное убежище заглянула Сандра. Вид у нее был крайне таинственный.
– Что? – Я нервно передернула плечами.
Ненавижу сюрпризы. И всякие неожиданности тоже.
– Там у ворот маг, тебя спрашивает, – громким шепотом сообщила она. – Ну, этот. Ловец из столицы.
Сердце попыталось провалиться куда-то в неизвестные дали.
Дыша-а-ать…
А что, если он перехватил мою записку для Анелии и подумал плохое?
Даже богиня не знает, чего мне стоило взять себя в руки и с невозмутимым – надеюсь! – видом выйти из дома.
– Рано ты, – изобразила, что прячу зевок.
– Перед порталом встречался с Керрингтоном, надо было кое-что обговорить. – Ловец выглядел бодрым, как обычно, был одет в черное и привычно немного напоминал нахохлившегося под дождем ворона. – Почему-то был уверен, что ты тоже не спишь.
Приподняла бровь – мол, как одно связано с другим?
– Погуляем? – Маг неопределенно махнул в сторону леса.
Подумав, я кивнула. Вряд ли он читал записку. Настроение было бы другое.
– У вас тут целая крепость, – хмыкнул маг, разглядывая то, что простой человеческий глаз не увидел бы.
Контур.
– Разве не разумно стараться защитить свой дом? – Я оглянулась, но решила за плащом не идти, прямо так вышла за ворота.
Зато заметила в окне первого этажа Сандру, которая одобрительно показывала мне большой палец. Не хочу знать, что она там подумала!
– Не задумывался как-то. Когда все время в разъездах, понятие дома несколько смазывается. – Я даже не ожидала, что меня вот так сразу пустят потоптаться на пороге личного. – А симпатичные ведьмочки тем временем уплывают к всяким почти принцам.
Опять болезненный укол вины.
– Это не то…
– Брось, я его понимаю. – Но не успела я замереть в предвкушении комплимента, как он сказал совсем другое: – Усилить с помощью магии ведьмы себя сейчас и свой род в будущем очень заманчиво. Ну и ты внакладе не останешься, титул и безбедная жизнь на дороге не валяются.
От возмущения перехватило дыхание. Как он может?! Он же Мэтью! Он нас всех спас! И столько лет был моим личным героем!..
– Между нами ничего нет, – понятия не имею, для чего взялась оправдываться.
– У тебя пока, может, и нет, – усмехнулся столичный маг. – А вот у твоего принца все уже на две жизни вперед спланировано. Иначе с чего бы сегодня утром он настоятельно просил меня не заглядываться в твою сторону?
Тва-арг.
Только двух соперничающих великовозрастных мальчишек мне для полного счастья и не хватало!
– Есть новости о ведьме? – Я сменила тему в надежде, что к предыдущей Мэтью не вернется.
– От самой ведьмы ничего, – легко поддержал он. – Но я получил результаты по женщине, которую нашли в лесу. Ни повреждений, ни прямого магического воздействия. Ее тело в идеальном состоянии, будто только и ждет, когда жизнь вернется в него. И все же она почему-то ушла…
– Получается, кровь была платой, – принялась рассуждать я.
Рассуждения, правда, здесь и заглохли.
– Платой за что? – Показалось, что черты Мэтью заострились, сделались более хищными, и он сам сейчас еще больше напоминал ворона.
– За ритуал, очевидно.
В ведьминских тонкостях я разбиралась всяко лучше.
– Какой именно ритуал?
– Надо подумать. Так сразу в голову ничего не приходит, а соответствующую литературу просто так не добыть.
– Я отправлю запрос ведьмам, но помощи от поганых стерв ждать не стоит, – поморщился Мэтью. Потом опомнился и посмотрел на меня. – Извини.
Хотя бы он говорит, что думает. А потом повторно думает, но поздно.
– А как звали ту особу из леса? – вспомнила еще один важный вопрос я.
– Алисия Линн Лерри.
– Красивое имя она выбрала. Простое, но красивое.
Вспомнить ее подробнее я, как ни старалась, не могла. Анелию помнила отлично, а тут как провал в памяти. Может, печать так подействовала?
– Что, тварг побери, ты имеешь в виду? – рявкнул маг так, что с цветущего куста рядом вспорхнуло сразу несколько птичек.
Он наверняка уже все понял, а мне скрывать было нечего.
– Я узнала ее. Мы были «обменками» у одной черной ведьмы. А ты нас спас. Прости, что не сказала раньше, было немного неловко.
Неприличное ругательство плавно перешло в допрос с пристрастием. Общались ли мы? Что еще я помню о погибшей? А о ритуалах, которые, возможно, проводила та ведьма? Поддерживаю ли с кем-то из других девушек связь? Увы, порадовать ловца я ничем не могла. Он был откровенно разочарован.

Дома меня встречали. Не явно, но как-то волшебным образом сложилось, что едва ли не у всей прислуги нашлась работа на первом этаже, и обязательно с видом на окна.
– Идет!
– Счастливая?
– Ну… как всегда вроде.
Благодаря дару перешептывания я услышала гораздо раньше, чем должна бы. Нет, ну какая очаровательная забота о моем благополучии! Вкупе с любопытством, чего уж их оправдывать. Пришлось прятать улыбку, чтобы не подумали всякого, а то потом от слухов не отмашешься.
– Как погуляли? – задать интересующий всех вопрос осмелилась на правах подруги лишь Сандра.
– Чудно, – заверила всех интересующихся. – Обсуждали черную магию и труп, который не так давно нашли в лесу. Особых новостей пока нет.
И пока общественность пребывала в легком шоке, я прошествовала в комнату. Хватало еще времени привести себя в порядок, а потом завтрак, уделить немного внимания Энни и выбраться в город. У меня там остались незаконченные дела.
– Стой, тут такое было!.. – На середине лестницы меня догнала Сандра. – Местные приходили злобную ведьму изгонять. Тебя то есть.
Забывшись, я повторила оборот, который выдал Мэтью, узнав, что когда-то стал моим героем.
– Не волнуйся, все в порядке, – заверила, посмеиваясь, Сандра. – Их сначала защитные чары пришибли, а потом герцогиня страшно разозлилась и сказала, что те, кому не нравится жить на одной территории с тобой, могут сегодня же освобождать дома.
– А они что?
– Погудели немного, а потом повели к доктору тех, кому посильнее досталось, – бодро доложила старшая горничная.
– Что уже само по себе наказание, – вырвалось у меня.
– Почему? – Сандра искренне удивилась.
Все время забываю, что доктор, хоть и поганец криворукий, но все же свой, а я здесь чужая. Но сейчас поднявшаяся изнутри волна раздражения не позволила промолчать:
– Как вы вообще выжили с таким доктором?!
– Раньше у нас еще второй был, но он вышел на пенсию и уехал к детям. – Сандра отвечала на вопрос обстоятельно. – А этот все же умеет кое-что. К тому же раз в сезон приезжает ярмарка, там всегда есть и ведьмы, и знахарки, и всякие зелья полезные.
Вопрос остается в силе: как они тут еще живы? Ничего, надо только дождаться Тьена, он же обещал нового доктора привезти.
В остальном утро прошло предсказуемо. Герцогиня злилась на недалеких местных и гордилась сыном, который вернется уже полноправным хозяином титула и всех владений. Энни о чем-то мечтательно вздыхала и сетовала, что не успела заказать брату подарки. А повар творил шедевры, громко расстраивался, что в этом доме никто ничего не ест, и еще громче угрожал уйти. Но это уже при мне не в первый раз повторялось, даже не во второй, так что даже я знала, никуда он не уйдет.
Шла в Келберн без какого-то внятного плана. Оставалось несколько незаконченных дел, но я пока не решила, с какой стороны к ним подступиться. А тут весна, солнышко, плащ уже стал не нужен и хотелось просто гулять.
Настроение не поменялось, даже когда вошла в город. Там тоже все цвело, благоухало и пестрело красками. Одно удовольствие смотреть. Но в храме как раз закончилась служба, оттуда повалил народ, и…
– Эй, злодейка, меня подожди! – Мне радостно махала Анелия. – Как насчет по кофе с пирожным? У госпожи Эйлин они потрясающе вкусные.
В первый момент я даже растерялась, не зная, удивляться тому, что она посещает храм наравне с местными женщинами, или обижаться на «злодейку». Сама такая! А беззащитную ведьму каждый задеть может. Не каждый, правда, потом от проклятия заковыристого избавится, но это уже детали.
Взгляд скользнул по ее наряду – броши не было. Значит, послание она получила.
– Какая теперь защита?
– Не понимаю, о чем ты, – невинно хлопнула подкрашенными ресничками жена купца.
Это кто из нас еще бо́льшая ведьма!
Меж тем мы свернули на узкую улочку, уходящую на восток от главной площади, потом еще раз свернули и оказались возле булочной, где в небольшой части зала были расставлены маленькие столики. Брать заказ у стойки и нести его к выбранному месту надлежало самостоятельно, никаких тебе разносчиц.
– Ты ходишь в храм? – Некоторые моменты местной обыденности все еще с трудом укладывались в моей голове.
– А также состою в книжном клубе, вышиваю с местными дамами по четвергам и хожу на благотворительные сборища, которые раз в месяц устраивает герцогиня, – огорошила меня замаскированная ведьма. – Как видишь, из меня получилась вполне пристойная горожанка.
– М-да.
Пирожные правда оказались вкусные, хотя и выглядели вполне обычно. Пожалуй, надо взять парочку для Энни. Только чтобы повар не видел, иначе он меня прикончит. А потом и конкурентку тоже, но сперва выведает у нее рецепт.
– Для твоей репутации будет полезно, если нас увидят вместе, – заметила Анелия и помахала каким-то женщинам в окно.
Я в срочном порядке заставила себя вернуться в реальность:
– Ну и как мне вписаться?
– Сделай что-нибудь хорошее. Для начала. – Совет оказался очевидным. – И, богини ради, прекрати появляться рядом с трупами и черным колдовством!
С удовольствием. Еще бы они перестали мистическим образом возникать рядом со мной!
– Могу избавить вас от бездарного доктора!
Анелия закатила глаза:
– Ты мыслишь как черная ведьма.
– Кем и являюсь.
Да, не повезло ей со мной. Но когда она сама успела так измениться? Глупый вопрос – восемь лет прошло.
– У госпожи Эрвен ребенок болеет, – терпеливо направляла меня эта якобы не ведьма. – Ничего серьезного, просто нераскрытая одаренная с завистью посмотрела. Наверняка не нарочно. Тебе это исправить несколько мгновений. А я всем расскажу.
– Ну… можно и так. – Проклясть доктора было бы приятнее, но ладно уж, оставлю радость уволить его Тьену. – Но ты уверена, что она подпустит меня к ребенку?
– Если с тобой придем мы со служителем и ты принесешь лекарство, точно подпустит, – заверила Анелия.
Нет, самая коварная из нас все же она.
– А лекарство зачем?!
– Потому что колдовство ее испугает, а микстура – дело вполне привычное. – Внезапно обретенная подруга проявляла прямо-таки чудеса терпения. – Сейчас пойдем ко мне и сварим простенький укрепляющий отвар. Мужа дома нет, помощницу по хозяйству я отправлю с каким-нибудь поручением. Доедай и пошли!
С трудом веря, что это на самом деле происходит, я поспешила доесть пирожное.
Гадание все же работает, в который раз убеждаюсь. У меня в Келберне все складывается… не уверена, что хорошо, но легко и будто бы так самой судьбой предначертано.
Дома у Анелии все прошло волшебно. Причем как в прямом, так и в переносном смысле. Купец уехал дня на три, и двухэтажный каменный особняк оказался всецело в ее распоряжении. Помощниц по хозяйству предполагалось аж три, но у одной был выходной, вторая отпросилась, третью же Анелия услала в самую дальнюю лавку с каким-то поручением. И все, кухня оказалась в полном ведьминском распоряжении.
– Вперед! – Анелия выразительно указала на плиту.
– Я?!
– Ну это же тебе надо.
Вредина уселась на край стола, закусила кончик ногтя и насмешливо сверкнула на меня глазами.
Небольшой котелок мне предоставили, хотя сомневаюсь, что он изначально был предназначен для ведьминских дел. Ингредиенты тоже нашлись. Да что там в укрепляющем отваре сложного! Так, размяться.
Колдовать мне с каждым разом все больше нравилось.
Жилище ведьмы, к слову, выглядело уютным, и в самой атмосфере ощущалось столько любви, что темная сила нервно возилась внутри меня и жалила за пальцы. А тут еще зелье на доброе здоровье заговаривать!
– Как вышло, что ты стала примерной женой? – позволила себе толику любопытства я, помешивая варево.
– Ты просто встречаешь правильного человека, а дальше все происходит само собой. – На ее губах появилась мечтательная улыбка. – А что у тебя с будущим герцогом?
– Н-ничего.
Фс-с-с!.. Обожглась из-за нее.
– Брось, я заметила, как он на тебя смотрит. Все, наверное, заметили. – И эта зараза хихикнула. – Собственнические жесты. Забота. Обычно все это ведет под венец.
– Ты слишком много читаешь любовных романов, – фыркнула я, тем более что один как раз видела в гостиной, перед тем как мы обосновались на кухне. – Но раз уж ты такая наблюдательная, скажи, а другой маг как на меня смотрел?
– Трэванс? – Бровки Анелии удивленно взлетели вверх. – Цепко. Но он на всех так смотрит. На весь мир.
Вероятно, он просто еще не встретил подходящего человека. Я вовсе не имею в виду, что «той самой» обязательно должна быть я.
– Готово. – Я не отказала себе в удовольствии щелкнуть пальцами, гася огонь, и на выдохе прошептать простенькое заклинание.
Анелия спрыгнула с насиженного места и грациозно повела рукой, посылая к вареву немного силы.
– Эй, это мое зелье!
Остыло. Она всего лишь остудила его.
А улыбается так, будто только что мир спасла:
– Прости, не удержалась. Знаешь ли, я тоже скучаю по магии.
– Муж тебе запрещает колдовать? – вырвался вопрос.
И сразу же захотелось незнакомого пока мужа проклясть особо изощренным способом.
– Нет, я сама решила быть просто женой, – беззаботно дернула плечиком Анелия. – Все, идем. Нам еще служителя нужно где-то перехватить.
Его мы поймали выходящим из храма. Я вежливо поздоровалась и отошла в сторону, предоставив другой ведьме объясняться. Она же здесь как рыба в воде. А я вдруг поняла, что мне ужасно недоставало кого-то, кто меня понимает. В плане дара и отношения к жизни. Как та же Анелия.
Служитель выслушал, покивал и согласился пойти с нами.
– С чего это вы такой добренький ко мне? – не выдержала я на середине пути.
И нечего мне снисходительно улыбаться! Добрые люди… это странно. А здесь их собралось что-то уж слишком много.
– Брина! – попыталась одернуть меня подруга.
– Что Бр… Ай, тварг! – Зацепилась, чуть не упала, чудом не выронила пузырек с зельем. – Пфф…
Служитель, конечно, не оставил происшествие без внимания и с мягкой улыбкой предложил:
– А давай вместо «тварг» ты будешь говорить «богиня»?
Хорошая попытка. Так и быть, притворюсь, что не заметила улыбку, залегшую в уголках губ Анелии.
– Уверены, что ваша богиня не против, чтобы я ругалась ею?
– Она не возражает, – заверил храмовник и тоже постарался подавить непрошеную улыбку.
– А вы лично с ней консультировались?
– Брина! – возмутилась подруга.
Странным образом образцовая жительница захолустного Келберна в ней намертво сплелась с сущностью ведьмы, не разделить.
Впрочем, мы так ни до чего и не договорились. Потому что пришли.
На месте я в очередной раз убедилась, до чего же мне пока чужда и непонятна местная жизнь. По крайней мере, та, что протекает с внешней стороны стен поместья.
Калитка небольшого домика с садом была не заперта. Мы прошли небольшой двор и постучали. Хозяйка открыла с хнычущим ребенком на руках. Собственно, этого мгновения мне уже хватило, чтобы развеять те жалкие крохи темной силы, что к нему случайно прилипли.
А вот дальше началось странное. На мой взгляд чужачки, по крайней мере.
Мои спутники просто объяснили ситуацию и поручились за меня. Мол, эта ведьма хорошая, она не сделает зла. Пфф! Посмотрела бы я, кто бы мне помешал! Так вот, за меня просто замолвили словечко, мягко подтолкнули вперед, и особа, еще только что явно недолюбливавшая меня, сменила гнев на милость, выслушала, поверила и приняла из моих рук лекарство.
Войти, правда, не пригласила, но и все остальное – огромный успех.
– Осталось распустить немного слухов, – подмигнула Анелия, когда мы уже повернули назад.
– Не хочу ничего об этом знать, – поднял руки служитель.
Неловко было называть молодого и симпатичного мужчину одним этим словом, но таковы правила: приходя в услужение богине, человек отказывается от всего прежнего, даже от имени. В этом смысле мы трое идеально друг друга дополняли: Анелия мертвой хваткой вцепилась в свое, даже немного нарушила закон, чтобы оставить его себе, я с легкой совестью выдумала себе новое, а храмовник вполне комфортно чувствовал себя обезличенным.
Философское настроение сперва спугнуло ощущение… как иголками в кожу.
Темная магия. Опять. Тварг.
– Там что-то происходит… – Анелия тоже заметила.
– Идем ближе, быть может, нужна наша помощь. – Служитель реагировал так, как ему и полагалось.
Мы с Анелией в восторг не пришли, но смиренно потащились следом. Темная магия щипала кожу. Уверена, она тоже это чувствовала.
Другая магия. Не как у ведьмы и не характерная для магов, пожалуй. Сильнее и темнее.
Анелия сжала мое запястье похолодевшими пальцами. Мыслим мы похожим образом и к выводам пришли одинаковым. Демон. Или кто-то вроде. Там возможно всякое.
С каменного дома, к которому мы приближались, будто черное покрывало сдернули. Оно взмыло вверх и распалось клочьями. Вот теперь я почувствовала силу мага, который использовал защитное заклинание и выставил щиты.
Внутри кто-то слабо закашлялся.
Служитель, творя какие-то свои знаки, бросился туда. Ну и мы за компанию, не бросать же его одного.
Правда, надобности в нас не было никакой. Окно с другой стороны оказалось разбито, и, когда мы вломились, Мэтью как раз поднимал на руки лежащую на полу девочку.
– Вот так, Фея. Не бойся. Все уже хорошо.
– Фея? – вырвалось у меня удивленное.
Знаю, я заслужила, что все взгляды – кроме, пожалуй, пострадавшей – скрестились на мне. Не время для ревности, но я не могла себе приказать ее не испытывать.
– Звучит мило, – Мэтью смутился и будто бы начал оправдываться. – И успокаивает.
То есть он всех спасенные девчонок так называет?! А я-то вообразила себя особенной…
Тем временем маг усадил спасенную в кресло и запустил сканирующее заклинание.
– Ч-что это было? – пролепетала она, со смесью ужаса и радости оглядывая нас.
– Демон, – практически выплюнул Мэтью. И перешел к делу: – Нужен восстанавливающий силы отвар.
– У меня есть, – вспомнила Анелия. И в ответ на два вопрошающих взгляда объяснила: – Брина для одной женщины утром варила, там еще немного осталось. Сейчас я схожу за ним.
Я проводила подругу взглядом и повернулась к Мэтью:
– Уверен, что именно демон?
– Да.
– Чего эта тварь могла хотеть от бедной Триски? – ужаснулся служитель, сотворил очередной свой знак и успокаивающе сжал плечи девочки.
Ей было лет тринадцать-четырнадцать и присутствие знакомого и вызывающего доверие лица здорово ее успокаивало.
Оторвав взгляд от Триски, я посмотрела на Мэтью, который наверняка тоже кое-что понял, но далеко не все, и вдруг почувствовала себя такой важной, просто незаменимой в деле поимки злобной черной ведьмы. Жаль, Тьен не видит… Хм.
– У меня для вас три новости, – не смогла отказать себе в удовольствии добавить немного значительности выступлению и даже прошлась по небольшой комнате, выдерживая паузу.
– Быстрее! – Боевые маги никогда не отличались терпением.
– Первая, – мне и самой до дрожи хотелось поделиться открытиями. – Черная ведьма у нас одна, без учениц или так называемых «обменок». Так чаще всего и бывает, но теперь мы уверены точно.
– Почему это? – Привычкой верить на слово, тем более ведьме, большинство магов тоже не отличались.
Я могла обосновать каждое сказанное слово. Опыт, знаете ли, штука горькая, но полезная.
– В противном случае она бы расплатилась силами одной из них.
И испытала какие-то извращенное удовольствие, когда Мэтью еле заметно побледнел. Воображение, похоже, у него богатое. Сейчас ему как минимум противно. Я же впервые думала об этом и ничего особенного не испытывала. Словно поводок, накрепко привязывавший меня к прошлому, лопнул, даруя желанную свободу.
– Да, для этого и нужны «обменки». И именно поэтому ими становятся девочки с непроснувшимся еще даром, – подтвердила еще раз, если вдруг до кого не дошло. – Отсюда следует, что у ведьмы договор с демоном. Только так он мог получить свободный проход сквозь Завесу.
Сомневаться маг не стал, просто грязно выругался. Поверил на слово. У нас явный прогресс в отношениях!
– Ну и третья новость, которая большого значения не имеет, но я все же скажу. Ваша Триска – ведьма со спящим даром. Не обязательно его тревожить. Если не проявится сам, можно так все и оставить.
Анелия будто подгадала завершение неприятного разговора и вернулась с отваром. Ее девочка тоже неплохо знала, в отличие от нас с Мэтью, поэтому приняла питье из ее рук и послушно проглотила сколько надо.

Глава 8

Домой меня провожал ловец. Больше того, составил компанию, когда я зашла за пирожными для Энни, и вежливо притворился, что не заметил порчу, улетевшую в сторону приемной доктора.
Ну а что? Это же не кровавый ритуал. Нет закона, запрещающего ведьме насылать порчу! Это все равно что запретить служителю молиться! И вообще, нечего было напрашиваться.
Погода радовала теплом, пташки чирикали, никакая пакость мимо не пролетала… И стоило бы мне насторожиться, но я расслабилась и позволила себе просто наслаждаться прогулкой.
– А что в доме Керрингтонов? – аккуратно спросил Мэтью, когда мы уже обсудили лакомства из булочной и вероятные варианты развития событий с непробудившимся даром.
– М-м-м?
– Ты не ощущаешь там чего-нибудь… нехорошего? – Светло-серые глаза с темной окаемкой пытливо всмотрелись в меня.
Тварг. Как тут вспоминать богиню, когда… Тварг!
– Я имею в виду, в самих Керрингтонах, – уточнил ловец, хотя я и так поняла суть вопроса.
– Н-нет.
Как он может спрашивать?!
– Их девочка болела, почти умирала, а потом в один день вдруг взяла и поправилась…
– Я ее вылечила!
Неуютно как-то стало, вся прелесть погожего дня улетучилась. Кажется, Мэтью пошел меня провожать не для того, чтобы проводить…
– Ты можешь ошибаться, – заявил маг и как-то странно посмотрел на меня.
– Как можно не знать, вылечил ты кого-то или нет?!
Бесит этот взгляд с толикой превосходства. Как будто он знает о жизни все, в то время как я все еще запуганная ведьмочка из шкафа.
– Верю, что ты колдовала, – снисходительно кивнул маг. – Но кто может дать гарантию, что в это же время девчонка или ее мать, а может, и сам наследник не заключили сделку с демоном?
Я потеряла дар речи, вот что. Слов не осталось совсем.
– Эти истинные аристократы, знаешь ли, не чураются разными способами достичь желаемого, – завершил свою мысль Мэтью.
– Тьен был со мной, помнишь?
О! Слова вернулись.
– Не верю, что ты с ним спала. – Мэтью запросто раскусил эту невинную ложь. – Да, ранним утром вы колдовали вместе. Но где гарантия, что он не провел ритуал чуть раньше?
Мерзкое чувство, когда знаешь, что противник не прав, но весомых аргументов нет. Его даже в предвзятости можно упрекнуть лишь с натяжкой. Пока я ежедневно пролистывала газеты, выискивая малейшее упоминание о нем, чего только об истинных не начиталась. Сделка с демоном – это еще цветочки.
Но Керрингтоны не такие! Прозвучало глупо и по-детски даже в мыслях.
Я перевела дыхание, стараясь сохранить хотя бы видимое спокойствие:
– Тьен ни при чем. Энни поправилась до того, как он узнал, что она вообще болела. Уверена, если копнуть в столице, ты найдешь доказательства того, что он получил письма матери с большим опозданием.
Вот так. Аргументы.
– Сдаюсь. – Мэтью демонстративно поднял руки в жесте побежденного. – Но остаются еще его сестра и мать.
Ругаться хотелось громко и выразительно.
– Не нашел ничего лучше, чем обвинить двух слабых женщин в отвратительных вещах?! – Я все-таки сорвалась.
– Скажу тебе по опыту, подобные невинные создания иногда еще не то совершают, – спокойно отбил мою атаку ловец. – Ведьма, у которой я отбил тебя, тоже на первый взгляд казалась безобидной. Прости.
В больное. Но уже не болит.
Я с видимым удовольствием подставила лицо и шею под порыв теплого весеннего ветерка.
– В общем, присматривайся там. – Впереди показалось поместье, и маг поспешил подвести под нашим разговором некую черту. – И, если заметишь что-нибудь странное, дай знать. Не позволяй их подаркам очаровать тебя больше, чем нужно.
Тва-арг, да он не сомневается, что я у него на крючке! Эту мысль я страстно обдумывала, глядя в спину удаляющегося мага.
Подарками кольнул.
Кажется, из меня только что пытались сделать опьяненную благодарностью союзницу, которая из шкуры вон вылезет, лишь бы помочь своему герою. Может, даже заметит то, чего нет. Самое обидное и одновременно смешное, что еще месяц назад я бы глядела во все глаза и слушала во все уши. Что там Тьен говорил о дурочках, которые шатались по злачным районам, чтобы оказать услугу своему магу? Тогда меня это больно задело, но сейчас… хорошо, что у нас состоялся тот разговор.
– Как же не вовремя ты уехал, – прошептала почти беззвучно.
Вдохнула, выдохнула и толкнула калитку.
Возвращались мы длинной дорогой и подошли не к воротам, а к маленькой калитке, ведущей в сад. Ею пользовались слуги, которые жили не в Келберне, а в окрестных деревнях. И она, разумеется, охранялась.
Но сейчас не о том.
Пройдя несколько шагов и вынырнув из-за цветущих деревьев, я заметила у ворот какое-то движение. Столпотворение, правильнее сказать. Небольшое. Но громкое.
Ноги сами понесли туда. В конце концов, я тут главная ведьма! И просто обязана быть в курсе всех дел!
По дороге оценивала ситуацию. У ворот стоял экипаж – старый, но роскошный, пожалуй, даже излишне роскошный, – но сами ворота оставались закрытыми. Там же, помимо охраны, была Сандра, еще две служанки постарше, взъерошенный учитель, Энни и даже сама герцогиня. Последняя что-то эмоционально говорила.
Чую, пожаловали очередные проблемы.
Еще на полтора десятка шагов ближе.
Обзор разрастался. Теперь получалось разглядеть еще довольно молодого мужчину в напудренном парике и пестрящей драгоценностями одежде. Тварг, у него даже на туфлях топорщились банты с сапфирами!
И он как раз заметил меня. Не просто заметил, но и невежливо ткнул пальцем:
– Тетушка, а это тоже ваша дочь?
Что?! Предупреждала же, что все эти вещи и прочие подарки до добра не доведут! Прислуга должна выглядеть как прислуга. Правда, остается вопрос: как должна выглядеть штатная ведьма в герцогском поместье?..
– На ней вы тоже хотите жениться? – О, да герцогиня была в ярости! – Может, император вам и на нее разрешение подписал?
Повторюсь, но – что?! Отлучиться и на минуту нельзя.
– Тетушка, зачем же так нервничать? Мы скоро станем семьей, вам придется привыкнуть ко мне. Начнем, пожалуй, с ужина, а там…
Разрешение? Семьей?! Бледные лица Энни и учителя тоже равновесия не добавляли.
Ничего удивительного, что у меня сдали нервы. Пальцы опалило порчей. Подошвы сапог лощеного хмыря ярко так засветились…
– Ой, – пискнула я, пока он стремительно удалялся.
– Брина! – Герцогиня почему-то еще больше перепугалась. – Это же герцог Грифорт! Что теперь будет?!
– Так он племянник вам или нет? – Хотелось понять хоть что-нибудь.
– Спаси богиня, нет, конечно!
– Чудно. – Пальцы болели, но давненько я не испытывала такого опьяняющего чувства морального удовлетворения. – Значит, скорее всего, вы на меня не рассердитесь. И, может быть, даже не уволите.
– Девочка моя, что творится в твоей голове? – всплеснула руками герцогиня. – Я рада, что ты избавила нас от присутствия этого человека, но… это ведь была порча, да? И Тьена, как назло, нет! Нам нужно придумать, как защищать тебя, когда он вернется с претензиями. И Энни от этого невозможного замужества.
– Только Энни, – вздохнула я. – Нет закона, запрещающего ведьме колдовать справедливую порчу. Это часть нашей личности, как дыхание, мы не всегда можем себя сдержать.
Экипаж и четверо разряженных слуг так и остались торчать у ворот.
– Куда ты его отправила? – спросила Энни и посмотрела на меня с надеждой.
– Ну… я думала о бедных кварталах и о том, что его украшения привлекли бы там много внимания, – невинно сообщила я.
Быть ведьмой мне неожиданно понравилось.
– А от порчи умирают? – влез учитель.
– Как правило, нет.
Вздохи сожаления могли бы и скрыть, тут все-таки и чужие прихвостни слушают. И пока непонятно, как они относятся к своему расфуфыренному хозяину.
– Сейчас же напишу Тьену, свяжусь с нотариусом… и с семейным поверенным, пожалуй. – Леди Ноарис стремительно зашагала к дому.
Мы все потянулись за ней, но чуть медленнее.
– Расскажите мне все, – попросила я. – Раз уж учеба на сегодня накрылась.
Сумерки я встречала в библиотеке. Отсюда не просматривались парадные ворота, но мне было известно, что сопровождение чужого герцога все еще там. Я вяло перебирала пальцами страницы первой попавшейся книги, мысли же бродили везде и сразу.
За прошедшие часы мало что изменилось. Леди Ноарис написала Тьену, но даже с использованием моей магии письмо он получит не скоро. Все отправления во дворце попадают первым делом к человеку, отвечающему за почту, затем проходят несколько проверок и лишь потом доходят до адресатов. Управляющий и поверенный посетили нас, но толку от них также было мало.
Ситуация сложилась глупая до противного. Герцог Грифорт – тварг его пожри! – явился и заявил, что отец Энни и Тьена когда-то давно договорился с его отцом о свадьбе своего сына с Энни, даже документ соответствующий подписал. Больше того, «жених» уже успел с этим документом посетить императора и получить у него разрешение на брак. Дата свадьбы, указанная в обеих бумажках, наступала через три дня.
Герцогиня клялась, что ее муж никогда бы не принял такого решения за ее спиной.
Ситуация осложнялась еще и тем, что нарочно или же случайно Грифорт приехал в отсутствие Тьена. Единственного, кто мог бы что-то предпринять. То есть понятно, что, когда бессовестный паук плел свои интриги, Тьен не жил дома и с возвращением сильно затягивал. У посторонних легко могло сложиться мнение, что будущий герцог далек от семьи. Но сейчас Грифорту просто повезло!
Три дня. Тьен может не успеть вернуться. Шанс есть, что Грифорт тоже, но сильно рассчитывать на удачу не стоит. Надо придумать, как потянуть время.
Соображалось из рук вон плохо. Я поранила палец о книжный лист, сходила в комнату за коробкой конфет и за раз слопала половину. Теперь меня мутило, хотелось пить… и идей по-прежнему никаких.
С удовольствием бы поцеловала Тьена за то, чтобы он вернулся вовремя. В смысле без удовольствия, конечно.
К тваргу!
Парочка чисто ведьминских относительно безобидных штучек у меня имелась в запасе, но «счастливый жених» явно вернется, обвешанный защитой, и больше меня к себе не подпустит. Значит, надо действовать по-другому.
Я слизала с губы шоколадную крошку и быстро написала записку Мэтью.
Сдаюсь, я идеализировала его, но в те дни он правда был добр ко мне. Не приснилось же мне это! Точно не приснилось. Хочется верить, что-то хорошее в маге все еще есть.
Капля силы – и бумажная птичка вылетела в окно. Надеюсь, он отзовется.
А пока время до назначенной встречи в запасе оставалось, я решила заглянуть к Энни и проверить, как она там.
– Страдаешь? – Она сидела в музыкальной комнате за закрытым пианино, которое использовала как стол. По крайней мере, там стояла тарелка с крошками, оставшимися от принесенных мною пирожных. – Знаешь, план растолстеть и разонравиться неугодному жениху изобретательный, но, скорее всего, заведомо проигрышный.
– Папа оставил мне слишком богатое приданое, – кисло вздохнула Энн. – И еще наследство.
– Дай угадаю, – не имею представления, когда именно я стала так хорошо разбираться в герцогских делишках, – там какие-нибудь земли, которые граничат с его землями?
– Угу. – Несчастливая невеста грустно поникла. – Обширные владения, старый замок и большая сумма золотом. Плюс земли и деньги в приданое.
Быть богатой невестой не такое уж и счастье. Неожиданное открытие, прямо скажем.
– Нет, я, конечно, мечтаю выйти замуж, но не сейчас же! И не за этого жениха.
– Успокойся, расфуфыренный слизняк ничего не получит. – Я присела на скамеечку рядом с близкой к отчаянию Энни и обняла ее за плечи. – Обещаю.
Она уткнулась носом мне в платье и тихонько всхлипнула.
Ну вот, из штатной ведьмы в платочек для слез наследницы – потрясающий карьерный рост!
– Брина… – судорожный вздох, – мне неловко тебя просить, но ты проклянешь его ради меня?
– Я прокляну его из любви к искусству, – хмыкнула, пряча коварную улыбку в уголках губ и поглаживая ее по волосам. – Ни к чему леди с безупречной репутацией быть замешанной в темных делах.
Меня обняли в ответ. Крепко-крепко.
– Клянусь, ты моя самая лучшая подруга! – горячо прошептала Энни мне в платье. – И я очень тебя люблю.
И я ее. Всю семью, на самом деле. Они замечательные.
Правда, теперь мне предстоит каким-то образом доказать эту истину Мэтью Трэвансу…

В последний раз мне доводилось бродить по темному лесу еще у ведьмы. Что сказать, в своей собственной жизни я была обычной скучной служанкой. Теперь даже немного стыдно за это.
И немного страшно. Ветки шелестят. Ночной мотылек чуть не врезался в нос на лету. Филин вдалеке ухнул.
Маг расхаживал взад-вперед среди деревьев в условленном месте, и трава и мох полностью скрадывали его шаги.
– Я так рада, что ты пришел! – не сдержала эмоций.
– Так рада, что сама опоздала? – мрачно уточнил Мэтью.
Планы на поздний вечер у него наверняка были более приятные, чем дожидаться меня на месте несколько дней назад проведенного ритуала. Странный выбор. Но это было единственное место в лесу, хорошо известное нам обоим.
– Тебе удалось что-то узнать? – нетерпеливо уставился на меня маг.
– Мм?
– О Керрингтонах и их темномагических делишках.
Тварг. Вот ради чего он пришел!
– Нет, тут другое. Появился самозванец, который называет себя женихом Энни. Нужна твоя помощь! – И я выложила ему всю историю.
Он терпеливо выслушал, не перебил ни разу. Лишних иллюзий я не питала: получить его поддержку будет ой как непросто.
– И чего ты хочешь от меня? – Мэтью пристально посмотрел на меня и даже отступил на шаг.
– Помощи!
– Не вижу в ней смысла.
– Этот тип явно лжет!
– Или нет.
Наши взгляды столкнулись, и – горжусь собой – я с честью выдержала поединок.
– Какой смысл ввязываться, если твоя подружка все равно выйдет замуж. За того, кто будет выгоднее ее семье. Если так рассуждать, герцог, как его там, нормальная партия.
– Он лжет! А Тьен никогда не станет заставлять сестру!
– Угу, а преступники совершают свои мерзости исключительно по необходимости, император мудр и благороден, а магия просыпается лишь в достойных, – едко усмехнулся ловец. – Ты что, в сказке живешь?
Я готова была взорваться. Циничный Мэтью пугал и отталкивал. Как он может так?! Пфф, спокойно, Брина. Мне нужна помощь, а не ссора.
– Ты помнишь, как спас меня и других девушек? – спросила спокойно.
Мой герой растерянно моргнул:
– Ну…
– Помнишь или нет? – добавила чуть настойчивее.
– Разумеется, помню, – раздраженно мотнул темноволосой головой мужчина. – Я еще не настолько стар, чтобы страдать провалами в памяти!
Не похоже, что придуривается. Отлично.
– И я помню. Именно эти воспоминания помогали мне держаться, когда было тяжело. – Облизала губы и перевела дыхание. – Мы пересекались всего несколько раз, но ты всегда был добрым и чутким со мной. Почему ты не хочешь сделать то же самое для Энни? Не заставляй меня думать, что дело в ее благородном происхождении.
Уголок его рта едва заметно дернулся. Неужели?..
– Здесь нет ведьмы, которую надо прикончить. Точнее, есть, но мы ее пока не вычислили, – раздраженно бросил Мэтью. – Я что, сам должен жениться на девчонке, чтобы она не досталась врагу?
Шутка показалась даже забавной.
Я негромко фыркнула:
– Давай пощадим Энни, она, знаешь ли, совсем не в восторге от тебя!
– Да?
Интересно, его это уязвило?
– Именно, – кивнула серьезно. – Поэтому просто помоги скорее связаться с Тьеном. Уверена, у тебя есть способы.
Зря, что ли, на балах с принцессой танцевал? К счастью, я вовремя прикусила язык.
– Допустим.
– И еще…
– Что?!
– Арестуй этого Грифорта. На всякий случай. Ты же можешь!
Маг посмотрел на меня так, будто вот сейчас собирался освоить новый вид магии и изощренно меня проклясть.
– Брина! – даже мое имя в его устах прозвучало как проклятие.
– Он виновен в подделке документов, – у меня даже причина для встречи одного герцога с блюстителями закона имелась, справедливая притом. – Согласие отца Энни на помолвку точно фальшивое.
Увы, Мэтью все еще не заинтересовался:
– Я не занимаюсь такой ерундой.
– А как насчет того, что он появился так вовремя? – Я нагло зашла с другой стороны. – Вдруг он связан с ведьмой и нарочно отвлек нас, чтобы обтяпать свои брачные делишки?
По правде сказать, я сама в это не слишком верила, иначе с какой стороны тут знакомая со мной ведьма, найденная на месте ритуала? Ни с какой. Хотя это может оказаться и совпадением, Энни-то подверглась темным чарам до моего появления здесь. Но все равно проверить надо каждую версию.
– Должен признать, ты умеешь добиваться своего, – хмыкнул Мэтью и смерил меня оценивающим взглядом, будто только сейчас по-настоящему заметил… о, еще месяц назад за такой его взгляд я бы отдала все! – Я решу проблему.
– Спасибо!
– Но взамен ты вызовешь демона и выяснишь, какую сделку заключила с ним наша ведьма.
Условие неприятно кольнуло, но… пришлось кивнуть:
– Хорошо.
– А скажи-ка мне, Брина… Каковы твои планы на будущее? Древний титул, конечно, на дороге не валяется, но не собираешься же ты похоронить себя в этой глуши, заговаривая простенькие отвары, скучая на благотворительных ужинах и бесконечно рожая наследников?
Щеки вспыхнули.
– Между нами с Тьеном… Себастьеном ничего нет! Ты неверно оценил ситуацию.
– Тогда, думаю, ты рассмотришь мое предложение переехать в столицу и несколько лет поработать с людьми, которые когда-то тебя спасли? – И, видя, что я собралась что-то сказать, упреждающе поднял руку. – Не говори пока ничего. Просто подумай. Платят там, конечно, не как у герцогов, но работа интересная и по большей части стоит того.
Что, собственно, собиралась сказать, я не знаю, поэтому говорить правда не стала ничего.
А глядя в удаляющуюся спину, быстро скрывшуюся в темноте, подумала, что мой мир опять зашатался и угрожал в очередной раз перевернуться. Понять бы еще, хочу ли я этого?
Когда я вернулась, кареты у ворот не было.
– Он прислал записку! – бросилась ко мне Энни. – Завтра со своими поверенными явится на обед.
– К этому времени Тьен уже будет знать, – заверила я. – Не бойся, все под контролем.
– Точно? – Энни вцепилась в мою руку ледяными пальчиками.
– В крайнем случае правда его прокляну.
Она напряженно выдохнула.
Одновременно с этим кожу оцарапало предвкушение магии, но сразу же и схлынуло. Ничего особенного не произошло.
– Можешь сегодня лечь у меня? – взмолилась Энни. – Пожалуйста. Я боюсь.
Я бы на ее месте тоже боялась. Да и на своем тоже.
– Хорошо.
Предупредил бы меня кто, что, когда ночуешь у подруги, ночь проходит за обсуждением всякого разного и уж точно будет не до сна. Сначала Энни боялась, а я успокаивала. Потом она принялась делиться со мной мечтами о женихе, который, конечно, должен быть совершенно потрясающим, красиво ухаживать, можно даже романтично похитить ее, но обязательно потом договориться с родными и часто бывать у них в гостях. А за мои попытки немного развеять лишнюю романтику меня чуть с кровати не спихнули! Ой, чувствую, намучается Тьен, когда придет время искать ей мужа по-настоящему. Яркая внешность и богатство – не всегда плюс. Впрочем, если я все еще буду здесь, что-нибудь наколдую.
Разговор постепенно соскользнул на книги, которые читала Энни, вкусные пирожные и предстоящую в скором времени ярмарку. Кажется, там будет что-то костюмированное. Энни выбиралась туда каждый год, но сейчас из-за неизвестной ведьмы это слишком опасно, леди Ноарис может и не отпустить.
Вроде бы она попыталась у меня что-то про Тьена спросить, но я уже спала.
Даже не притворялась, на самом деле спала.
Утро началось с того, что я отправила Мэтью записку с последними новостями, получила заверение в готовности помогать и немного успокоилась. В крайнем случае вспомню, что я – ведьма. И до окружающих эту истину донесу.
Леди Ноарис нервничала. Повар ухватился за возможность приготовить роскошный обед.
Кожу приятно покалывала магия.
Какого тварга?! Магия. Не моя и не Тьена, но и не враждебная. Слабая еще совсем.
Повторив для уверенности ругательство, я пустила по дому крошечное проверочное заклинание.
Тварг его знает, что такое. Ой… Не тварг!
Единственный неучтенный магический очаг обнаружился в библиотеке. Там, где я вчера порезалась о книжный лист. Испачкала его кровью. И эта кровь, как ни странно, имела силу.
Разбудила что-то. Раздразнила. Немного подпитала. Вдвойне «ой»! Но у меня сейчас нет времени этим заниматься!
Леди Ноарис со вчерашнего вечера была на взводе и уже кого-то отчитала. Энни выбирала самое уродливое платье. Я пыталась присматривать за всем этим безумием и до паники боялась потерять контроль. А тут еще Сандра принесла неожиданное открытие:
– Мастер Люж сказал, что отравит мерзавца. А я-то думаю, что это он с таким энтузиазмом взялся готовить!
Не то чтобы я принципиально против, но…
– Богиня, нет!..
– Обещал, что никто даже не догадается, – продолжила старшая горничная. – Ни один ловец следов не сыщет.
– Я с вами с ума сойду!
– Ну а как еще защитить бедняжку?
Пришлось спускаться на кухню и устраивать повару разнос. Правда, при этом я ощущала себя глупым сусликом, который орет на большого и страшного удава. Да уж. Кажется, контроль все же ускользнул.
Важно: проследить, чтобы самоназначенный жених здесь ничего не ел. И не пил. Лучше бы еще и не дышал нашим воздухом.
Осознала сложность исполнения такого плана и немножечко заскучала. Немножечко – потому что занятие быстро прервали.
– Брина, там столичный ловец пришел, – позвала меня Сандра. – К тебе, наверное.
Очень на это надеюсь. От сердца немного отлегло.
– Я сделал все, что от меня зависело, – сообщил Мэтью, стоило мне появиться в холле.
– И?!
– Керрингтон на аудиенции у его величества, но как только он оттуда выйдет, ему передадут информацию.
Слишком долго, но хотя бы так.
Разочарованный вздох постаралась подавить. В конце концов, я здесь ведьма и в крайнем случае справлюсь своими силами.
– Останешься? – посмотрела на мага с надеждой.
Прошлое ушло в прошлое, где ему и место, но в присутствии Мэтью я чувствовала себя немного увереннее. Или даже много.
– Разумеется. – Он скользнул цепким взглядом по холлу, но не нашел, за что зацепиться. – Будет нелишним присмотреться к этим аристократикам.
Я выразительно скривилась, но его это не проняло. Буду считать, что у магов с годами службы характер становится все поганее.
– Грифорт едет! – объявила Сандра.
– Давайте без глупостей, – попросила собравшихся и саму себя я и увлекла Мэтью в гостиную.
Кожу опять царапнуло предвкушением магии, но сейчас было вообще не до нее. Тем более ничего значимого так и не произошло. Пока.
Герцогиня тихонько выдохнула. Как ни странно, присутствие Мэтью ее порадовало. Вот и еще одно доказательство, что этой семье нечего скрывать. От закона, я имею в виду. Пусть хоть обыщется, в поместье все чисто.
Кроме самой хозяйки, в гостиной присутствовали управляющий, поверенный и Энни, которая даже в «самом некрасивом» платье оставалась красавицей. Даже Мэтью невольно задержал взгляд. Потом спешно отвел его и, уверена, в мыслях отвесил себе пинка.
– Начинаю понимать, что движет этим Грифортом, – хмыкнул маг.
– Согласие на брак было состряпано до того, как он ее впервые увидел, – внесла ясность я и указала ему на свободное кресло. Сама устроилась рядом с Энни. – Полагаю, окажись она чудищем из сказки, ничего бы не изменилось.
Опять это ощущение магии. Да что ж ты будешь делать?!
Шаги и голоса отвлекли. Мерзкий Грифорт ввалился в гостиную в сопровождении троих приближенных, окинул все собственническим взглядом и рассыпался в восхищениях перед предполагаемой невестой и предполагаемой же будущей тещей.
Слизняк. С каким удовольствием я не протянула ему руку, когда он собрался ее поцеловать!
Убийственный взгляд, которым меня наградили в ответ, обещал все муки сущего… когда-нибудь в перспективе. Пфф! Уж о муках-то я знала больше лощеного хмыря в парике.
Дошел до Мэтью. Под маской благородной надменности по лицу скользнуло нервное недоумение.
– Э-э… полагаю, вы не лорд Керрингтон.
Мэтью встал с хищной грацией, одним своим присутствием подавляя всех вокруг.
Грифорт громко сглотнул и отступил на шаг.
Царапающее ощущение усилилось, но я опять отмахнулась от него.
– Лорд Джером Грифорт, вы арестованы по подозрению в подделке документов, введению в заблуждение его императорского величества и незаконной темномагической деятельности. – Слова прозвучали музыкой для моих ушей.
Приятно обнаружить, что я в нем не ошиблась. Волшебно.
– По какому праву?! – выпятил грудь горе-жених. – Я…
– Обратитесь к своему поверенному, он объяснит, – отмахнулся боевой маг, и татуировка на его руке вспыхнула.
Вокруг Грифорта золотом засветилась ловушка. Казалось, бедняга сейчас в обморок упадет.
– Это было обязательно? – А вот его поверенный оставался спокоен, разве что неодобрительно покосился на ловушку.
– Нет, но это доставило мне удовольствие. – Пожалуй, впервые со дня приезда Мэтью казался расслабленным.
– Я подам жалобу.
– На то, что я смею получать удовольствие от своей работы? Подавай.
Поединок взглядов мужчина в строгом костюме проиграл, но я не питала иллюзий: он создаст нам все проблемы, какие только сможет. Ему именно за это платят.
Вскинув руку в знакомом жесте, Мэтью выпустил над домом знак срочного вызова патруля.
– Леди, – Мэтью чуть виновато склонил голову, – прошу меня простить за эту сцену.
«Что вы, мы в восторге!» – витало в атмосфере, но воспитание позволило им лишь благодарно улыбнуться и расправить юбки.
Я же была пока недостаточно воспитанна, поэтому честно объявила:
– Сегодня ты наш герой. – И на обманщика в ловушке указала. – Его тоже. Я всерьез подумывала, как бы проклясть мерзавца.
– Я подам жалобу, – пригрозил его поверенный и мне тоже.
– Подавайте. – Сегодня я была удивительно солидарна с Мэтью. – Нет закона, запрещающего ведьме думать.
История с обедом должна была закончиться, толком не начавшись, но тут меня опять царапнуло магией. Ощутимо так, что уже не отмахнешься. И раньше, чем я успела что-нибудь предпринять, в кухне закричал повар.
Сначала просто бранно. Вдохну-у-ул. И уже с хоть каким-то смыслом:
– Куда?! Стоять, кому сказал?! Вы же еще не дозапеклись!..
– Смотрите, овощи проросли!.. – ойкнула Ларда.
– Это демон? – вспомнил о главном боевой маг.
Заклинило его на демонах. Что поделать, с каждым могло случиться.
– Нет, это домашний дух, покровитель рода. Они во всех семьях, где много магии, живут. Местный долго был истощен, а я его пробудила и немного зарядила. Случайно, – объяснила всем интересующимся. – Но злой он, как пара демонов.
Честно скажем, словарный запас у нашего повара был поинтереснее. От того, что сказал на мое признание Мэтью, у меня даже уши не покраснели. Пфф!
Или же краснеть меня способен заставить только один маг…
Смутиться от этой мысли не успела, потому как в гостиную ворвались недозапеченные перепелки.
Леди пискнули и, забыв о манерах, проворно забрались с ногами на диван. Грифорт хлопнулся в обморок. Мэтью повторил ругательство и вовремя убрал ногу, которую собирались клюнуть. Приближенные Грифорта не могли похвастаться такой же быстрой реакцией, поэтому шипели и потирали пораненные места. Что обидно, я тоже. Правда, мне всего лишь порвали платье.
– Что им надо? – раздраженно рыкнул маг, выставляя щит.
– Не им. Это все дух.
К своему стыду, я тоже поддалась порыву и забралась с ногами на диван. Зато как нормальная женщина. И платье жаль до слез.
– А ему что надо? – Как истинный маг, в домовых сущностях ловец слабо разбирался.
– А сам ты всегда просыпаешься в отменном настроении? – фыркнула я. – Еще и его подопечную тут обижали. Лапы на ценное добро пытались наложить.
– Меня-то за что клевать? – Хотя бы ему хватило уважения не шарахнуть магией в ответ. Стало бы только хуже. – Я спасать помогал!
Обозрев перепелок, которые продолжали тупо долбиться в его щиты, я сделала осторожный вывод:
– Спросонья так сразу не разберешься, кто у нас тут хороший, а кто плохой.
Говорить, что его небритая физиономия со шрамом древнему духу доверия не внушает, не стала. Обидится еще.
– Брина! Сделай что-нибудь! – Это была вообще не просьба, если что.
– Я?!
– Ведьма же у нас ты.
Над ловушкой с обморочным Грифортом угрожающе закачалась люстра.
Мэтью повторил на бис парочку непечатных слов и закрепил ее магией.
По гостиной сквозняком пронеслось недовольство.
– И быстрее, пока меня это все окончательно не достало, – уточнил маг.
Начинаю понимать, почему ведьмы с ними, как правило, не работают. Какой ведьме понравится, когда ею командуют, как каким-нибудь солдатом на службе? Осталось еще выяснить, почему они все же соглашаются выходить за этих грубиянов замуж. Ну интересно же!
Но пока это не срочный вопрос. Любопытство и подождать может, а обозленный покровитель рода – нет.
Приподняв юбки, чтобы было удобнее, и проигнорировав возмущенный окрик герцогини, я перебралась через спинку дивана, перепрыгнула воинственную недожаренную еду, увернулась от маленькой алой вспышки и наконец прорвалась в коридор, ведущий на кухню.
При моем появлении все замерли.
– Пирог готов? – спросила требовательно.
– Украшен и охлажден, – сообщил гордый своей работой повар.
В самом деле, на хрустальной подставке своего часа дожидалось настоящее произведение искусства с шапкой нежнейшего крема и недоступными в это время года ягодами.
– Умоляю, скажите, что он не отравлен? – Я с надеждой воззрилась на повара.
– Не отравлен, – подтвердил тот.
– Честно?
– Я решил не тянуть с этим до десерта.
Замечательные люди все же собрались под крышей дома Керрингтонов. Впервые я куда-то так хорошо вписываюсь.
– Чудно.
Подхватила с подставки блюдо с кулинарным шедевром и уже устремилась на выход, но меня деликатно окликнули:
– Брина…
– Что?
Необходимость в ответе отпала, стоило мне оглянуться. Тварг! Все же я истинная ведьма. Надо же было не заметить, что уже приготовленные овощи проросли странным образом и опутали всю кухню побегами. Окно пошло трещинами, Ларда угодила в зеленую ловушку, Сандра боялась лишний раз пошевелиться, один только повар больше был озабочен сбежавшими перепелками.
– Сейчас, один момент.
С первого заклинания не произошло вообще ничего. Ла-адно. Дух у Керрингтонов сильный, признаю.
Второе использованное мной заклинание заставило растительность сгнить и вызвало сквозняк недовольства, но пространство не очистило. Тварг!
Темное боевое заклинание помогло. Вот теперь полный порядок.
– Блюда все испорчены! – запричитал повар.
– Не волнуйтесь, у гостей сегодня нет аппетита, – попробовала его утешить я.
Сотворитель вкусных шедевров не утешился и задвинул такую ругательную тираду, что аж Мэтью в гостиной уважительно хмыкнул.
Я же перехватила пирог поудобнее и поспешила из кухни прочь, пока повар не опомнился и не вздумал спасать свой шедевр.
Наибольшую концентрацию незнакомой силы я чувствовала в библиотеке, как раз там, где поранила палец. Ну да. Чисто по-ведьмински логично и где-то даже предсказуемо. Потому что нечего оставлять свою кровь где попало! Даже малую капельку.
Считала же себя осторожной! И вот. Дожила.
С другой стороны, покровителя рода в любом случае пробудить стоило. Просто не так.
Дошла. Чудом удержала блюдо с пирогом на одной ладони, пока второй открывала дверь.
Привычная ко мне библиотека зажгла тусклый свет. Губы тронула благодарная улыбка. Чувство такое, будто я несколько лет здесь живу, а ведь еще не прошло и месяца. Никогда прежде я так не привязывалась к месту.
Водрузила блюдо на стол, потерла запястье.
Окинула взглядом получившуюся картину и немножко поколдовала: стол подрос, чтобы за ним стало удобно сидеть, из кухни приманились чашки с чаем и нож, который сразу же принялся разрезать пирог.
– Ну что, давай знакомиться? – бодро предложила я.
Ответом мне была тишина и знакомый недовольный сквозняк.
Пфф!
– Нет?
Отмалчивается.
– Прекрасно. Тогда я сама съем этот замечательный десерт. – И нагло потянулась пальцем к шапке из взбитого крема, но… по нему будто ударили.
– Ты же его мне принесла, – пророкотало вполне разборчиво.
– Но раз ты не хочешь, не пропадать же добру.
Второе поползновение также было остановлено шлепком по руке, и я со всей ясностью поняла, что делиться со мной не собираются. Даже не подумают. Еще и чай из чашки испарился. Моей. Ла-адно.
– Ты не такая ведьма. – Видно по-прежнему ничего не было, но ощущала я себя, будто в меня только что ткнули пальцем. – Темная. Чего тебе надо?
– Я здесь работаю, и пока некоторые дрыхли, успела по разу спасти каждого из наследников. И сейчас предлагаю дружить. Иначе я и изгнать могу.
Дух притих – и никаких тебе «ты?!», «меня?!» или «попробуй!». Ему вот совсем не хотелось, чтобы я пробовала.
На кремовой шапке образовалась ямка, будто торт ковырнули пальцем.
– Можешь капнуть еще своей крови на чистую страницу? – уже совсем другим тоном попросил покровитель Керрингтонов.
– Зачем? – насторожилась я.
– Мне нужно еще немного твоей сильной магии, чтобы восстановиться. – И провокационно добавил: – Тогда мир. Даже дружба.
Взяла книгу и только тогда обнаружила, что это за книга. Семейная хроника Керрингтонов. Ох ты ж.
Показалось неправильным пачкать ее своей кровью, но эта мысль задержалась в голове всего на миг. Темное пятнышко, оставленное в прошлый раз, там уже было, и ничего, трагедии не случилось. Наоборот, покровитель рода пробудился. Так что… Я отлистала к пустым страницам, царапнула палец о лист и зашипела сквозь зубы. Нарочно это еще больнее. На первой же свободной странице оставила небольшую алую кляксу. Она сразу же потемнела, вспыхнула серебряными искрами и… пропала.
Замечательно. И книга не испорчена.
Я огляделась и испытала разочарование, обнаружив, что ничего в общем-то не поменялось.
– Ты не проявился. Кровь не помогла?
– Помогла, просто я всегда был незримым даже для магического взгляда. Сразу видно, что у тебя никогда не было духа-покровителя, – снисходительно сообщил мне бесплотный голос. И из-за стола выдвинулся стул. – Садись, ведьма. Знакомиться будем.
Собственно, я так и планировала.
– Только перепелок своих отзови.
А теперь я почувствовала себя так, словно на меня пристально глядели какое-то время. Зрение зрением, но ведьминское чутье тоже кое на что годится.
– Как скажешь. Меня, кстати, Беннингтон Кервир Мудрый зовут.
– Брина.
Получилось. Значит, есть шанс, что поладим.
Пирога мне не досталось, и чай в чашку не вернулся. Зато наш с Тьеном контур удостоился сдержанной похвалы, а еще изобретательность и верность повара и некое решение нового герцога. Я точно не поняла.
Может, речь о том, что Тьен наконец решился оставить службу и принять титул? Он же долго с этим затягивал.
Посиделки прервал Мэтью, заглянувший в библиотеку.
Из обеспокоенного его лицо в мгновение сделалось… вытянутым. Надо заметить, ему, как и прочим самоуверенным магам, это донельзя шло.
– Брина, ты уверена, что сейчас подходящее время, чтобы сидеть в полутемной библиотеке и в одиночестве есть десерт? – поинтересовался боевой маг.
А вредный дух скрыл свою чашку, и теперь все действительно выглядело так, будто я тут чаевничала одна.
Пфф! После ситуации с Тьеном и книгами смутить меня уже не так просто.
– Я проголодалась, – сообщила невозмутимо. – И мне нужно было подумать.
Догадываться не приходилось – странный взгляд мага я прекрасно заметила.
На меня, потом на остатки обкусанного торта. И вновь на меня. Вечно у них ведьма крайняя!
– Идем, там уже почти все закончилось. – Мэтью сделал знак следовать за ним. – Женишок сегодня переночует в камере. Леди успокоились и разошлись по комнатам. Осталось только прибраться на первом этаже.
– Присмотрелся к беззащитным леди?
Стараясь не обращать внимания на скопившуюся усталость, я шла за ним.
– Сдаюсь. Нет здесь ничего противозаконного. Как прошло с духом?
– Скоро он сольется с домом и напоминать о себе будет только в трудные времена. – Я проглотила зевок. Ну и день.
– Учитывая происходящее вокруг, сейчас именно они и есть, – напомнил Мэтью.
На лестнице чуть шею себе не сломала, наступив на лишенную магии тушку перепелки. Тва-а-арг!
Мэтью поймал за локоть, не дал упасть.
Так близко мы еще ни разу не были… Мгновение. Он не сразу разжал хватку. Наши взгляды ненадолго встретились. Сердце пропустило удар, а из памяти выплыло воспоминание, где он вынимает меня из шкафа и на руках несет прочь из мрачного дома. Ох.
– Брина? Ты цела? Стоять можешь? Смотреть надо, куда наступаешь.
В реальность возвращалась вместе с решимостью. Безумной, отчаянной и… незаконной, да.
Ощущение опасности было таким сильным, что сердце стучало как бешеное.
– Ты же помнишь, что я – черная ведьма? – начала осторожно.
– Это должно было как-то помешать тебе свалиться с лестницы? – приподнял брови маг.
Все-таки они невыносимы.
– Нет, конечно, – нетерпеливо отмахнулась я и вывернулась из его рук. Спустилась и уже оттуда продолжила: – Просто я только сейчас поняла, что убеждения не должны мешать мне вызвать демона.
– Уверена?
– Стража Завесы с их стороны, – внесла ясность. – И спросить его, какого именно демона вызвала ведьма в наших местах и почему он, получив плату, не убрался обратно.
Наслаждением было наблюдать борьбу чувств на лице ловца.
С одной стороны, то, что мы собираемся сделать, рискованно, неразумно, опасно и даже преступно. С другой – реальный шанс приблизиться к поимке ведьмы. То есть к исполнению закона, которому Мэтью и служит.
Так какая разница, каким путем?
Ответ именно на этот вопрос он, похоже, и искал внутри себя. Вот даже не знаю, какой был бы для меня предпочтительнее.
– Думаешь, он тебе скажет? – Маг свел брови над переносицей. – Притом правду?
– Понадобится ритуал призыва, замыкающий контур, и плата, – перечислила я. – Тогда скажет.
Сама не верю, что делаю это. Будто происходит это не со мной.
Но давать слабину было нельзя, и я одарила мага взглядом, как бы говорящим: «Забыл, откуда меня достал? Я точно знаю, как это работает».
Мэтью окинул меня оценивающим взглядом, и вот не знаю, к какому выводу пришел.
– Когда ты хочешь это сделать?
– Ну… можно прямо сейчас.

«Прямо сейчас» превратилось в «через полтора часа». Потребовалось некоторое время, чтобы собрать все необходимое, незаметно улизнуть из дома и дойти до места. С ним решили не мудрить и использовали то, на котором колдовала неизвестная ведьма. Если повезет, это поможет получить нужную информацию.
С удивлением обнаружив, что помню каждую линию, расположение каждого символа, я принялась рисовать на земле узор. Светящийся грифель в моей руке оставлял точно такие же светящиеся следы в местах, которых касался. В темноте ночного леса смотрелось особенно эффектно, наверное.
Мэтью наблюдал за творческим процессом без одобрения, а в какой-то момент решил усилить защиту.
Доверяет, но не полностью. Если вообще доверяет. Все же я тоже черная ведьма.
Завершенный узор ослепительно полыхнул и засветился ровным неярким светом, что свидетельствовало о том, что все предшествующие действия я выполнила правильно.
Отлично. Теперь призыв и плата.
Нужные слова одно за другим всплыли в памяти, и губы повторили их. А вот силу приходилось вырывать из себя с болью. Слишком хорошо я помнила, каково это и что значит, и все мое существо сопротивлялось. Еще больше помрачневший взгляд ловца уверенности тоже не добавлял.
Надеюсь, я сейчас не нарабатываю себе на приговор. К тваргу…
Собрала побольше силы, напитала призыв, вытащила из сумки, висящей на плече, нож и резанула ладонь. Мэтью за пределами круга грязно выругался. А я даже не зашипела: во время ритуала никогда не бывало больно. Больно станет потом, а еще противно и пусто. И слабость придет такая, что дня два буду напоминать восставшего мертвеца. У меня-то «обменок» нет, свои силы отдаю.
Чернея на глазах, капли упали на шестиконечный символ, выведенный в середине круга, и там разлилась гладь расплавленного серебра, полностью заполняя его. Маг опять решил блеснуть своим словарным запасом. Меня это начало раздражать.
– Про себя, пожалуйста, – бросила, даже не оглянувшись на него.
Плечо прожег его взгляд, но просьбе Мэтью внял и послушно затих.
Того я и добивалась.
Сделала шаг назад, отступая от дыры в Завесе, но при этом не покидая пределов круга. Как раз вовремя: над мерцающей гладью зазмеилась дымка, чернея и разрастаясь, пока не сформировалась во вполне себе человеческий силуэт. Только крупный, в боевом доспехе, с закрученными рогами и горящими, словно угли, глазами.
Получилось. Я впервые сама, без магического подчинения и ментального принуждения, вызвала демона.
Однако вместо того, чтобы хоть чуточку начать гордиться собой, я понадеялась, что так же легко смогу отправить его обратно. А еще – что этот единственный раз и станет последним.
Демон дико рыкнул и рванулся прочь, но первые мгновения магия держала особенно крепко. Попытка бегства закончилась еще одним рыком. Мэтью на всякий случай добавил еще пару защитных слоев, но в этом не было необходимости.
– Ведьма… – протянул гость из-за Завесы.
– Не стой, спрашивай! – велел маг.
Угу, сейчас. Только продышусь, а то от дивного соединения едкого дыма с ароматом тухлых яиц глаза слезятся и в горле першит. Фу, я уже и забыла, как это гадко! Ох. Давай, Брина, соберись. Не хватало опозориться перед этими двумя! Как же воняет… Нет, не сам демон, как принято считать. Мерзотный запах дает прожженная Завеса. А прорву сил жрет не сам ритуал, а ее восстановление. И все равно даже самые чокнутые представители магического сообщества такие разрывы, как правило, закрывают, потому что… вот только демонов нам в мире еще не хватало! Самим тесно и бесим друг друга порой.
Отрешившись от лишних ощущений, я быстро, но с чувством протараторила ритуальные слова:
– Тьма к тьме. Тьма, соединившись с тьмой, заберет силу и кровавую плату. Мне же нужны ответы на вопросы.
И вот тут что-то пошло не так.
Я все еще чувствовала мощь контура, а потому не боялась. Чего уж там, когда-то это было делом почти привычным. Но вместо того чтобы ответить по форме, демон оскалился и хищно протянул:
– Ведьма… Иджи.
Мир будто перевернулся.
Он знал мое имя. То имя, которое я давно забыла сама.
И нити подчинения, которые не позволяли демону напасть на меня, теперь опутывали меня, подавляя, заставляя сделать шаг к дыре в Завесе. И к демону.
– Брина? – Маг не мог не заметить изменений, хотя пока и не понимал их смысла. – Что происходит?
Тва… Кхм. Думаю, в нынешней ситуации будет уместнее упомянуть богиню. Жаль, это никогда не помогает.
Еще шаг.
Внутри себя я билась в силках без малейшего шанса выбраться. Уже и забыла, как это погано. Ни позвать на помощь. Ни издать ни звука. Ни контролировать свое тело. Идти. Еще шаг, несмотря на все внутреннее сопротивление.
– Я вмешиваюсь, – предупредил Мэтью.
Снял свои же щиты… и зашипел от боли.
А я даже не могла обернуться, чтобы посмотреть, что именно там произошло. Слезы душили, но плакать я тоже не могла.
За что?! Угораздило же так вляпаться! Сила таяла капельками на коже.
Я вся пропиталась отвратительной вонью. И почти вплотную приблизилась к демону. Его лицо скрывала часть доспеха – маска, сотканная будто из самой ночи, – но почему-то казалось, что под ней чудовище гадко усмехается. Дыхание раскаленным комом застряло в горле. Я изо всех сил старалась не думать, что со мной станет по ту сторону Завесы. Не хочу туда! Я…
Контур не лопнул, он просто пропустил кого-то. Что само по себе казалось невозможным…
Меня будто невидимой плетью хлестнуло. Разумеется, не оставив на коже следа, без возможности хотя бы вскрикнуть. Зато демон взревел за нас двоих. Видимо, ему тоже перепало боли.
Связывающие нас нити оказались разорваны в один миг.
Разъяренный демон вскинулся, с его пальцев потекла тьма, но мой узор вспыхнул так сильно, как я одна точно бы не сумела его напитать.
Не может этого быть… Но я узнала эту магию.
И голос тоже узнала:
– Ведьму я тебе не отдам, самому нужна.
Демон начал превращаться и таять. Ярко вспыхнул запечатывающий знак. Все. Все закончилось. Я жива.
Ослабевшее тело рухнуло на землю. Прямо на узор, но это уже не имело значения. Я закашлялась, наслаждаясь уже тем, что теперь у меня есть такая возможность. По щекам побежали горячие слезы.
– Тьен…
Он что-то ответил.
Расслышать, а тем более ухватить смысл не удалось. Его голос распался на несколько голосов. Показалось, что мужчин рядом больше… больше, чем двое. Гул в ушах нарастал, угрожая взорвать мою бедную голову к тваргу. В глазах двоилось. Мрак вокруг стал непроницаемым, беззвездным, поглотил все предметы и лишние звуки, не оставил воздуха…
Ах нет, кажется, это я потеряла сознание от слабости.

Глава 9

За стеной звучал голос, который мне больше всего хотелось услышать. Аж дыхание перехватило. Еще не разлепив глаза, я точно знала, что Тьен, то есть герцог Керрингтон что-то кому-то выговаривает, и он очень, крайне недоволен. Настолько, что лишь аристократическое воспитание вынуждает его держать себя в руках. Пока.
Попытки вслушаться и разобрать слова привели к тому, что голос стал размываться и отдаляться, пока не заглох совсем. А у меня затрещала голова и пить захотелось невыносимо.
Застонала и облизала сухие губы. В них сразу же ткнулся прохладный край кружки.
Жадно, большими глотками я осушила ее до дна, в процессе облилась немного. И плевать, что подумают о моем воспитании.
Подумать, может, что и подумали, но подсунули еще воды.
М-м-м. Как мало иногда надо для счастья.
Глаза жгло, будто я целую вечность шла по песчаной буре. Моргать было больно. Все тело ощущалось отвратительно тяжелым. Знакомо. Очередное магическое истощение. Почти полное опустошение, я бы сказала. Опять. Даже соскучиться по этим ощущениям не успела. Тва-арг. Комната постепенно обретала мутные очертания. Моя комната. Отлично. В памяти же обретали очертания события прошлого дня. Грифорт, Мэтью, демон… относительно счастливый финал. Чудесное возвращение Тьена.
Понимание, как скоро и как сильно мне влетит, вызвало еще один стон. Тва-а-арг, вот почему со мной всегда так? В целом с ведьмами.
Видимость становилось все отчетливее, и я смогла разобрать, что кружка просто зависла в воздухе. И шторы задвинулись будто совсем без посторонней помощи, когда стало понятно, что мне больно смотреть на яркий свет. За окном царило как минимум позднее утро. А на краю моей кровати сидела бледненькая Энни.
– Она очнулась! – Мое возвращение в мир не осталось незамеченным. – Брина… ты меня слышишь?!
М-м-м.
И даже слишком громко.
– Тише ты, – шикнул на нее дух.
– Брина, ты себе не представляешь, тут столько всего произошло… – Она посмотрела на меня с сомнением, но ее распирало от желания немедленно все-все рассказать. – У нас теперь настоящий волшебный дом, родовое гнездо, почти замок, и Бенни.
– Беннингтон Кервир Мудрый! – вознегодовал магический покровитель, и ее рыжие волосы растрепал сквозняк, но Энни лишь отмахнулась.
– Мы все за тебя до смерти перепугались. Тьен вернулся, и он теперь герцог. Еще он привез нового доктора, и он теперь лечит столичного мага. А у ворот целая очередь к ведьме, но ты не принимаешь. Их дворецкий уже третий раз пытается разогнать. И еще вот, Тьен привез тебе конфеты. Сказал, что у вас традиция. Брина, почему у вас традиция, а я ничего не знаю?!
Бедная. Моя. Голова.
Впечатление такое, будто провалялась тут месяц, хотя прошло не больше двенадцати часов.
– В прошлый раз у него не было для меня подарка, и он вручил мне конфеты. – Я облизала все еще сухие губы. – Вкусные конфеты, кстати. Я совсем не против их еще раз получить.
Тем более что коробка в этот раз больше.
Ни тени желания попытаться отказаться. Даже пресловутое «надо» в душе ни разу не шевельнулось.
– Брина, – очень тихо зашептала Энни, подалась ко мне и крепко-крепко обняла, – подумать только, тебя чуть не украл демон…
– Буду знать, как ввязываться в сомнительные ритуалы.
– Как будто у тебя был выбор! – Из нее только что искры не посыпались. – Тьен так разозлился! Если бы этот Мэтью и без него не умирал, он бы сам его прикончил. Так и сказал!
– Что?! – Я бы вскочила с кровати, но комната подло закачалась перед глазами, вынуждая рухнуть на подушки и расслабиться.
О-о-о… Вспомнила. Мне плохо. Погано – более точная характеристика ситуации.
– Не волнуйся, с ним доктор, – уточнила Энн. – Все будет хорошо.
– При условии, что цель – добить. – Я еле сдерживалась от повторной попытки встать и бежать на помощь.
Останавливало то, что я понятия не имела, в какую сторону бежать.
– Другой доктор, – пояснила Энни. – Он прибыл с Тьеном. Нашего брат уже уволил.
А-а. Точно, он же обещал.
Кружка на глазах наполнилась водой и подлетела ко мне. Я отпила еще немного. Все. Больше не лезет.
Откинулась на подушки, перевела дыхание. Как и когда моя унылая жизнь успела превратиться вот в это? Интересный вопрос.
– Оставьте нас, – прозвучал голос, который я так рада была слышать. Дернулась сесть, но горячие ладони удержали за плечи. – А ты лежи. У тебя резерв опустошен, повреждены магические жилы и немного аура. Руди тебя навестит попозже.
Я открыла глаза и со смесью радости и стыда уставилась на герцога. Тварг, что с моими эмоциями? Действие лекарств?
Керрингтон тоже на меня смотрел, и в этом взгляде читалось обещание бури. Мне аж холодно под одеялом стало. Дыхание перехватило. Щеки запылали. Непонятное смущение, граничащее со стыдом, заставило закусить губу, отвести взгляд и сказать сущую глупость:
– Ваша светлость…
– Если это твои поздравления, то они принимаются, – кивнул мужчина. – Хотя с титулом больше… кхм… мороки, чем приятных моментов.
Он хотел использовать другое слово, но ох уж это воспитание.
Скованность потихоньку уходила, я даже улыбнуться сподобилась.
Однако Тьен не забыл свою злость.
– Брина, ты о чем думала?! Или этот Трэванс тебя заставил? – Попытку солгать пресек еще до того, как идея оформилась в моей голове. – Смотри на меня! И отвечай честно. Он на тебя давил? Угрожал?
Этого только не хватало. Тва-арг. Я так часто его вспоминаю, что мы уже как лучшие друзья.
– Мы заключили сделку.
– Зря я его не убил.
Обещание бури превратилось в саму бурю, покрытую корочкой льда.
– Тьен, все в порядке! Честно. Я сама согласилась.
– Вызвать демона, не умея толком обращаться с такой магией?
А вот убийственных взглядов не надо. Я сейчас в таком состоянии, что меня одним взглядом можно добить.
– Все я умею! – Как-то даже обидно за свою поруганную компетентность стало.
– Да неужели? – С трудом сдерживаемую ярость он маскировал за ядовитыми нотками.
Прикрыла глаза. Досчитала… до трех, на большее меня не хватило.
– Тьен, серьезно. Я умею проводить подобные ритуалы, и у меня достаточно сил, просто… все пошло не так.
– Угу.
Ехидство… именно его напускное ехидство я могу игнорировать.
– Никто не мог знать, что этот демон не только пробовал мою силу раньше, но и знал настоящее имя, данное мне при рождении. Я сама его не помнила, понимаешь?
Сколько это для меня значит. Как мне тяжело сейчас.
Пережитые страхи еще до конца не отпустили. Не сумасшедшая же я, чтобы так подставиться!
К счастью, объяснений больше не понадобилось, этот маг всегда обладал редким сочетанием чуткости и сообразительности. А потому перед тем, как еще что-то сказать, притянул меня к себе и сжал в объятиях. Крепких, надежных, таких уютных, пахнущих дорогим парфюмом и самую капельку табаком.
– Я соскучился, – прошептал признание куда-то мне в волосы. – И до смерти за тебя испугался.
Не думала, что скажу это, но…
– Я тоже.
– Так как тебя теперь называть? – Отпускать он не торопился, а продолжать разговор, обнявшись, было… странно. – М-м?
– Брина, – ответила уверенно. – Не думаю, что хочу возвращаться к прошлому. К тому же я разобрала только часть имени и не знаю, что именно оно значит.
– Скажешь его мне?
Когда он вот так обнимает и теплом дышит в макушку, я готова выболтать ему все тайны… которых у меня, к слову, нет.
– Иджи. – И смущенно пошевелилась в его руках. – Я его помню и не помню одновременно.
– Но ты бы хотела узнать больше? – мягко спросил Тьен, горячими ладонями поглаживая мою спину.
– Д-да.
Хорошо, что я имела возможность спрятать лицо у него на груди. Очень кстати.
– Я выясню, обещаю. Часть имени – уже кое-что. С этим вполне можно работать.
Судорожно вздохнула, но его запах творил чудеса. В смысле успокаивал, и плакать расхотелось. Или это все тепло.
– Тьен?
– Да?
– Поцелуй меня.
Тварг, я серьезно?..
Даже не поняла, куда девалось следующее мгновение. Движение. Просто наши лица вдруг оказались совсем рядом. Так, что я могла ощущать его дыхание кожей. И дуреть от этого ощущения. Таять от его волшебства.
Впрочем, поцелуй был лучше. Намного лучше. Я еще с прошлого раза помнила. Но сейчас все равно задохнулась, потерялась в буре ощущений, на некоторое время перестала существовать, будто превратилась в какую-то другую Брину. Которой можно было вот так упоительно целоваться с герцогом, путаясь пальцами в его волосах, цепляясь ими за спину, мурлыкать что-то счастливое и бесстыдно ласкать языком его губы.
Тварг. Богиня. Если что, потом скажу, что это какой-нибудь яд демона.
– Кхм, – прозвучало над нами, да так внушительно прозвучало, что мы отпрянули друг от друга, но смутилась до желания провалиться я одна. – Понимаю и всецело одобряю ваше желание друг друга съесть, но сейчас неподходящее время. Если ты настроен на дуэль, то уведомление надо отправить сейчас.
– Что? – Вот теперь я отпрянула от Тьена по-настоящему. – Я же объяснила, Мэтью не виноват. Не настолько виноват. Он…
Выручил Энни, в конце концов. Собирался помочь мне, когда понял, что ритуал идет не так.
Но говорить ничего из этого не пришлось.
– Тварг. – Герцог встал. Потом пояснил специально для меня: – Дуэль с Грифортом.
– А…
– Брина, это Рэйхэм Рупертон, наш новый дворецкий и мой давний друг. Рэй, это Брина, моя… штатная ведьма. Объясни ей все, а мне надо к поверенному. Совершенно забыл про это тваргово уведомление.
– Их должно быть два, – счел нужным напомнить этот… новый человек в доме.
– Я в курсе.
Тьен ушел по своим герцогским делам.
А я… уже через час точно определилась с отношением к новому знакомому.
Но обо всем по порядку.
Рэйхэм Рупертон выглядел на десяток лет старше Тьена, имел военную выправку и одежду носил больше похожую на форму ловца, чем на стандартный костюм дворецкого. Говорил громко, чеканя каждое слово, даже когда вовсе не желал отдавать приказ. Наш грозный повар и тот ежился при его приближении.
Мы поладили. С его стороны с самого начала чувствовалось доброе отношение. Видимо, Тьен успел рассказать о моих подвигах здесь. Для меня же он стал связью с миром, тем, кто рассказал недостающие подробности. Так что взаимопонимание не имело никаких шансов не случиться.
Для них история началась, когда пришло срочное сообщение от Мэтью Трэванса. Все же он сдержал обещание, что отозвалось теплом на сердце. Тьен в то время беседовал с кем-то из правящей семьи, и как я поняла, там все прошло не очень гладко и аудиенция затянулась на несколько часов. Но как только он вышел и ему передали известия из дома, все трое немедленно отправились к порталу.
В поместье выяснилось, что ситуация с «женихом» Энни почти улажена, и от сердца немного отлегло. Но тут потерялась я… и нашлась на ритуале с демоном. К моменту, когда маги появились в лесу, Мэтью был уже ранен неожиданно появившимся вторым демоном, а я подчинена. И все же они успели вовремя: доктор спас Мэтью, хотя с магией демона, отравившей рану, и поврежденными линиями провозился до позднего утра, Рэйхэм сцепился с демоном и вроде бы тоже ранил его, но тот впоследствии ушел, а Тьен, благодаря тому что наши силы оказались удивительным образом соединены, сумел пройти внутрь контура и отбить меня.
Мэтью теперь потребуется минимум неделя на восстановление. Его люди прочесывают герцогство в поисках засевшего где-то демона. Тьен страшно зол и подумывает подать официальную жалобу на то, что ловец подверг опасности меня и всех людей, живущих неподалеку. Еще он уволил прежнего доктора и передал практику новому. И собирается вызвать Грифорта на дуэль, чтобы неповадно было облизываться на его сестру.
Событий действительно хватило бы на месяц. Но прошло меньше двенадцати часов, и что успеет случиться за настоящий месяц, мне, признаться, страшно подумать.
К концу разговора я утвердилась в мнении, что с новым дворецким мы если не подружимся, то точно станем приятелями. А еще устала так, что комната опять начала раскачиваться перед глазами. Веки отяжелели. Глаза уже закрывались.
Рэйхэм тактично собрался уйти, чтобы исполнять свои обязанности, но тут в комнату заглянула Сандра:
– Как себя чувствуешь, Брина? Я принесла суп и отвар, который передала Анелия Дансвон. Она сказала, что ты его и варила для нее.
Окинув изучающим взглядом служанку с подносом, новый дворецкий достал из кармана кристалл на цепочке и обвел им вокруг стакана. Видимо, внутри находилось именно то, о чем Сандра и сказала, потому что кристалл никак не отреагировал. Рэйхэм объяснять свои действия не стал, просто убрал кристалл и кивнул нам:
– Оставлю вас. Сандра, проследите, чтобы она все съела и выполняла предписания насчет отдыха.
– Сделаю! – просияла та, хотя вряд ли ее рвение могла оценить удаляющаяся спина Рупертона. – Там опять люди пришли…
Дворецкий остановился и с недоверием оглянулся на нее:
– Они что, идиоты?
– Уже другие, – пояснила Сандра непонятно для меня, но, видимо, вполне ясно для Рупертона.
– Гребаный тварг! Я разберусь.
Он стремительно куда-то ушел. Я позволила Сандре помочь мне сесть, задумчиво помешала ложкой овощной супчик-пюре, вдохнула умопомрачительный запах приправ и лишь потом спросила:
– Изгоняют опять?
В том, что явились по мою душу, сомнений не было никаких.
Досадно было, если честно.
– Нет, что ты! – заулыбалась подруга. – Они за помощью к ведьме пришли. К тебе то есть.
– А как же все, что доктор наговорил?
– Речь про того, которого уволили с позором? – Сандра весело мне подмигнула. – Его слова больше не имеют веса. К тому же госпожа Эрвен всем растрезвонила, как ты пришла и буквально спасла ее сынишку. И Анелия Дансвон с тобой дружит, а она – честная женщина и уж не стала бы водиться с какой-то прохиндейкой. Но колдовать тебе пока что нельзя, лучше совсем не вставать, так что мастер Рупертон сейчас опять всех разгонит.
Я донесла до рта первую ложку и зажмурилась от блаженства. М-м-м, это должно быть вне закона! А ведь до того, как поселилась в этом доме, я считала, что не слишком люблю суп.
– Чего хотели от ведьмы? – Было любопытно, ну и надо же о чем-то болтать, пока ем.
– Разного. Кому-то больную ногу заговорить, другому старую рану посмотреть, а женщинам – на любовь предсказать или заговорить белье мужа против измен.
Еда не способствовала тому, чтобы в голове прояснилось. Наоборот, только спать захотелось еще больше.
– Почему бы им не пойти со своими болячками к новому доктору? Он же уже работает, насколько знаю.
– Брина, ну ты как первый день в Келберне! – Сандра насмешливо глянула на меня. – Ты уже влилась, тебя почти приняли, завела здесь друзей, спасла несколько жизней, герцог вон тебе благоволит. А доктор Эртон пока здесь чужак, хоть ему и отдали приемную. Выбирая между почти своей ведьмой и непонятным доктором, угадай, к кому все пойдут?
Тва-арг.
Незнакомца, которого Тьен называл по-дружески Руди, стало жаль. Я-то знаю, через что ему предстоит здесь пройти.
Остается надеяться, что он не возненавидит меня за то, что его пациенты идут ко мне…

День спустя слабость оставалась все такой же отвратной и уходить в ближайшем будущем не собиралась. Я не чувствовала в себе ни капли силы. Вдобавок поврежденные линии мучительно болели. Если рассуждать логически, болеть они никак не могли, но чья-то логика вовсе не отменяла того, что у меня нудно ныло что-то где-то. Странное ощущение. Совершенно поганое.
А еще было страшно… Вдруг я никогда больше не буду ведьмой? В меня же только поверили! Я сама в себя только-только поверила… и вот.
Заглянувший проведать меня доктор Эртон терпеливо выслушал все жалобы, понимающе улыбнулся и пообещал, что все будет хорошо. Понятия не имею, что и где там у него хорошо, лично мне было очень плохо! Настолько, что вместо чего-нибудь вежливого ему достался испепеляющий взгляд.
В ответ мне перепала еще одна понимающая улыбка и дружеский совет:
– Будешь знать, как вызывать демонов. Хорошие ведьмочки так себя не ведут.
– Иди к тваргу! – Я чуть пустой тарелкой в него не швырнула.
– Наказана, – усмехнулся новый доктор. – Неделя постельного режима и две недели никакой магии.
– Так нечестно, – вырвалось у меня.
– В жизни вообще мало честного. Но тебе еще повезло.
У Тьена и друзья под стать ему самому. Такие же невыносимые. Хотя нет, он, пожалуй, все еще вне конкуренции.
Доктор Эртон тоже был магом – лечащим магом при подразделении ловцов, – поэтому в придачу к выправке и привычке к строгой и простой одежде обладал крепкими нервами, терпением служителя, профессиональной изобретательностью и весьма своеобразным чувством юмора. А как без всего этого работать с толпой упертых боевиков? Никак. Я это прекрасно понимала, поскольку свежо помнила, как мне самой пришлось лечить Тьена. Но когда Эртон брался применять эти свои штучки на мне, бесило, вот честно. К слову, еще при первом знакомстве он предложил звать его просто Руди.
Ко мне часто забегала Сандра, в перерывах между занятиями – Энни, однажды даже сама леди Ноарис пришла. Справилась о здоровье, потрогала лоб, вздохнула о чем-то, а потом передала набор для вышивки. Нет, она прелесть, просто из меня леди как из нее боевой маг. Не выйдет. Служитель передал конфеты, на столике высилась горка милых мелочей от жителей Келберна, а Анелия вновь принесла отвар. На этот раз своего собственного приготовления, но он мало отличался от моего.
Дар по-прежнему притворялся мертвым. Демона все еще не поймали. Ведьма больше никак не напоминала о себе.
– Смотри, кто со мной! – Следом за Энни в комнату вошла еще одна девушка. – Это Холли, помнишь ее?
– Конечно.
Я помнила. С какой надеждой она смотрела на Тьена. На него так все незамужние женщины смотрели. Замирали при его приближении. А в мыслях наверняка примеряли какие-нибудь брачные украшения и титул герцогини.
Меня это бесило до дрожи.
– Как себя чувствуешь? – Холли улыбнулась, демонстрируя ямочки на щеках. – Я слышала, что случилось. Ох. У тебя очень опасная работа.
– Какая уж есть, – получилось не слишком дружелюбно.
– Знаешь, меня в дрожь бросает при мысли о всяких ритуалах и… демонах, – ей оказалось нелегко заставить себя произнести это, – но я жалею, что не родилась ведьмой. Тогда бы мне не приходилось присматриваться к каждому мужчине подходящего возраста и лезть из кожи вон в надежде, что он возьмет меня замуж.
Откровенно.
Неприязни стало чуть меньше, и я даже выдержала их с Энни общество какое-то время. Кроме болтовни о женихах, пока отсутствующих у обеих, удалось узнать и кое-что интересное. Новый доктор правда испытывал трудности с местными, и леди Ноарис просила мать Холли помочь ему влиться. Как раз сейчас дамы пили чай в гостиной. Девушки же развлекали меня, пока Энни не подошло время собираться на верховую прогулку.
– Составишь мне компанию?
– Прости, я не умею ездить верхом. – Ее новая почти подруга виновато улыбнулась. – Раньше у нас не было денег на породистых лошадей, а в пансионе учили другим вещам.
Энни чуть покраснела, стыдясь, что задала неловкий вопрос, и отправилась переодеваться.
Холли тоже встала:
– Твои гадания действительно работают?
– Как правило.
– Загляну к тебе как-нибудь, если не возражаешь. Я уже какое-то время дома, но пока совершенно не понимаю, какие у меня перспективы.
Я улыбнулась. Замечательно все же, что я не леди. Потому что я-то отлично знаю свои перспективы.
– В городе слышно что-нибудь про дуэль? – Ни Тьен, ни тем более Рэйхэм ничего мне не говорили, и я решила зайти с этой стороны.
– Мужчины говорят что-то, – дернула плечиком Холли. – Но это их мужские дела, я не вникала.
Леди Ноарис сказала так же, а Энни саму держали в неведении. Конспираторы тварговы. Вот восстановлюсь как следует и всем им покажу!
– Приходите на ярмарку, там обычно бывает весело. – Холли помахала мне и отправилась в гостиную к дамам.
По современным дуэльным правилам, оскорбленная сторона, решившая отстаивать честь таким способом, должна письменно уведомить обидчика и какую-то императорскую комиссию. Последняя, к слову, могла запретить дуэль, сочтя причину слишком незначительной. Увы, в нашем случае рассчитывать на это не приходилось, Грифорт достаточно накуролесил.
Дата уже была назначена. Но ее от меня почему-то скрывали. Это злило, выводило из себя, сжигало изнутри, но поделать я ничего не могла.
Разве что, как только набралась достаточно сил, тихонько выскользнуть из своей комнаты и, пошатываясь, прокрасться в спальню Тьена…
Должно же там быть хоть что-то! Вот когда пришло время порадоваться, что живем мы совсем рядом.
Прикрыла за собой дверь, зажгла свет, прошлась взглядом по окружающей обстановке. В комнате пахло знакомо, и этот запах дразнил воспоминания. Как я проснулась здесь в его первое утро после возвращения. Как лечила. Ох.
Нужная мне бумажка лежала на столе. То самое уведомление, но уже с печатью комиссии. И дата: через день, как водится, на рассвете. Тварг!
Вроде бы все шло закономерно, но я с ног до головы покрылась мурашками страха. И сорвалась бы в панику, если бы не заметила конфискованную когда-то у меня Тьеном книгу. Сама не знаю, зачем ее взяла…
Полистала страницы.
И едва успела поймать вывалившийся из книги лист плотной бумаги с вензелями и завитушками, печатями и размашистой, картинной какой-то подписью.
Разрешение на брак. То есть, наоборот, запрещение.
Документ за личной подписью кого-то важного гласил, что герцогу Себастьену Керрингтону в разрешении на брак отказано, поскольку невеста не является достойной партией носителю древнего титула.
Но разве Керрингтоны не женятся по любви и на ком захотят? И почему Тьен просил это разрешение, когда несколько дней назад был в столице?
– Брина?
Попалась.
Я даже не смутилась, просто повернулась к нему:
– Как видишь, мне становится лучше.
– Что ты здесь делаешь?
Не то чтобы он был не рад меня видеть, просто устал. От него веяло этой усталостью.
А я вновь начала чувствовать подобные вещи. Восстанавливаюсь, хотя и отвратительно медленно.
– Возвращаю свою собственность. – Я выразительно потрясла книгой, не обошла вниманием и брачный отказ: – А это что?
– Ничего. – Тьен ловко выхватил у меня документ и не отказал себе в удовольствии сцапать в объятия. – Я соскучился. Больше никогда не рискуй собой.
Сказал мужчина, который собирается участвовать в дуэли.
– Отвлекаешь внимание? – фыркнула я.
– А получается?
Губы покалывало в ожидании поцелуя.
Да, пожалуй.
Но сегодня не удастся списать все на отравление, истощение или бред, поэтому надо держать себя в руках.
– Это же было не про меня? – Я чуть отстранилась и пытливо заглянула в хмурое лицо. – Скажи?
– В основном про мои сложные отношения с императорской семьей. Не думай об этом, я разберусь.
Безумие какое-то. И так крепко держит…
Я поймала себя на том, что готова раствориться в этих объятиях, бесконечно так стоять. Пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы боль отрезвила.
– Ты должен выбрать девушку из родовитой семьи, – напомнила этому безответственному. – Ты теперь не просто маг, ты герцог. Это так работает.
– Говоришь, как моя мать, – скривился Тьен.
– Вот! Леди Ноарис – разумная женщина. – По крайней мере, в некоторых вопросах.
– Но даже она считает, что к алтарю надо идти, следуя за сердцем.
Странный разговор. Какого тварга я вообще обсуждаю с ним это?!
А пока говорили, Тьен притягивал меня все ближе, а теперь мы и вовсе стояли впечатавшись друг в друга. Он тоже немного удивился, обнаружив такое единение, и ослабил хватку.
– Идем, отведу тебя в комнату.
– Я сама знаю дорогу!
Заявив это, заодно обнаружила, что чувствую себя получше. Когда я рассматривала документы, ноги подгибались, но одно маленькое объятие – и сил стало больше. А еще Тьен смог войти в мой контур, чего магам вообще не дано. Он мог бы его сломать… но не шагнуть внутрь, как к себе домой.
– А как же поцелуй под дверью? – с серьезной миной спросил этот непостижимый мужчина.
– Никак.
– Кстати, я честно прочел твою книгу и теперь знаю обо всех твоих тайных желаниях. – Хитрый взгляд в мою сторону. – Ну вот, ты краснеешь. А то я уже думал, что потерял сноровку.
– Иди к тваргу, твоя светлость!
Я с чувством закрыла дверь своей комнаты перед его аристократическим носом. И нечего там смеяться!
Щеки и правда пылают. Надо хоть самой прочитать, а то мало ли чего я не знаю о своих тайных желаниях…
С другой стороны, вряд ли он сам читал. Наверняка просто дразнится! Он же мужчина, а они девчачьи книжки про любовь не жалуют.
Пфф!..
Прислонившись спиной к двери, я подышала немного, расслышала удаляющиеся шаги Тьена и голос Энни, отстраненно удивилась тому, как хорошо себя чувствую. Странно все, включая императорский брачный отказ. Я понятия не имею, что чувствую к Тьену. К герцогу Себастьену Керрингтону, не стоит упускать из виду столь важную деталь! Я не должна обниматься с ним и ждать поцелуев, вообще смотреть в его сторону не должна. Неважно, какие там у его семьи традиции. Будет лучше, если я приму приглашение Мэтью и перееду в столицу. Я ведь об этом мечтала, разве нет? Именно об этом. Проблема в том, что теперь я понятия не имею, что чувствую и к Мэтью тоже.
Взгляд упал на стену. Пустую стену. Ту самую стену, на которой должна была висеть рамка с вырезками, но сейчас ее не было!
Эмоции хлестнули жаркой волной.
Повинуясь им, я подбежала к стене, внимательно осмотрела пол рядом, потом стол, каждый ящик, шкаф, даже под кровать заглянула. И в свою сумку. Нигде не было ни рамки, ни вырезок. Ни единого листочка.
Слабость вновь начала накатывать, отчего руки и ноги противно затряслись.
Я высунулась в коридор и, с трудом справляясь с дыханием, позвала:
– Рэйхэм?
Дворецкий появился спустя минуту:
– Ты в порядке? Тебе пока лучше лежать.
– Здесь была рамка с газетными вырезками. На стене, – игнорируя его замечание, заговорила о своем. – Где она?
На строгом лице промелькнула растерянность.
– Понятия не имею, о чем ты. Я в глаза не видел никакой рамки.
– Э-э?
То есть как?!
– Уверена, что тебе не приснилось? – Вот только этих понимающих ноток не надо!
– То есть, когда ты приехал, газетных вырезок здесь уже не было? И Тьен не просил их убрать? – Ну а что мне еще было думать?
– Брина, ему не пятнадцать лет, – спокойно сообщил Рэйхэм. – Тебе, между прочим, тоже.
Решив, что разговор окончен, он развернулся и ушел по своим делам.
Я вернулась в комнату и еще раз оглядела пустую стену. Мистика какая-то.
Но я категорически отказываюсь верить, что вырезки испарились сами собой!
– Твой алтарь выкинул я, – прозвучал бесплотный голос.
– Что?!
– Что слышала.
Беннингтон, как его там, хранитель. Тваргова морда.
– Как ты мог?! – Я задохнулась от возмущения и кипящих внутри слез. – И ничего это был не алтарь. Это…
– Пылесборник и уродливое интерьерное решение. Если с человеческой точки зрения судить, – сообщил дух, бессовестно пользуясь тем, что из-за его бестелесности я ничего не могла ему сделать. – Но я древнее, магическое и, осмелюсь сказать, мудрое создание, поэтому так тебе скажу. Ненормально поклоняться мужчине из плоти и крови, как какому-то божеству. Мэтью Трэванс хороший маг и, может быть, даже не самый худший человек, но ты не должна превращаться в его жрицу. Благодарность – это не любовь. А ты уже выросла и достаточно обрела себя, чтобы перестать цепляться за придуманного героя. Уж поверь, я знаю, что говорю.
Остатки сил испарились. Мне бы до кровати дойти.
– Сгинь, – попросила почти вежливо.
Бенни тактично смылся. Не просто затих, я перестала чувствовать его присутствие.
До кровати доковыляла и рухнула лицом в подушку.
Сухо всхлипнула, но плакать не стала. Уж на это-то силы бы нашлись, но потребности я уже не ощущала. Жизнь опять взяла и совершила какой-то поворот. Понять бы еще, куда свернула.
Надо обо всем этом хорошенько подумать…

Застежка плаща не поддавалась, и я всерьез подумывала оставить его дома. Ведьмы от утреннего холодка не мрут! А истощенные ведьмы, без возможности согреть себя магией?
– Не ходи туда!
– Скажи еще, что это знак, – фыркнула я и с третьей попытки справилась-таки с застежкой.
– Не скажу. – Если бы у хранителя было тело, он бы сейчас насупился. – Но ты все равно не ходи. Что ты там забыла? Честь – забота мужчин. Женщина же должна быть кроткой и нежной и не мешать себя защищать. Посмотри хотя бы на обеих леди Керрингтон.
Шикарное предложение. Особенно в свете того, что накануне вечером леди Ноарис пила сильнейшие успокоительные и громко кричала на Тьена, а Энни закатила истерику с рыданиями, требуя, чтобы он разрешил ей прийти посмотреть. В победе брата она не сомневалась. Но он, конечно, не разрешил. Она не смирилась и решила удрать из дома и все равно прийти, да вот проспала.
Я же вчера не скандалила, у меня права такого не было, но внимательно слушала и запоминала. В мою пользу играло то, что ранние подъемы мне давались легко. Могущественная сила привычки.
– Иди к тваргу, Бенни, – дружески посоветовала духу и закрыла за собой дверь.
Дверь его, конечно, сдержать не могла.
– Беннингтон Кервир Мудрый! – патетично исправил хранитель.
– Тебя хоть кто-нибудь так называет?
– Нет.
– Ну вот.
Жаль, что меня не переселили на первый этаж, я бы имела возможность выбраться в окно. А так приходилось идти тихо-тихо, боясь привлечь ненужное внимание. Не дадут же сбежать спокойно! А я, между прочим, свободная ведьма! Куда хочу – туда и иду.
Фу, тварг, чуть с лестницы не навернулась!
– Что ж вы мне такие бестолковые достались?! – запричитал над ухом дух.
– Тише ты! – шикнула на него. – Рэйхэм услышит.
Иногда казалось, что он вездесущ.
С него сталось бы запереть меня в комнате, и плевать ему, кто здесь свободная ведьма.
– Не услышит, он секундант.
– Все равно не шуми. Ты же не хочешь, чтобы Энни проснулась и присоединилась ко мне?
Хранитель не хотел, а потому не просто затих, но и умчался проверять, как там спит его подопечная. Пусть он был шумный, еще не такой уж сильный и иногда надоедливый, но к обязанностям своим относился серьезно и домочадцев берег как мог.
Я же спокойно вышла за дверь. С наслаждением вдохнула бодрящий утренний воздух.
План был взять лошадь и верхом добраться до места, но от ворот меня окликнули:
– Брина!
Мэтью? И еще двое магов с ним. У одного, кстати, лицо знакомое.
– Так и знал, что застукаю тебя здесь примерно в это время, – хмыкнул ловец, пока я шла, да почти бежала к воротам.
– Мне уже разрешили вставать, – пропыхтела в свое оправдание. – И гулять.
Цветы с яблонь облетали, и ветер гонял лепестки в воздухе.
– Идем, провожу. – Ловец не был настроен на пикировки. – Ты сейчас беззащитна, не стоит ходить по лесу одной.
Об этом я не подумала.
Я не привыкла чувствовать себя слабой, потому что даже в худшие времена у меня всегда была моя магия, пусть я ее и не всегда принимала. А в последние дни мысли в голове были исключительно об одном маге, в котором благородства с избытком.
– Тебе-то туда зачем?
Вышла за калитку и не отказалась, когда Мэтью предложил опереться на его локоть.
– Я же здесь представитель закона.
Шли через лес. Как накануне вечером я узнала от Энни, у них неподалеку было традиционное место для дуэлей. Окруженное силовым барьером, чтобы никто лишний не пострадал. Потому что дуэли случались и магические тоже. Да и мало ли что могло пойти не так?
Идеальный момент, чтобы сказать, что принимаю предложение о работе и готова перебраться в столицу. Но я упустила его.
Думать получалось лишь о том, что этому Грифорту нет веры и мало ли что он выкинет…
– Слушай, я должен извиниться. – А вот Мэтью, похоже, явился не только затем, чтобы меня проводить. – Я не имел права толкать тебя на тот ритуал. Но иногда в попытке спасти всех я не учитываю кого-то одного. Говорят, это профессиональная проблема многих боевых магов.
Позади один из двух других магов хмыкнул. Видимо, хорошо понимал эту проблему.
– Брось, все хорошо закончилось, – отмахнулась я. – Мы оба живы. Этого достаточно.
– Нет, не достаточно. Я перед тобой в долгу.
Где этим магам благородство раздают? Хочу знать это место, чтобы обходить его стороной и как можно дальше.
Подходим. Это стало понятно по слышащимся за деревьями голосам. Несколько десятков шагов, и тропинка вынырнула из леса… к руинам замка. Не надо быть прорицательницей, чтобы догадаться, что раньше он принадлежал Керрингтонам.
– Трэванс, наконец, только тебя ждем. – Тьен наткнулся взглядом на меня и осекся. Мы еще не подошли достаточно, чтобы увидеть, но я чувствовала в его взгляде приближающуюся бурю. Знакомо. – Тварг, я, кажется, запретил тебе к ней приближаться!
– Ты не можешь мне ничего запретить, – с явным наслаждением заявил ловец и выплюнул: – Герцог.
– Проверим, – холодно бросил Керрингтон. – Раз уж мы так удачно оказались в нужном месте. Я согласен на оружие, если ты еще не можешь пользоваться даром в полную силу. Без проблем.
Серьезно? Он вызовет Мэтью на дуэль только лишь потому, что я с ним пришла?
Обожглась о полный ярости взгляд и с прискорбием поняла, что никто здесь не шутит.
– Эй, прекратите! – прозвучало как-то жалко. – Я сама пришла.
– Действительно, прекратите, – поддержал меня Рэйхэм. – Не хватало поубивать друг друга из-за девчонки.
– Иди к тваргу, – вежливо бросил противнику Мэтью.
Я прикинула, как все выглядит со стороны, и отошла от ловцов на несколько шагов.
Вот так. Я здесь не с кем-то, а сама по себе.
Тьена сопровождали Рэйхэм и доктор Эртон. Все трое выглядели внушительно и напоминали готовых к атаке коршунов. Грифорт оставил дома свой парик и тоже привел с собой друзей. Судя по блеску драгоценностей, состоятельных и влиятельных друзей. Вроде бы одну из этих смазливых физиономий я точно видела в газетах, видела часто, но тогда я только о Мэтью читала.
Тип со знакомым лицом что-то напоминал Грифорту про удары. Оба противника были магами, но оружием почему-то выбрали шпаги. Грифорт заявил, что так аристократичнее. Ага! Вспомнила! Парень из газет несколько лет назад выиграл титул первого клинка империи. Тогда понятно, почему он дает советы.
Не знаю, может, я предвзята, но ни чужой талант, ни умные рекомендации Грифорту не помогут. Интересно другое: неужели Тьен его правда убьет?
Сомнительно. Он добрый, благородный, и все прочие хорошие черты тоже про него.
Однако сам Грифорт Энни бы не пожалел. И обманул императора.
Может, взбесилась моя фантазия, но эту дуэль могли одобрить с настоятельной рекомендацией герцогу Керрингтону прикончить противника.
Тварг. Ненавижу за кого-то переживать. Почему нет заклинания от этого?
Тьен подошел ко мне, приподнял пальцем подбородок, вынудив смотреть ему в лицо.
– Пожелай мне удачи, – голос проник под кожу, заставил дрожать…
– Прикончи его, – прошептала совсем тихо.
– Моя кровожадная ведьма, – усмехнулся он, удаляясь.
Прошел сквозь защитные чары. И Грифорт тоже. Дуэль началась.
Хотелось смотреть и… зажмуриться, пропустить все страшное, открыть глаза и понять, что битва закончилась и победило добро. В том виде, в каком я его понимала, конечно. Но я выбрала смотреть. С первого движения поняла, что просто не будет. Честно – не будет.
Ведьминское чутье, если хотите.
Удары Тьена были стремительными, напористыми, ловкими. Он двигался потрясающе. Как хищник, вышедший на охоту. Нападал. Выжидал. Выслеживал. Ловил момент слабости противника – и нападал снова. У меня дыхание перехватывало от этого зрелища. Последние сомнения относительно намерений Тьена отпали.
Темной ведьме – темный герцог. Ну, хоть с небольшой крошечкой тьмы. Тварг, о чем я думаю?!
Грифорт неплохо справлялся. Чересчур неплохо для напомаженного слизня. Он ушел из-под трех ударов явно более сильного противника, один отбил и однажды даже решился перейти в нападение. Тьен удивленно вскинул брови и без проблем выкрутился.
Мэтью хмыкнул. Рэйхэм склонился к уху доктора Эртона, который был почти на голову ниже его, и что-то ему сказал.
А им всем что не так?! Стало не по себе.
Тьен что-то сказал Грифорту. Тот пакостно ухмыльнулся.
Тва-арг. Я вся похолодела, а заодно утыкалась раскаленными иглами.
Ведь чувствовала, чувствовала, чувствовала, что этот мерзавец будем мухлевать! Проверить, как именно, чары места мне не позволят. Вдвойне тварг. Жаль, что мы первые до этого не додумались. Впрочем, Тьен бы все равно не согласился.
На его красивом и как всегда небритом лице застыло решительное выражение.
И он ударил. Серьезно. Наверняка. Рассекая рубаху вместе с кожей, проливая кровь и… высвобождая магию.
Я всхлипнула от бессилия. Белесое заклинание распалось в воздухе. Похоже на что-то обучающее. Всего-то?
Расслабляться было рано. Мы все повелись. Тьен замахнулся, но помедлил. Остальные мужчины сбились в группу и что-то оживленно выясняли, время от времени бросая взгляды на дуэлянтов.
Чары места не реагировали, что лично меня злило больше всего. Грифорт же жульничал! Ну как так?!
Словно в насмешку над этими мыслями, его рана засветилась зеленью и полыхнула сияющей тьмой.
Подозреваю, это и была настоящая уловка, а не то, что мы все недавно видели.
Маги мрачно уставились на противников. Все шло ужасно, но защита по-прежнему не давала возможности вмешаться.
И вот тут все пошло не по плану не только у нас…
Тьен отшатнулся, прекрасно понимая, что выходка врага не сулит ему ничего хорошего. Его щит блокировала сила места. Я едва сдержала крик. Грифорт уже торжествующе улыбался. Но заклинание, которое он приволок в себе и которое активировалось его пролитой кровью, внезапно вернулось и ударило в него самого, разрывая на части.
То еще зрелище. Даже некоторые из мужчин отвернулись на миг.
В меня же будто вселилось что-то, и я, наплевав на опасность быть сожженной защитой, бросилась к Тьену.
Прошла. Даже не обожглась, просто почувствовала чуждую силу барьера.
И буквально влетела в объятия герцога, повисла на нем, вцепилась что было сил. В глазах темнело от мысли, что он мог погибнуть…

Глава 10

Около полудня, стоя перед большим зеркалом в комнате Энни, я пришла к выводу, что мне пора обновить гардероб. Совершенно не свойственное мне желание, но что уж имеем. Меня – как практикующую ведьму, между прочим, – пригласили присутствовать при разговоре в кабинете, а надеть было совершенно нечего. Платья служанки и легкомысленные наряды девушки на выданье, которые подарила леди Ноарис, тут совершенно не подходили.
А еще в воображении постоянно всплывал тот самый наряд из фантазий – свободный, струящийся, льнущий к телу и по-своему соблазнительный. По-настоящему ведьминский.
Тварг. Видимо, ведьмы слишком женщины, этого у нашей натуры не отнимешь.
– Могла бы и разбудить, между прочим. – Энн все еще немного дулась.
– Жаждешь видеть в кошмарах ошметки разодранной плоти? – меланхолично уточнила я.
Пожалуй, все-таки платье домоправительницы. Только сниму этот дурацкий воротничок.
Энни от одного моего описания сравнялась цветом лица с белоснежной салфеткой на туалетном столике:
– Н-нет.
– Тогда, считай, тебе повезло, что ты всего этого не видела. Я вот еще долго не смогу забыть. – И губы, пожалуй, поярче. Вот так. – Пойдешь со мной за покупками?
– Брина…
– Что?
– Я думала, ты этого никогда не скажешь. Конечно пойду!
Чудно. Потому что я в этом деле новичок и мне просто необходима моральная поддержка.
Уже нацелилась на кабинет, когда Энни вновь позвала меня:
– Брина…
– Да?
– Я все хотела спросить, – завладев моим вниманием, начала она, – что бы с тобой было, если бы тот демон утащил тебя за Завесу? Ты бы смогла вырваться и вернуться? Такое возможно?
Губы тронула печальная улыбка. Но я поспешила ее оттуда убрать.
– К счастью, у меня не такой богатый опыт путешествий во тьму. – Тварг, ну и пафос. – Скорее всего, хрупкое человеческое тело сгорело бы, не выдержав перехода. Второй вариант: меня бы там сожрали.
– Ох!
– Да, Энн, так обычно и бывает, когда напрашиваешься на страшилки, – фыркнула я и не удержалась от соблазна добавить еще одну: – Когда я жила у ведьмы, демон утащил так одну девушку.
– И что? – Она с любопытством подалась ко мне.
Глупышка. Сказки у меня обычно с плохим концом.
– Девушка не вернулась, если ты об этом. – Ее настроение оказалось заразительным, и я задумалась: а действительно – что? – Но и тот демон больше никогда не приходил.

Если отбросить все словесные пикировки и попытки показать, кто тут главный то со стороны магов, то со стороны герцога, получалось, что в кабинете обсуждали всего две темы.
Грифорт. Добавила бы «чтоб его разорвало!», но его и так уже разорвало. И даже после этого он не позволил себя забыть.
– Удалось узнать, где он раздобыл заклинания? – поинтересовался пожилой поверенный герцога, пригубив янтарный напиток из низкого стакана. – Не его ведь уровень. Явно не его.
– Одно из двух, – отозвался столичный маг со знакомым лицом, – либо дружки доставили из столицы, и тогда сыскать концы будет труднее, либо он сам добыл здесь.
– Опять ведьма? – позволила себе вставить слово я.
Среди них я все еще чувствовала себя немного скованно. Будто осмелилась занять место, которое мне не полагалось. Хотя… полагалось, вообще-то.
– А что наши друзья? – лениво поинтересовался Тьен, окидывая собравшихся властным взглядом. – Говорили с ними?
– Пока молчат, – поморщился один из ловцов и поерзал, явно чувствуя себя неудобно в обитом бархатом антикварном кресле.
Как я его понимаю… Но скорее умру, чем покажу это!
– Ничего, переночуют в камере, и спеси быстро поубавится. – Мэтью же, казалось, ощущал себя свободно в любом окружении и в любой обстановке. Или же делал вид, как я. – Утром поговорим с ними еще раз.
Хоть бы не ведьма. Как-то слишком много ее вдруг стало.
– Керрингтон, когда вы приглашали нас, дуэль еще не состоялась, следовательно, о подозрительной магии тогда не было известно. – Самым проницательным оказался, опять же, Мэтью. – Либо вы обладаете даром провидения, либо… зачем мы здесь?
Я не удержалась и пронзила Тьена взглядом.
Восхитительная самоуверенность!
– Получил информацию о ритуальной жертве.
Эффект последовал ожидаемый:
– И молчал?!
– В обход меня?
– Выкладывай уже!
Самым недовольным был Мэтью, но его как раз можно понять.
– Да, я воспользовался привилегиями, которые дает титул, чтобы ускорить процесс, – подтвердил Керрингтон, спокойно глядя ему в глаза. – Если не нравится, можешь уйти и дождаться, когда придет официальный ответ на запрос. Дня через три-четыре, полагаю.
– Рассказывай уже, – махнул рукой Мэтью.
Я тихонько выдохнула. Разнимать сцепившихся боевых магов вообще не улыбалось. Хорошо, что обошлось.
– Она жила под именем Алисия Линн Лерри. Скучно жила. Работала то в ателье, то в разных магазинах, в свободное время помогала в госпитале. Никаких поклонников, никаких подруг. Тихая и неприметная особа.
Даже страшно от того, как я ее понимаю.
– Где же она нарвалась на ведьму? – задумчиво вопросил один из ловцов.
– Этого нам, скорее всего, никто не расскажет, – устало пожал плечами Тьен. – Однажды она просто не вышла на работу. И объявилась уже здесь. Трупом.

Платье для похода на ярмарку мне добыла Сандра. Выспросила, что именно мне хочется, и утром заглянула в магазин. На работу, правда, немного опоздала, но она в первый раз себе это позволила. Я же, разглядывая в зеркале свое вдруг похорошевшее отражение, поняла, как хорошо иметь друзей.
Зря я себе так долго в этом отказывала. И еще жальче стало Линн… Она так и не успела понять.
– Брина, ты такая красотка! – Ворвалась ко мне Энни и все же сказала то, что с самого начала собиралась: – А Тьен сегодня просто невыносим! Такой вредный!
Ничего нового на самом деле. Странно, что она только сейчас заметила.
– Почему?
– Он не разрешил мне костюм и грим. Небезопа-а-асно и все такое… – передразнила брата она. – Половину веселья испортил!
– Ну, сейчас на самом деле небезопасно, – заметила осторожно.
– И ты туда же!
– Энн, это не последняя ярмарка в твоей жизни. Тем более мы туда все же идем.
В основном для того, чтобы попытаться выследить демона. Скопление народа, повышенная концентрация магии – велик шанс, что он появится. Чудо, что при всем этом Тьен не запер сестру дома. Она даже не осознает, как ей повезло.
Лично я предпочла бы оставить ее в защищенном поместье. И когда это я стала такой занудой?
Платье на самом деле было восхитительно. Темно-синее, струящееся и при движении соблазнительно льнущее к телу, выгодно подчеркивающее фигуру и в то же время оставляющее простор воображению. Никаких украшений, я ими еще не обзавелась. Только ободок в виде сплетения колючек. Очень по-ведьмински. И волосы сегодня лежали красивыми волнами.
К недовольству герцогини, Энни надела облегающие штаны и длинную белоснежную рубаху из хрустящей ткани и все это дело украсила широким ремнем с жемчужинами. Тьен поддержал.
Сам он, кажется, не особенно заботился о своем виде. Штаны, шелковая рубашка, несколько магических перстней. Просто, но дорого и со вкусом. Разве что гладко побрился, что с ним редко случалось.
– Сандра, ты идешь? – И еще раз приятно меня удивил.
– Может, я лучше…
– Не выдумывай, – отмахнулся герцог, заранее зная, что она сейчас скажет. – Мы с детства знакомы, в конце концов.
Сарафан с яркими цветами, вязаная кофта лимонного цвета, и волосы она распустила. Я прошлась ищущим взглядом по холлу, но других желающих присоединиться к нам не нашла.
– Тогда все было проще, – с сожалением вздохнула старшая горничная. – Мы вместе читали о приключениях и потом часами планировали, как сбежим и отправимся совершать подвиги. Уходили к реке и плавали, пока тело не начинало сводить от холода… а теперь у меня все сводит от мысли, что герцог когда-то видел меня голой.
– Еще и на руках носил. Помнишь, когда ты поранила ногу об острые камни? – Воспоминания внутренним солнцем озарили лицо Тьена. – И поклонников твоих бил, когда они становились слишком навязчивыми.
– Некоторые до сих пор такие, – рассмеялась она.
Не понимая, о ком она говорит, я чувствовала себя новым кусочком пазла. Не то чтобы лишним, но еще предстояло разобраться, куда именно он подходит, где его место.
– У нас не было отношений, – зачем-то серьезно заметил Тьен, перехватив мой взгляд. – Никогда.
Пожала плечами. Какое мне дело?
– Еще бы! – расхохоталась Сандра. – Его первой любовью была Марго Гервуд, на двенадцать лет старше его. И в ее первую брачную ночь он пролез к ней в спальню.
– Требовать право первой ночи? – уточнила Энни.
Брат бы непременно заинтересовался, откуда у его шестнадцатилетней сестры такие познания, но сейчас был слишком занят тем, что… немного смущался, да.
– Нет, конечно. – С подтекстом «Как вы могли такое подумать?!». – Мне было четырнадцать, и казалось жизненно важным узнать, чем ее муж лучше меня. Но я попался раньше, чем они закончили есть и перебирать подарки. Мама была в ярости.
Смеясь и подтрунивая над Тьеном, который все-таки покраснел, мы покинули поместье и двинулись в сторону Келберна. Планировали взять открытую коляску, но как-то забыли об этом. Тут идти-то всего ничего и виды красивые. А еще мне нравилось, что Тьен с сестрой полностью лишены аристократического снобизма. По крайней мере, когда рядом нет других аристократов, перед которыми надо держать лицо.
По дороге к нам присоединилась развеселая компания хохочущих девушек. Кажется, они работали в поместье, но без формы и с распущенными волосами трудно узнать. Во всяком случае, на них были мои амулеты. Потом еще одна компания. Там были и парни тоже, и Тьен разговорился с одним, расспрашивая про дела какой-то деревни.
Герцога здесь знают и любят.
Я подавила вздох и заставила себя отвести взгляд.
Взгляду надо было куда-то деваться, и он буквально уперся в указатель. Тот самый, с феем. Я его видела, когда только приехала.
– А расскажите мне про фей. Почему их здесь столько? – спросила подруг и, в ответ на их недоуменные взгляды, напомнила: – Эй, я не местная, забыли?!
Энни с Сандрой переглянулись. Глаза обеих вспыхнули предвкушением.
– О, это очень грустная история…
– Скорее, легенда.
– Я вся внимание, – заверила этих любительниц таинственности. – А то, знаете ли, чуть не заподозрила себя в навязчивых видениях, когда заметила одну из этих пигалиц под крышей храма. Неужели богине не тесно?
Не слишком вежливое высказывание проигнорировали. К моему облегчению. Вот никогда не умею прикусить язык вовремя!
– Это не совсем феи, – начала Энни.
– Фейхи, – добавила Сандра.
Но первая поторопилась вновь перехватить нить рассказа:
– Они из другого мира, но не как демоны. Коварные, но добрые. Когда-то очень давно они жили здесь, но потом ушли и закрыли ход в свое измерение. Навсегда. – Начало истории отдавало сказкой. – Но здесь остались полукровки, силы которых с каждым годом таяли. Они чувствовали себя брошенными и с большим трудом вписывались в обычную жизнь. Не фейхи, но и не совсем люди.
Как я их понимаю!
Кхм.
– И вот одна из них захотела открыть переход между мирами, – продолжала Энни, понизив голос для пущей выразительности. Потому что щебечущий лес совершенно не располагал к страшным историям. – Она взывала к ушедшим прародителям заклинаниями, приносила кровавые жертвы, ломала Завесу черными чарами. Но шли годы, а ничего так и не сработало. Фейхи ушли навсегда и возвращаться не собирались. Но они не бросили своих более слабых сородичей, наблюдали за ними. И не могли оставить без ответа такое упорство.
– Моя любимая часть истории. – Сандра мечтательно вдохнула ароматы поздней весны.
Я же внутренне подобралась.
– Они дали полукровке знак, что готовы принять ее в свой мир, полный магии и могущества, но она должна доказать, что достойна. Отдать в жертву того, кого любит. Она не любила никого, кроме себя, и не могла бы выполнить это условие, но она решила схитрить, – продолжала Энни. А я заметила феечку и на первом доме в городе. И сбоку от дороги. Надо просто присматриваться, тогда их становится больше. – И задумала убить любимую колдуна с фейхскими корнями. Колдун был темный, злобный и жадный, но так уж вышло, что из них всех он один был способен горячо любить.
Темные такие, ага. Прямо гордость за нас взяла, хотя никаких фейхов в прародителях у меня, конечно, нет.
– Она втянула его в свои интриги, посулив выгоду, а сама только и ждала момента, чтобы подобраться к его невесте с ритуальным ножом. – История тем временем близилась к завершению. И вовремя, мы уже почти пришли. – Дождалась и нанесла удар. Но колдун еще раньше наложил на любимую заклятие, благодаря которому смертельный удар, нанесенный ей, убьет его, а не ее.
– Жаль, в реальности такой любви не бывает, – вздохнула одна из девушек, идущих рядом с Сандрой.
– Умирая, он выпустил всю свою черную силу, – Энни чуть повысила голос, раздраженная тем, что ее все время перебивают, – и проклял полукровок, обратив их в камни. А сам развеялся пеплом. Спасенная девушка всю жизнь прожила в этих местах, оплакивая своего любимого злодея.
Показалось, что на личике феи, усевшейся на фонарном столбе, промелькнуло скорбное выражение.
Я больно ударилась ногой о камень и чуть не упала. Поймал, конечно, Тьен.
– Брина, ты в порядке? – забеспокоились подруги.
– Просто не очень люблю страшные истории.
Совсем не люблю. Аж дышать трудно. И по коже мороз.
– Да не слушай ты эти бабкины сказки. – Тьен обнял меня за плечи, притягивая к себе. – Феями украсили город по приказу первого герцога, когда на его свадьбу должен был прибыть сам император. Потом сочли украшение достаточно самобытным и решили оставить. Вот и вся магия.
– Вы как хотите, но лично мне больше нравится сказочный вариант, – насупилась Энни.
Впереди уже галдела ярмарка. Меня понемногу отпускало. Больше никаких страшилок! Пусть я и злобная темная.
Тьен попытался зарыться носом мне в волосы – и охнул, отпрянув:
– У тебя там колючки?
Угу. За ночь выросли.
– Защищаюсь от поползновений бесчестных мужчин, – заявила невинно.
– От бесчестных мужчин я тебя сам защищу, – пообещал герцог.
Как мои слова, так и его звучали слегка двусмысленно. Девчонки восторженно взирали на нас.
У входа на ярмарку, занявшую всю центральную площадь и три прилегающие улицы, были установлены кривые ворота и надлежало оплатить вход. Пока Тьен занимался этим, я с любопытством оглядывалась по сторонам. Подумаешь, провинциальные гулянья… Торговых рядов я не видела, что ли? Или помоста с бродячими артистами? Тем не менее было захватывающе.
– Госпожа ведьма! – Какой-то мужик вцепился в мой рукав, но когда я взглянула на него, тут же отдернул руку и виновато заулыбался. – Когда бы можно к вам прийти по делам магическим?
– Завтра после обеда, – ответила, удивленно осознавая, что «госпожа ведьма» – это теперь я.
Что ж, давно пора было попробовать что-то новое.
Мужик просиял и скрылся в толпе. Нас наконец впустили.
Толчея была жуткая, и все же ощущалось некое волшебство момента. Шарлатанки, не скрывая, кем, собственно, являются, продавали свои обереги и гадания. Ряженые зазывали, веселили, пугали и прямо на моих глазах срезали пару кошельков. Да пожалуйста, предложу потом услугу по их заговариванию! У прилавка с копченой рыбой уже несколько человек рухнули без чувств от стоящего там запаха. Неподалеку жарилось мясо, готовились какие-то десерты, играл оркестр и как раз возводили шатер для поцелуев.
Что-то в этом определенно было. Мне уже нравилось. Девчонки разлетелись, словно бабочки, даже Сандра куда-то подевалась. С нами осталась только Энни.
И Мэтью помахал, пробираясь сквозь толпу:
– Думаете, демон проявится?
– Лорд Ответственность. – Я изобразила поклон. – Мы тоже счастливы вас видеть.
– Если не появится, – чуть серьезнее отозвался Тьен, – я рассчитываю приятно провести несколько часов.
Бенни был полностью прав: Мэтью не самый худший из магов. Даже не в первой сотне. Но он, кажется, вообще не знает, что такое отдых.
Впрочем, что он сам думает о нашем настроении, мы так и не узнали, потому что Энни протянула ему руку:
– Потанцуйте со мной, господин Трэванс.
– Совершенно не умею танцевать эти деревенские танцы. – Кажется, он смутился… и отступил на шаг, как если бы маленькая девичья ручка могла взять его в плен.
– Я научу, это просто! – Энни и взяла, и уже тащила его поближе к оркестру. – Тьен, можно?
– Конечно, только не надоедай ему слишком.
– Пфф!
– Я присмотрю за ней.
Мы с Тьеном проводили их взглядом и повернулись друг к другу.
– Случись что, я узнаю. На ней мой маячок, – решила продемонстрировать герцогу, что хорошо выполняю свою работу.
– И моя следилка, – усмехнулся он. – И «спящий поиск» Рэйхэма, а он в этом лучший.
Отношение к ситуации у нас в который раз совпало. Это вызвало обоюдные смешки.
Глазея по сторонам, я далеко не сразу заметила, что Тьен куда-то нас ведет. Бурлящая и веселящаяся толпа условно делилась на обычных посетителей ярмарки, нарядных и довольных, и на людей в маскарадных костюмах. Их лица полностью покрывала краска – серебряная, синяя, изумрудно-зеленая, волосы скрывали старомодные парики, а наряды отличались особой помпезностью. И вели они себя чуть более вызывающе, чем другие. К примеру, серебряная женщина только что прямо на моих глазах поцеловала усатого мужчину. Да что там на моих глазах, на глазах у его жены!
– Местное дурашество, – пояснил Тьен. – Сдобренное легендой, конечно же. Проведешь весеннюю ярмарку в таком вот виде – и будет у тебя счастливый год.
Так вот чего хотела Энни. А он запретил.
– Куда мы идем? – опомнилась я.
– Хочу, чтобы ты попробовала один местный десерт, – прозвучало как-то даже угрожающе.
Впрочем, я была заинтригована. И уже немного голодна.
Огромный кусок истекающего медовым сиропом теста вид имел странный, и это должно было меня насторожить, но Тьен всегда вел себя лапочкой, и я расслабилась. Как раз заметила тетку, торгующую аромалампами, и задумала подойти к ней потом. Еще надо купить трав, заготовки для амулетов… и под ведьминский гримуар, пожалуй. Пришло время им обзавестись.
– Держи. – Пока я размышляла, Тьен добыл для меня кусок лакомства на салфетке со специальной палочкой.
– А тебе?
– Ну ты же со мной поделишься?
Наивная-наивная ведьма. Отковырнула первый небольшой кусочек и отправила его в рот.
Тварг… Тва-арг! Гадость какая! Приторное, липкое, склизкое. О-о. Фу. Да я до конца жизни теперь есть не буду!
– Мерзость, скажи? – пытливо заглянул мне в лицо Тьен.
– Ты издеваешься?! – Я наконец смогла говорить.
– Нет.
– Зачем ты меня этим накормил?!
И куда более интересный вопрос: что теперь с оставшимся куском делать?
– Должен же я был проверить свои вкусовые рецепторы. А то мама все детство уверяла, что это вкусно. Традиционное келбернское лакомство, чтоб его. – Со мной щедро поделились еще одной частью местной жизни. – К тому же мне было интересно проверить, совпадут ли наши впечатления.
Зла на него не хватает. В мыслях я уже приложила его по голове своим будущим гримуаром. Мальчишка! А еще герцог…
– Все, идем отсюда. – Меня настойчиво потянули в сторону.
– Никуда я с тобой больше не пойду!
– Брина!
– Ни за что.
– Покажу тебе нечто красивое. Без шуток.
С него станется взвалить меня на плечо и отнести куда надо. Но пока до этого не дошло, я решила возглавить безумие. Немножко отомстить. По-ведьмински, то есть коварно.
– Пить хочу.
Не успел Тьен даже повернуться в сторону воды, как один из торговцев уже протянул мне стакан.
– Денег не надо. Наслаждайтесь праздником, госпожа ведьма.
– Благодарю.
Жажда и благодарность совершенно не помешали мне проверить воду на предмет магии и прочих лишних ингредиентов.
Порядок. Чудно.
– Еще извинений, – потребовала у Тьенга, – и съешь этот мерзкий десерт.
– Да ты издеваешься! – возмутился он.
– Нет? – Я невинно взмахнула ресницами. – Значит, не так уж я тебе нравлюсь.
Собралась уйти, взмахнув юбками, прямо как в мечтах, но он перехватил за запястье.
– Нет, стой. – И затолкал в рот весь кусок разом. Ни один мускул на лице не дрогнул. Прожевал. Проглотил. И направил нас куда-то в сторону. – Убедилась?
Я успела схватить еще один стакан с освежающим чаем.
Угощали ведьму, герцога тоже угостят.
– Держи.
– Ты просто идеальная женщина! – восхитился Тьен.
– Я еще не успела забыть, каково оно на вкус.
Ярмарка постепенно осталась позади. Мы свернули, еще раз свернули и оказались на тихой улочке, затерянной в самом центре Келберна. Повеяло таким покоем. И пахло тут приятно. А еще в воздухе летали лепестки и несколько уже успели запутаться в моих волосах. Замучаюсь потом выбирать!
– Куда мы идем?
– Пришли. – Мы остановились прямо под двумя старыми вишнями, которые намертво сплелись ветвями, а еще цвели розовым цветом. Залюбуешься. – Эти деревья посадили первый герцог Керрингтон с женой. Символ любви и все такое.
Мы стояли прямо в природной вишневой арке. Словно дождем нас осыпало лепестками. И руки Тьена чуть крепче положенного сжались вокруг меня. Так… когда он успел меня обнять?..
– И что, – недоверчиво нахмурилась, – если поцеловаться тут, будет любовь на всю жизнь?
– Легенда об этом умалчивает, – его глаза заблестели хитринкой, – но мы можем попробовать. В крайнем случае, создадим свою легенду.
Подмигнул. А у меня сердце счастливо рухнуло в пятки.
Его губы еще хранили сладость треклятого десерта, но это было ничего. Настолько, что я вцепилась в своего герцога, когда мир вокруг перестал существовать. Всего на мгновение. Волшебное мгновение. А потом…
Разряд магии прошел по телу, заставляя выгнуться.
Расслабленность с Тьена будто сдуло, и он с беспокойством всмотрелся в меня.
– Брина?
Зря я подумала про гримуар. Совершенно не вовремя.
– Демон…
– Он здесь?
– Понятия не имею. – Я взяла себя в руки и заодно восстановила контроль над голосом. – Но я знаю, как его выманить. Дар мне только что подсказал.
Мы поменялись ролями, и теперь уже я тащила Тьена за собой. Обратно на ярмарку. Надо сказать Мэтью и другим ловцам, а Энни отправить домой.
– Объясни нормально! – потребовал Тьен.
Справедливое требование.
Чуть замедлила шаг, поражаясь тому, что даже не запыхалась, и заговорила:
– Сегодня я почувствовала, что готова создать свой собственный гримуар. Надо только купить книгу. Тьен, ты даже не представляешь, что это значит для ведьмы!..
– Потерпи пару дней, я закажу для тебя книгу из лучшей мастерской в Аднерде. – О, он представлял!
Связных слов не осталось. Я издала совершенно счастливый писк. Тварг, что со мной творится в последнее время…
– Так что там с демоном? – вернул меня к насущным проблемам герцог.
– Нужно сильное место поблизости. Я могу сварить зелье и прочитать над ним певучее заклинание. Испарения распространятся, и демон придет. Не сможет не прийти. Не переживай, для всех остальных это совершенно безопасно.
– А для тебя? – Беспокойство в пытливом взгляде принесло даже больше удовольствия, чем обещание подарить дорогущую книгу.
– Ну, это не такая уж темная магия. Я же его не из-за Завесы призываю.
Мгновение Тьен еще всматривался в меня, а потом… будто нашел где-то там ответ.
– Ладно. Идем.
Теперь уже он вел. Сжимал мою руку в своей, даря ощущение странной безопасности. Влипла ты, ведьма. И уже никакую часть себя из этого не вытащишь. Да и не хочется, если честно.
Мэтью уже не танцевал с Энни, но по-прежнему держался рядом. Там же стояли Холли с матерью и Анелия с двумя местными женщинами. Подходящее окружение для приличной девушки. Правда, леди Райсон облюбовала холостого столичного мага в качестве возможного жениха для дочки, что совершенно не вдохновляло ни его, ни предполагаемую невесту.
Наше появление вызвало вздохи облегчения у обоих.
– Где вас носит? – набросился на нас ловец. – Нашли тоже время личную жизнь устраивать!
Я нервным движением потерла шею. Казалось, она полыхает.
– Пошли, надо поработать, – кивнул ему Тьен.
– Да неужели?!
– Но сначала отведем Энни домой.
– Что?! – немедленно взвилась та. – Да мы же только пришли!
Несчастные взгляды на брата в этот раз не подействовали.
Он как раз собирался напомнить, что у нее впереди еще много таких ярмарок, но влезла Холли:
– Пожалуйста, оставь Энни с нами. Она и переночевать может у нас. Устроим девичник.
– Не… – Ее мать попыталась что-то сказать, но тут же громко закашлялась. До слез в глазах.
– Я присмотрю за Энн. – Анелия положила руку на плечо нашей подопечной. – И отвезу ее домой, если вы к вечеру не закончите с делами и не вернетесь. Обещаю быть строгой нянькой!
Выразительно скорбная рожица была скорчена уже в сторону Анелии. Та весело подмигнула девушке.
А Тьен посмотрел на меня. Серьезно?
Я уверенно кивнула. Чувство, что Анелии можно доверять, только крепло, и никакие ведьминские чары тут ни при чем. Без сомнений.
– Ладно, – сдался Тьен. – Думаю, это приемлемый вариант.
Ведьма улыбнулась нам, а потом не выдержала и повернулась к Холли:
– Не стой, принеси матери чего-нибудь попить!
Та ринулась исполнять совет, выданный командным тоном, но… мне же померещилась злость, на мгновение исказившая лицо девушки?
Думать об этом времени не было.
Мы с Мэтью и Тьеном уже шли в сторону от торговых рядов и веселья.
– А с Холли ты не дружил? – вырвался у меня вопрос.
– Она была занудной и вечно ябедничала.
– Но подходила тебе по происхождению.
– Как видишь, у меня уже тогда были с этим проблемы. – Тьен поднес к губам мою руку и невесомо поцеловал пальчики.
Кожа так и вспыхнула. Даже уши. И показалось, что ткань платья превратилась в пламя. Не при Мэтью же! Не знаю почему, но при нем мне было неловко.
– Вы ночуете под одной крышей, – не выдержал столичный маг. – Неужели недостаточно времени нацеловаться?!
Пока я мечтала провалиться сквозь землю, Тьен беззлобно фыркнул:
– Не завидуй.
– Я не завидую, я о репутации девушки пекусь, раз уж когда-то ее спас, – колкость была возвращена мастерски. – Сначала сделай ее герцогиней, а потом целуй где хочешь и куда хочешь.
Покусай их обоих тварг!
Но потусторонние силы в дела житейские никогда не вмешивались, а красные пятна стыда на лице мне категорически не шли, поэтому пришлось брать дело в свои руки.
– Что там? – я указала на маленькое окошко под крышей одного из зданий.
– Общественная библиотека Келберна. – Тьен свои владения знал. – Вряд ли они как-то используют чердак.
– Отлично, – воодушевилась я. – Он нам подходит!
– Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? – напомнил о своем существовании Мэтью.
Рассказывать предоставили мне, раз уж я все это затеяла. И первые мгновения я честно этим наслаждалась. Статусом практикующей ведьмы, который принимали боевые маги. Да еще такого уровня! Возможностью не стыдиться своего темного дара. С чего мне вообще когда-то пришло в голову его стыдиться? Тем, что именно я все придумала. Потом, правда, мне пришлось буквально перекрикивать артиста с ярмарки, который залез на огромную бочку и что-то там декламировал, так что удовольствия стало заметно меньше.
Ну ничего, завтра ко мне люди из города придут. Успею еще проникнуться ведьминскими моментами.
– Согласен, – сухо бросил Мэтью.
За что он получил от Тьена яростный взгляд, лично я не поняла.
Дальше было приключение – купить на ярмарке все необходимое для моего колдовства. Небольшого размера котел со сколотым краем. За водой из ручья отправили одного из ловцов. Травы. Засушенные заячьи лапки. Пока я их покупала, было отчетливо заметно, как Тьен борется с отвращением. Ну… он должен знать, с кем связывается. А уж как относиться к темной части моей деятельности, решать ему.
Библиотека в день ярмарки оказалась закрыта, но на чердак можно было попасть через отдельный вход. Мы прошли небольшой холл, книжные мастерские, в которых теперь хранилось какое-то барахло, и по выщербленной каменной лестнице поднялись на чердак. Пришли раньше, чем принесли воду.
Мэтью все еще отдавал приказы своим людям и местным стражам порядка.
Бытовые заклинания мы с Тьеном произнесли одновременно. И сразу же обменялись понимающими хмыками. От сердца отлегло. Все же мы… будто плывем в одну сторону, это должно что-то значить.
Я бросила ингредиенты на чистую полку и потянулась. Предстоит серьезная работа.
– Не хочу, чтобы ты этим занималась. – Уверена, Тьен не сразу осознал, что сказал это вслух.
– Это часть меня, – сказала и ощутила приятную дрожь. Как же долго я была не собой! Такой глупой. – Вот ты стал герцогом, и что, готов отказаться от магии? Да ты даже на светские правила плюешь!
Жадный взгляд заставил тело под платьем напрячься. Ох.
– Правила тебя одобряют, – заявил герцог, оставшись довольным результатами осмотра и моей реакцией. – Ты красива, умна, талантлива, а дети от тебя усилят магию в крови рода Керрингтон.
Император все это тоже знал, что не помешало ему отказать в разрешении на брак!
Почему вообще мы это обсуждаем? Я пока не планирую выходить замуж, тем более замуж за герцога!
Собиралась его щелкнуть по носу едкой фразой – а то ишь, уже детей от меня воображает! – но тут кое-что пошло не совсем по плану.
Сначала мои руки. Чтобы их чем-то занять, я подожгла пучок полыни, а и он не загорелся. Еще раз. Третий. С тем же результатом.
Тва-арг. Волоски по всему телу приподнялись от ужаса.
– Тьен, демон…
Ответом была тишина.
События понеслись с молниеносной скоростью.
Выронив бесполезный пучок полыни, я вскинула взгляд. На чердак как раз входил обычный с виду мужчина: дорогой, но немного поношенный костюм, волосы медового цвета собраны сзади в хвост, а глаза стремительно становятся звериными, и под кожей явственно проступают черные жилы.
Меня начало мутить. Но никакого характерного запаха. Мы с самого начала были не правы!
Одного взгляда хватило Тьену, чтобы оценить ситуацию, но, вместо того чтобы сразу бить, он потратил драгоценное мгновение, прикрывая тройным щитом меня. Демон подобными сантиментами не отличался и напал сразу.
Черная вспышка шипами вонзилась магу в плечо. Я закричала.
Следующие атаки произошли одновременно: демон разнес котел и подчистую спалил ингредиенты, а Тьен засветил ему чем-то зеленым в лицо. Вполне человеческая голова мотнулась, и из носа пошла черная кровь.
От следующего заклинания Тьен уклонился, хоть боль и замедляла движения, и не уверена, что он мог двигать левой рукой.
– Ведьма… умрет, – голос жителя иного измерения скорее напоминал металлический лязг.
Однако же мне достался лишь полный ненависти и отвращения взгляд.
– Но сначала умрешь ты, – хмыкнул Мэтью, появляясь на чердаке.
И швырнул в демона вовсе даже не магией, а шестиконечной звездой черненого серебра. На первый взгляд без всяких украшений, но в полете вспыхнули рубины – на каждом луче и один в центре. Демон застыл, будто его заморозило, позволяя оружию боевого мага вонзиться в его плоть, вспыхнул алым пламенем и осыпался пеплом.
Вот теперь чердак заполнился едким запахом, от которого жгло глаза.
– Долг жизни, – серьезно кивнул столичный ловец герцогу.
Несколькими днями раньше Тьен спас его от этого же демона, но тогда в опасности была еще и я, и демону позволили уйти. Сегодня обстоятельства сложились иначе.
– Я бы и сам справился, если бы не сдал оружие, – сквозь зубы процедил Тьен. От боли, а не от неприязни.
Щиты развеялись.
Брезгливо стараясь не наступить на пепел – все, что осталось от уничтоженного демона, – я бросилась к Тьену.
– Вы больше не на службе, ваша светлость, – напомнил ловец без ярко выраженного превосходства. – Советую привыкнуть к этому быстрее.
– Ты в порядке? – вклинилась в их обмен любезностями я со своим беспокойством.
Глупый вопрос. Рукав весь в крови и черной магии демона. Отравляющей магии.
– Жить буду, – заверил Тьен и зачем-то здоровой рукой тронул мои волосы. – Честно.
– Ладно. – Я жестом предложила ему опереться на меня и не отпустила, когда он упрямо попытался отодвинуться. – Идем, надо отвести тебя к доктору Эртону.
– Необязательно.
Тварг, ну какой же упрямец!
Справедливости ради, надо сказать, что татуировки стеклись к ране и засветились. И я даже допускала, что они могут справиться с ядом демона, но хотела услышать подтверждение от того, кто в этом точно разбирается.
– Идем. Хотя бы ради моего спокойствия!
– Все женщины такие наседки?
– Катись к тваргу!.. Нет, стой, держись за меня.
Надеюсь, в глубине души он был благодарен за поддержку, потому что его шатало.
Мэтью помогать не пытался. Не то из солидарности с Тьеном, не то не хотел, чтобы его послали. Вместо участия в нашей возне, он окинул чердак цепким взглядом, потом перевел этот же взгляд на меня:
– Брина, ты встречалась раньше с этим демоном?
– Э-э… Н-нет. Наверное.
– Наверное?
– Он не знал моего имени. Если бы знал, попытался бы использовать.
По коже мороз продрал от осознания, какая перспектива меня миновала. Все же подобным вещам мне еще учиться и учиться. В том числе и просчитывать варианты.
На лестнице Тьен уже не отказывался от помощи, даже Мэтью к себе подпустил.
– Однако демон хотел тебя убить, – зацепился за странность ловец. – Эх, жаль, не было возможности его допросить…
– Потому что я собиралась его поймать, и это бы сработало, если бы кто-то его не предупредил, – с досадой бросила я. – Кстати, на нем не было нити призыва. И подчинения тоже не было. Понимаете?
Лестница закончилась. Фух.
– И что бы это значило? – Мэтью не понимал, и это его злило.
– Ведьма открыла Завесу, и демон пришел, – пояснила я. – Мы не знаем точно, когда это случилось. Ритуал, последствия которого мы видели, был направлен на что-то другое. А ведьма с демоном просто договорились и…
– Возможно, она с ним спала, – договорил за меня самое неприятное Тьен. – Ну не делай такое лицо, у каждого свои предпочтения.
Мэтью что-то ответил, а я тихо порадовалась, что, занятые перепалкой, они не смотрят на меня. Согнала с собственного лица даже намек на какое-либо выражение.
Если наши с Тьеном предположения верны, то эта ведьма – отвратительная психопатка. Я старалась забыть некоторые моменты прошлого, но боль, кровь, тухлую вонь и все вот это изгнать из памяти было не так просто. Поэтому Таллара Бранберн-Адре была психопаткой еще хуже.
Тварг. Я вспомнила ее имя.
– Брина.
Голос Тьена и пальцы, пробежавшие по щеке, заставили меня вздрогнуть.
– А?
– Идем. Обещаю сдаться доктору. И сделать вообще все, что ты захочешь.
Покладистый такой. Не поняла бы, если бы наши взгляды на миг не столкнулись…
Ох, тварг… Тьен догадался.
Сон прервала беспардонная попытка наглых рук залезть ко мне под одеяло или, вернее, захватить меня вместе с одеялом.
– Тьен, ты ополоумел? – вопросила, отодвигаясь подальше от поползновений.
Ему руку напрягать нельзя, а он!..
Спросонья выражение лица «ледяное недоумение и чуть изогнутая бровь» совершенно не давалось.
– Прости, не хотел тебя будить. – Почему он шептал, когда я уже  проснулась, осталось загадкой, подозреваю, для нас обоих.
– Планировал умыкнуть по-тихому? – Язвительный тон тоже не давался.
– Да.
– Куда же, позволь узнать? – Вновь пришлось проявлять чудеса реакции, уворачиваясь от поползновений меня сцапать. – Тьен!
– Уже двадцать девять лет как Тьен. – Он заразительно улыбнулся.
Получается, он примерно на пять лет меня старше.
– Тебе нельзя таскать тяжести!
– Ты легкая.
Вот же зар-р-раза обаятельная. Однажды он разбудит в ведьме ведьму!
– Приятно слышать, но с твоим ранением взрослая ведьма в любом случае относится к «тяжестям» и к «нельзя». – И пока он не начал демонстрировать, что его больная рука прекрасно себя чувствует, поспешно встала. – Я сама пойду. Показывай, что задумал.
– Брина, иногда я просто ненавижу твое благоразумие, – простонал мужчина.
– А я ненавижу падать, – не осталась в долгу. – Лечить тоже ненавижу. А валяться с истощением вообще терпеть не могу.
Присмиревший герцог пошел вперед, показывая дорогу. Я завернулась в одеяло и последовала за ним. Уже вышла из комнаты, когда поняла, что забыла сунуть ноги в домашние туфли, но возвращаться за ними не стала.
Тонущий в полумраке путь привел нас к горящему камину на первом этаже. Перед ним лежала мохнатая шкура неведомого зверя, поверх было постелено лоскутное одеяло, три подушки для удобства и поднос с пряным вином и сыром.
Видимо, я проснулась достаточно, чтобы к лицу вернулась способность отражать недоумение.
– Проведем эту ночь вместе? – Меня, наверное, вообще перекосило, потому что Тьен срочно исправился: – Мне понравилось спать с тобой. Но, подозреваю, ночевать в моей комнате ты откажешься.
Я прикинула и… устроилась на мягком лежбище. Просто возвращаться наверх было лень.
– Ну и хитрый же ты, твоя светлость!
– Я ухаживаю. – Тьен уселся рядом и притянул меня к себе. Скользнул губами по скуле. М-м-м. – Ты забрала мое сердце, Брина.
Напряжения рядом с ним совершенно не ощущалось. Прикрыв глаза, я чуть повернула голову и с наслаждением вдохнула полюбившийся аромат.
Правда в том, что мне тоже понравилось спать с ним…

Глава 11

Пробуждение нас ждало то еще.
В первый раз я проснулась, когда рассвет только-только собирался наступить, удивленно моргнула, вспомнила, где нахожусь, и приподнялась на локте. Темнота уже не была такой густой и позволяла различить безмятежное лицо Тьена. Он ровно дышал и выглядел совершенно счастливым.
Мои собственные губы дрогнули в улыбке.
Пальцы сделали то, чего давно хотелось, и потянулись к татуировкам. Да, вчера он снял рубашку, оставшись в одних штанах. Хорошо, что на мне была приличная сорочка. Или не хорошо… Особе, за которой ухаживают, полагается не приличная сорочка, а хоть сколько-нибудь соблазнительная.
Знаки под пальцами застыли. Ожидала, что меня обожжет или они расползутся по всему телу мага, но ничего подобного. Кожа в местах, где были нанесены черные линии, ощущалась прохладной, как будто касаешься металла. Необычно. Особенно на контрасте с теплыми, почти горячими участками рядом.
У меня вырвался прерывистый вздох.
Сосредоточенно закусив кончик языка, я медленно обводила черные линии. Где-то совсем тонкие, в других местах они были нанесены широкими мазками; сплетались и разбегались, подрагивали под моими прикосновениями, покалывали холодком. Так и не поймешь, у Тьена три татуировки или пять.
Взгляд уже не пытается их проследить, он больше сосредоточен на широкой груди и заметно очерченных мышцах лежащего передо мной мужчины.
Ох, что я творю… Лучше бы мне остановиться. Во всех смыслах.
Одернуть себя вроде бы получилось, но внимание зацепилось за красноватый участок кожи на плече герцога. Ага! Татуировки ведь перемещаются по его телу. Значит…
– Брина… – пробормотал Тьен во сне и попытался притянуть меня обратно в свои объятия, но у меня были другие планы.
– Тьен! – затормошила его. – Проснись!
Надо заметить, приятно, что он даже во сне произносит мое имя.
Однако же спать с ведьмой – это не всегда спать спокойно. Пусть знает.
– Мм… Что? – Он сонно моргнул.
– Когда ты был в столице, тебе нанесли еще одну татуировку?
У боевых магов сродни инстинкту быстро просыпаться. Тьен только раз моргнул, а его взгляд уже стал осмысленным.
– Верность императору, – пояснил он. – Учитывая историю моей семьи, ее всем герцогам Керрингтонам наносят. Брина, все хорошо. Она всего лишь не позволит мне претендовать на трон, но я на него и так не претендую.
Меня обняли и снова уложили на широкую грудь.
– Спи.
Вздохнула и прижалась к нему теснее. Глупо, но мне было за него немного страшно. И сердце часто стучало. Удивительно, как при этом я умудрилась быстро уснуть.
…И вот часа через четыре у нас случилось «то еще пробуждение».
Шаги. Кто-то уронил на кухне что-то тяжелое. Сандра на кого-то шикнула. Тишина вроде, но…
Я так и подпрыгнула, по неосторожности придавив герцогу нечто чувствительное. Он сдавленно охнул и с сонным осуждением уставился на меня.
– Доброе утро…
– Доброе?
Уже по моему тону следовало бы понять, что оно ни чуточки не доброе и вообще все не так, но понятливостью с утра пораньше герцог, похоже, не отличался.
– Угу.
– Мы проспали! – прошипела прямо в безмятежную физиономию и срочно попыталась встать, но не преуспела, запутавшись в одеялах.
Тварг.
– Куда проспали? – удивился Тьен и обвел ищущим взглядом гостиную.
Видели мы одно и то же: за окном было светло, угли в камине уже даже не тлели, часы показывали восемь. Из кухни доносился уютный шум, а леди Ноарис с Энни встанут только через час.
– Просто проспали! – рявкнула я. – Нас вся прислуга видела!
– Брина…
– Видишь?! Кто-то убрал поднос…
Мы вчера так ни к чему съестному и не притронулись.
Тьен со вздохом сел и серьезно посмотрел на меня.
– Брина, я понимаю, что для женщины репутация и такие вот мелочи значат намного больше, но… Просто доверься мне, ладно?
Вместо ответа я саркастически фыркнула.
– Ну вот скажи, похож я на бессовестного соблазнителя? – зашел с другой стороны Тьен. – Учти, если ответ будет «да», то мне придется подтверждать свою репутацию делом.
Хотелось послать его к тваргу, но некстати проснулось воспитание.
– И что дальше? – спросила обреченно.
– Верь мне. – Тьен подался вперед и обхватил мое лицо ладонями. – Все будет хорошо. Ты же хочешь, чтобы у нас все было хорошо?
Ненавижу все эти полунамеки. И сердце колотится так быстро, будто сейчас выпрыгнет. А губы против воли шепчут:
– Д-да…
Дыхание герцога пощекотало кожу, и его губы поймали мои. Мир будто исчез. Дышать стало нечем и незачем. Я отвечала, растворялась в этом сумасбродном порыве, целовала его сама. Напрочь забыла о том, что мы сидим на полу в гостиной, в то время как остальной дом уже проснулся.
А зря.
– Ох, простите!
Тьен быстро разорвал поцелуй и, пока я справлялась с дыханием и ускользающей реальностью, успел тронуть губами мой подбородок.
– Доброе утро, Сандра.
– У кого-то оно еще какое доброе, – поддразнила нас старшая горничная. – Там к Брине очередь выстроилась. Спрашивают госпожу ведьму. Что им сказать?
Ох же! Я совсем забыла про людей!
Правда, я сказала им приходить после полудня, но им, похоже, не терпится увидеть ведьму в деле.
– Чтобы подождали, – невозмутимо постановил Тьен. – Брина должна одеться и поесть.
– Не смей… – заикнулась я.
Но меня строго перебили:
– Это ты не смей морить себя голодом и доводить до истощения. Ничего срочного у них нет, это я тебе как герцог говорю. А дашь слабину и начнешь носиться с каждым, на голову сядут.
Прав он. Как разумная ведьма, я должна это признать.
– Ладно. Спасибо.
Работать по профилю оказалось приятно, а иногда и весело. Уже одно ощущение силы, несущейся по жилам, стоило того. Силы, которая была моей. Силы, которую не надо было скрывать. Никого не смущало, что она темная. Местные в подобных нюансах совершенно не разбирались.
Лечить, правда, мне было сложнее, чем какой-то другой ведьме. Диагностика занимала больше времени. Но я не собиралась сдаваться.
Большинство являлись как раз с болячками. Ноющие спины, бессонница, старые раны. С одной такой я отправила усатого мужика к доктору Эртону. Там надо было вскрывать, чистить и заново накладывать швы, и кстати подумалось, что работой стоит делиться. Ну и возиться не хотелось. Говорю же, ненавижу лечить.
Один болезный меня все же смог удивить: спустил штаны и продемонстрировал свое достоинство, распухшее и покрывшееся подозрительного вида сыпью. Молоденькая служанка, которая как раз принесла мне воду, сначала чуть в обморок не упала, а потом с криками убежала прочь. Я же с помощью пары десятков вопросов и угрозы наложить честную порчу, которая и дома не развеется, выяснила, что в Келберне имеется и бордель. А потом еще битый час объясняла страдальцу, что его проблема оттуда, а не злюка-жена сглазила.
Настоящий сглаз тоже пришлось снимать.
Еще искать пропавшую болонку.
И писать направление в ведьминскую школу для Триски. Пожалуй, это было самое приятное. Внутри себя я просто пищала от восторга. Подумать только, я – настоящая ведьма и могу сделать так, что юную ведьмочку примут учиться. Замечательно, что ее мать не согласна.
Толпы страждущих, шастающих через весь дом, никого не радовали, поэтому меня с моей практикой переселили в отдельную постройку. Я наколдовала там прозрачную крышу, отправила сына одной из помощниц повара в город за котлами и прочей нужной ведьме утварью и почувствовала себя совершенно счастливой. Потом, правда, прикинула, сколько зелий предстоит сварить, осознала, что работать придется допоздна, и повесила на воротах объявление, что ведьма принимает только по будням.
Тьен прав, с нагрузкой надо быть осторожнее.
Сам он весь день объезжал земли, так что сказать ему об этом не было никакой возможности. Но за отсутствием Тьена и Сандра сгодилась.
– Я очень рада за тебя. Ты прямо вся светишься.
Ох. Неужели так заметно. Привыкла как-то считать, что у меня не особо выразительное лицо.
– А есть какой-нибудь способ привлечь мужчину, чтобы с маленькими хитростями, но без совсем уж непростительных штучек?
Я почему-то ожидала такого вопроса. Интуиция.
– Ну и кто этот несчастный?
Реагировала влюбленная девушка предсказуемо: покраснела и повернулась так, чтобы я не заметила. Ну конечно!
– Сандра? – подбавила металлических ноток в голос. – Колись, иначе помогать не буду.
– Мастер Рупертон.
– Кто? – Я сразу и не поняла.
– Друг Тьена. Рэйхэм. Наш дворецкий.
Ой, тва-арг… Не могла она выбрать кого-нибудь попроще?!
В ответ на осуждающий взгляд Сандра пожала плечами. Видимо, не могла.
– Он хоть знает, что нравится тебе?
– Сомневаюсь, – вздохнула страдалица. – Он холодный как лед. Только распоряжения чеканит. И смотрит, будто меня нет.
Тяжелый случай.
Расспрошу Тьена. В конце концов, это странно, что боевой маг, пусть даже без титула и аристократического происхождения, устроился дворецким. Не менее странно, чем черная ведьма в должности экономки. Вот именно.
Приготовлю, пожалуй, духи, вызывающие мужской интерес. В слабой концентрации. Для начала.
– Подумай о своих чувствах получше, – посоветовала подруге. – А я пока подумаю, чем тебе помочь.
Она окончательно скуксилась. Видно, решила, что помогать я не собираюсь. Плохо же она меня знает!
Хотела предложить ей пообедать вместе, но тут доставили котлы, потом травы, дальше – записку от Анелии. А не успела я разобраться со всем этим, как заявился еще один посетитель. Единственный, кто внял моей просьбе и пришел во второй половине дня.
– Госпожа ведьма! Госпожа ведьма!
– Вы абсолютно здоровы, – сообщила сразу. – Порчи, сглаза и страшного проклятия тоже нет, но если начнете прикидываться, что-нибудь точно появится.
Мужик улыбнулся и покачал головой. Прикидываться он не собирался. И то хорошо, потому что я подустала.
– Госпожа ведьма, пойдемте со мной!
И распахнул дверь, но я осталась сидеть на месте.
– Куда еще? Ведьма принимает только в мастерской, для визитов есть доктор и повитуха.
– Но там в лесу магия… Часом, не ваша?
Гениальный вопрос. Угу. Потеряла, когда гуляла.
Я скрипнула зубами и все же поднялась:
– Веди, покажешь.
Путь наш лежал куда-то в лес. Предсказуемо. Выходя за ворота, я физически ощутила, как защищенное контуром пространство остается позади. В душе поселилось неясное беспокойство. Хотелось, чтобы Тьен был рядом. Без него ни буйство красок не радовало, ни задорный птичий щебет. В лицо лезла надоедливая мошкара. Каблуки, хоть и невысокие, вязли в земле и цеплялись за торчащие из земли корешки. Все это неимоверно раздражало.
Заклинания без проблем справлялись с мелкими неудобствами. Я хорошо владею бытовыми чарами.
Однако наколдовав их и избавившись от лишних надоедливых ощущений, я со всей ясностью почувствовала самое неприятное.
Предчувствие. Опасность. Словно в спину смотрит кто-то.
Не утерпела, обернулась, проверила. Пусто.
Лес и лес то есть. Наполненный бурлящей весенней жизнью, но ничего опасного. И крупных хищников я поблизости не чувствовала, а запускать проверочное заклинание не стала. Пока не стала.
– Госпожа ведьма? – гаркнули в ухо так, что я аж подпрыгнула.
– А?!
– Вы не слушаете? – обиженно вопросил сопровождающий.
– Слушаю, конечно.
В уме прикинула, что предприму, если он попытается напасть. Дара в нем нет, как нет и каких-либо амулетов. А на случай физического удара навесила на себя неактивированную огненную порчу. Кого-то ждет большой сюрприз.
Нервы что-то вконец расшалились. Стойкое предчувствие так никуда и не делось.
– Я бы и не подумал ничего дурного, – продолжал мой провожатый. – Ну листочки там, веточки, цветы. Мало ли, дети играли? Но круг из соли и какая-то вонючая гадость в чаше… Нехорошо это.
К середине пути моя мнительность вынужденно признала, что нападать на меня не собираются.
Шорох за спиной ощутился сотней игл, вонзившихся в кожу.
Я плюнула на то, как это выглядит со стороны, и выпустила несколько поисковых заклинаний. Чисто.
Хищники в этом лесу все же водились, но нами особо не интересовались.
– Пришли, госпожа ведьма.
Точно. Я заставила себя отринуть переживания и сосредоточиться на работе. Круг действительно был. Чужой и полностью заряженный. Чаша, установленная на пне. Сбивающий с ног запах. И еще много свежих цветов, что свидетельствовало о том, что ритуал был начат совсем недавно и направлен на женщину.
Я криво улыбнулась.
Ведьма на этот раз забралась подальше в чащу, но ее мороки почему-то не сработали. Любопытная случайность. И похоже, у нее дома нет места, где она могла бы колдовать. Ритуал в самом разгаре, она вернется.
И попадется.
– Что это там смердит, госпожа ведьма? – Мой спутник попытался закрыть нос платком, но это не помогало.
– Кладбищенская плесень, оскверненная черной магией жизнь убитого дерева, кровь жертвы и один ядовитый гриб. Ритуал подчинения еще та мерзость.
К отвратным запахам я привыкла. Здесь и сейчас я его почти не замечала, но уже предвидела, какие усилия потребуются, чтобы вывести эту узнаваемую вонь с волос и одежды.
– Так вы разрушите колдовство или как? – поторопил мужик, который, конечно, представился, но я прослушала.
– Нет. – И улыбнулась так, что он отшатнулся. – Я поймаю ведьму.
Не сама, конечно, но она здорово облегчила нам задачу. И вмешавшаяся случайность, конечно. Теперь только и остается вызвать ловцов и оставить их тут дежурить в ожидании появления негодяйки. Или же выяснить, кому из келнбернских женщин в последние дни стало плохо, найти жертву, а где-то рядом с ней и ведьму.
Легко.
Сила не позволяла мне подать маговский знак, но похожее алое марево над лесом непременно должно привлечь внимание. План казался нормальным. Я уже вскинула руку, чтобы выбросить много силы разом, но…
Рядом просвистела стрела.
Мой провожатый рухнул прямо на контур, а по его груди расплылось огромное алое пятно.
Тва-арг!
Предчувствие выбрало самое неподходящее время, чтобы сбыться.
Из-за деревьев показались типы самого бандитского вида и парочка знакомых лиц. Уволенная Айра. И доктор, которого я надеялась больше никогда не увидеть. Судя по тому, как парочка смотрела на меня, они-то как раз давно ждали этой встречи.
Ох же тварг. И Тьена нет рядом…
Прекрасно понимая, что шансы справиться самой у меня невелики, я все же выбросила вверх имитацию знака. Если повезет, его заметят. Если очень повезет, даже отреагируют.
Айра прошипела сквозь зубы что-то ругательное.
– Взять ведьму, – скомандовал доктор.
Защитные амулеты я на них еще с первого взгляда заметила, что не помешало мне недобро скривить уголок рта. Но бандиты, увы, оказались непуганые и тут же выкрутили мне руки.
Полыхнуло пламя.
Порча, которую я заготовила, чтобы оборониться от возможного нападения провожатого, все же сгодилась.
Два обугленных тела у моих ног остановили остальных от необдуманных движений.
С такой ненавистью, какая мелькнула во взгляде Айры, на меня давно никто не смотрел.
Дело в ней, или же выброс силы немного пошатнул мое равновесие… Ничего страшного, всего один шаг назад, и я устояла.
Но наступила на контур соляного круга.
Тва-арг!.. Чужой силой мгновенно выбило сознание. Даже не помню, как падала.
Опомнилась уже на плече здоровенного громилы, который меня куда-то волок. Вроде бы прошло совсем немного времени. Тело ломило так, будто по нему табун диких лошадей промчался. А во рту поселился соляной привкус… Тва-а-арг. До пришибленного разума с большим опозданием дошло, что именно он означает.
Подчинение. Я вляпалась не только в чужую магию, которой хорошо так получила по всей себе, но и в подчинение.
Не полное, поскольку оно изначально не было направлено на меня. Поэтому способность соображать, хоть с трудом и через вязкий туман в голове, сохранилась. И ниточек контроля ни у кого нет. Но пошевелиться я не могу, будто вся превратилась в желе. Не могу сдвинуться, чуть поменять положение, чтобы чужое плечо давило на живот не так больно. Не могу уклониться от бьющих по лицу, царапающих и цепляющихся за волосы веток. О том, чтобы отбиваться, сопротивляться и попытаться спастись, вообще речи нет.
Обидно до слез. Они закипели где-то внутри, и тут выяснилось, что заплакать я тоже не могу.
С удовольствием сказала бы, что с таким размахом я еще не попадала, но у меня богатое прошлое.
Обида смешалась с каким-то новым предчувствием. Будто все к чему-то идет. К чему-то важному. Но распробовать его я не успела – виски прострелила ослепляющая боль.
Это еще что… Сознание померкло. А когда включилось вновь, картинка успела смениться.
Кругом царила ночь. Я лежала в крытой повозке на мешках с чем-то мягким. Менее погано от этого не становилось. Внутренности болели так, будто на них потоптались грубыми подошвами сапог. Когда же дрожащий от довольства голос Айры стал складываться в слова и их смысл дошел до моего разума, мне окончательно поплохело.
– Уверены, что проблем не будет? – Юный помощник купца в щегольских сапогах смерил меня взглядом. – Ведьма все-таки.
– Ее собственные чары парализовали или что-то в таком роде, – не скрывая злорадства, сообщила уволенная при моей помощи служанка. – Мы для надежности закрепили на ней блокирующие браслеты. Так что везите ее к зверолюдам, им ведь нужны одаренные женщины?
Вот мстительная тварь! Я даже не могла проверить, есть ли на мне эти браслеты и действуют ли они.
– Ходят слухи, что только от ведьм или магичек у них получается потомство, способное менять ипостась. – Кто это говорил, я не видела, но голос казался старше. Вероятно, какие-то проезжающие купцы в деле. – Но я не знаю подробностей. Главное, их вожак хорошо платит.
– Смотрите только, чтобы не заловили по дороге, – деловито напутствовала Айра.
Хотелось подумать: «Я еще до тебя доберусь, и вот тогда…» – но я понятия не имела, как выкрутиться.
Спадет ли подчинение? Правда ли внутри меня будто тает сила или это все паника? Разум тоже как будто таял, но я упорно продолжала цепляться за него.
– Первый раз, что ли? – отмахнулся кто-то из купеческого каравана. – Да и ваша ведьма что-то не похожа на ведьму. Вы, часом, не подсунули нам пустышку?
– Можете хоть в городе спросить, ее здесь все знают! – вскинулась Айра.
– И привлечь к себе лишнее внимание?
Звуки спора слышались все дальше, а вместе с ними уходили и треск костра, и прохлада ночи, все страхи и переживания. И способность связно соображать. Реальность поглощала темнота с редкими вспышками ощущений. Покачивание повозки. Вязкий, неприятный какой-то сон. Голос того парня в сапогах, который объяснял кому-то, что я – его старшая сестрица, подхватившая неведомую хворь, и он везет меня к доктору.
Опять дорога. Опять пустота. Меня словно в липкую паутину затягивало, все сильнее опутывало, лишало способности вздохнуть. Все вокруг теряло значение и очертания.
Опять ночь. Безысходность. Уже не выбраться. Последняя искорка таяла во мраке…
Караван вздрогнул.
Мир обрушился на меня криками, лязгом оружия и сполохами магии, которые было видно даже сквозь крышу повозки из грубого полотнища.
И один особенно отчаянный крик, который почти выдернул меня из удушающей паутины:
– Брина!
Тьен. Он меня нашел.
Чары отняли у меня даже возможность испытать облегчение. Я снова ухнула в темноту.
В этой пучине было холодно, страшно и липко. И самый важный в жизни голос меня звал. Иногда подхватывал и тянул вверх. На свободу.
Потом я неизменно снова срывалась вниз. Тонула в жуткой бездне. Слышала чей-то бессильный рык. И смех той самой ведьмы. Моей первой мучительницы. Смех каждый раз разбивался на осколки, и они жалили кожу. В кровь.
Зато потом возвращался Тьен и еще раз пытался меня спасти. Раз за разом…
Пока ослепляющий фейерверк из магии не прекратил все.
Просыпаться было трудно, а открыть глаза попросту страшно. Подстегнула меня жажда – казалось, мне не давали воды целую вечность, – и еще понимание, что я могу это сделать по своему желанию. Никакого контроля больше нет.
С трудом подняла тяжелые веки и глухо застонала.
Ощущение, что по мне еще один табун лошадей промчался. Богиня…
– Брина? Ты меня слышишь?!
– М-м-м.
– Мама! Мама, она проснулась!
Оглушив криком, от которого я чуть снова не потеряла сознание, Энни все же поднесла к моим губам стакан.
Получилось не слишком аккуратно. Я обкапала одеяло и оставила немного воды на подбородке, но зато мир начал обретать очертания. Глаза, правда, болели, и я поспешила их закрыть.
Леди Ноарис скорее почувствовала. И еще кто-то из слуг на цыпочках ходил рядом.
Почему-то я лежала не в своей комнате, а в больших герцогских покоях. Но это казалось сущей ерундой по сравнению с набирающим силу ощущением: что-то вокруг изменилось. Навсегда.
Обольщаться, что к лучшему, я не торопилась. У меня паршивый опыт с предчувствиями.
Страх заставил меня сжать зубы и, несмотря на боль, открыть глаза. Осмотреться. Я должна… Выдохнула.
Тьен нашелся рядом. Он полулежал в глубоком кресле, бледный, осунувшийся, не то спал, не то был без сознания. Сердце неприятно кольнуло. Собравшись с мыслями и присмотревшись, я решила, что это похоже на сильное магическое истощение.
Убей не помню, как меня спасли и как мы оказались дома.
Сколько времени прошло? Почему Тьен в таком состоянии? И почему я лежу в герцогской кровати, а он сидит в кресле рядом?
И кожу как-то странно жжет. Все слабее. Скорее даже покалывает. На запястье и одном пальце.
Остановить вспышку паники получилось лишь одним способом: собрав все силы, я протянула руку и сжала прохладную ладонь Тьена. Будто хотела убедиться, что он жив, в чем и так не сомневалась. Лишь тогда стало немножко легче. Силы закончились, и я опять закрыла глаза.
– Милая, ты меня слышишь? – Герцогиня склонилась надо мной.
– Д-да.
Ладонь Тьена дрогнула в моей. Пальцы легонько сжались.
Показалось, что это крошечное действие вызвало у леди Ноарис беспокойство. Оно промелькнуло в глазах и погасло…
– Как ты? – Теперь беспокойство было просто за меня. – Где-нибудь болит? Чувствуешь свою магию? Руди в доме, с Анелией, бедняжка слегла с сильнейшим истощением. Сейчас я его позову. Брина?
Я прислушалась к себе и кивнула:
– Да, все хорошо. – Открытие приятно взбодрило. – Только сил ни на что нет и… рука чешется.
Мать Тьена и Энн чему-то одобрительно кивнула, и стук ее каблуков стих за дверью. Я перевела дыхание, осознала, что умирать прямо сейчас не собираюсь и все страшное позади, и сфокусировала взгляд на Энни. Получилось на удивление легко. И глазам почти не больно. И подруга чему-то широко улыбалась.
– Я тоже рада тебя видеть. – призналась почти не хрипло. – Не знаешь, что у меня с рукой?
Глянула бы сама, но для этого надо было отобрать ее у Тьена, а тревожить его не хотелось.
– Брачный узор заживает, – с какой-то затаенной радостью объявила Энн.
– Что?!
Какие там побочные эффекты случаются, если вляпаться в настроенное не на тебя подчинение, получить откат от чужого контура и еще попасть в лапы торговцев живым товаром? Слуховые иллюзии? Потому что не может быть, чтобы…
– Вы с Тьеном поженились, и он принял тебя в наш род. Теперь ты моя новая сестричка. – Она дрожала от восторга. – Брина, я так рада! Ну, то есть… Это все очень странно. Ты умирала, теряла дар и по-другому не получалось вырвать тебя из этого подчинения. Анелия пыталась, но отдала все силы и до сих пор не очнулась. Она уже четыре дня так лежит! А Тьен даже с завершенным брачным ритуалом по древнему обряду, в который Бенни влил все силы, только прошлым вечером смог тебя вытащить. Теперь у него истощение, но он выпил отвар и спит и скоро будет в порядке. Мама так испугалась! И угрожала прикончить вас обоих.
– Энн?
– А?
– Думаешь, я хоть что-нибудь поняла? Рассказывай по порядку!
Она выдохнула, вдохнула, еще раз протяжно выдохнула и постаралась пересказать все медленно и с подробностями.
За спасение я должна благодарить всех друзей, соседей и столичных ловцов. И это оказалось так трогательно, так непривычно, что у меня глаза защипало от слез.
Знак, который я наколдовала, увидел Мэтью и со всей свойственной ему ответственностью не смог не отреагировать. Правда, пока он с местными стражами порядка добрался до места, там уже никого не было. Но три трупа наводили на мысль, что нечто преступное там все же произошло. Они как раз намеревались прочесать Келберн, но тут выяснилось, что я пропала.
Не потерялась, не ушла куда-то по своим ведьминским делам, а именно угодила в большую опасность. Тьен точно знал это, поскольку в момент, когда мы колдовали общий контур, наши силы слились. Как выяснилось, он всегда знал, если со мной что-то не так. Это помогло уже однажды спасти меня, когда я попала в круг к демону. Но сейчас одной нашей связи оказалось недостаточно…
Он чувствовал, что меня увозят, и даже мог приблизительно определить направление. Неточно. И все еще ничего не понимал. Информацию об отбывшем караване добыл один из городских стражников. Служитель подсказал, что проезжие купцы иногда промышляют незаконными делишками, он же помог связаться с мужем Анелии, который как раз возвращался из поездки. И у которого был амулет для связи с другими караванами. С его помощью меня и нашли и общими силами отбили.
Чары обнаружили уже дома. Арестованные купцы клялись, что понятия не имеют, как их снять, сами они развеиваться не собирались, я медленно погибала, и даже помощь Анелии не помогла. Тогда Тьен нашел свой способ вырвать меня из лап магии.
И получилось же! Правда, я теперь жена герцога Керрингтона. Герцогиня?
А этот сорвиголова нарушил императорский запрет. Ну почему у нас все не может быть как у нормальных людей?
– Без меня на мне женились, – пробормотала я, пытаясь понять, как относиться к свершившемуся факту.
– Ой, можно подумать, никто не заметил, как между вами искры летают! – фыркнула Энни. – Тьен даже не сомневался. Сказал, потом тебе все объяснит.
Ну-ну. Жду с нетерпением.
Объект моего нетерпеливого ожидания вздохнул, шевельнулся, удобнее устраивая затылок на мягкой спинке кресла, и мило засопел.
– Айру и доктора купцы сдали, надеюсь? – проснулась моя кровожадность.
– Угу, – бодро кивнула рыжая головка. – Мэтью сказал, сидят в соседних камерах и громко проклинают друг друга.
Чудно. Я почувствовала себя отомщенной. Почти.
– А ведьму поймали?
– Какую ведьму? – донесся от двери удивленный вопрос.
В герцогские покои вошел доктор Эртон.
– Вижу, тебе лучше. Даже намек на румянец появился. Но соблюдать постельный режим и пить восстанавливающие микстуры все равно придется.
Главное, что я жива. И все дорогие мне люди тоже живы. Ради такого я хоть воду из болота пить готова.
– Один из келбернцев нашел в лесу соляной контур и повел меня посмотреть. Там на нас напали. Я защищалась и случайно схватила предназначавшиеся кому-то другому чары. Но ведьма должна была вернуться, она там еще не закончила…
Такая возможность! Неужели никто, кроме меня, не подумал за нее ухватиться?!
– Тварг. – Доктор… вот просто с языка снял!
В его пальцах вспыхнуло светящееся заклинание и, просочившись сквозь стекло, унеслось в темноту.
– Я поговорю с Трэвансом, – пообещал доктор. – А ты отдыхай. Кто-нибудь принесет тебе лекарство.
– Как Анелия? – успела еще спросить я.
– Пока не пришла в себя, но все будет хорошо. – Он не собирался этого говорить, но оглянулся на меня и зачем-то добавил: – Она сильно рисковала ради тебя.
Знаю. И никогда не забуду.
Хотелось отключиться и открыть глаза, когда тело не будет так противно ныть, Тьен и Анелия очнутся, ведьму поймают или прибьют, и единственной проблемой останутся брачные браслеты. Но позволить себе такую роскошь я решила только после того, как разберусь с еще одним делом.
– Почему мы в этой комнате? – настороженным шепотом спросила у Энни.
– Мама с самого утра того дня готовила переезд в нее Тьена, – улыбнулась она.
Ага, отлично. Я ни при чем.
– Позови Рэйхэма. Пожалуйста.
Энни просьбу легко выполнила, и совсем скоро дворецкий стоял у моей постели. У герцогской постели то есть.
– Рад, что ты снова с нами. – Он даже улыбнулся уголками губ. Едва заметно. – Но знаешь, ты такая беспокойная, госпожа ведьма.
Я вымученно улыбнулась. Что есть, то есть. По крайней мере, он рад меня видеть.
– Помоги перетащить Тьена на кровать, – перешла к сути я.
Рэйхэм ухмыльнулся:
– Решила воспользоваться ситуацией, пока он в отключке?
– Именно. Ты меня раскусил.
Помощь еще кого-нибудь ему не понадобилась, он воспользовался магией. Энн помогла стянуть с брата обувь, а я укрыла его одеялом. И так остро почувствовала себя частью семьи, что ущипнуть себя захотелось. Это не может быть правдой! Просто… Энн крепко обняла меня, пожелала хорошо отдохнуть, пообещала распорядиться насчет лекарства, и – не знаю, что там еще, я уже спала.
А новое утро началось в середине следующего дня. Я практически сидела на Тьене и пыталась стащить с него рубашку, но одной слабой ведьме было не под силу сдвинуть эту скалу.
Пф-ф-ф!
Нет, сначала я проснулась и обнаружила, что неплохо себя чувствую. Не герцогиней, конечно, но и не полутрупом, что уже хорошо. Внимательно осмотрела наши с Тьеном запястья и немножко погрустила. Такое даже при большом старании надолго не спрячешь! Вязь древних символов с вкраплениями цветов широкими наручами опутывала запястья, спускалась по тыльной стороне ладони и кольцом завершалась на безымянном пальце. Феерически красиво. И заметно. Чересчур заметно. Если только перчатки круглые сутки носить.
Я читала про этот обряд. Здесь же, в библиотеке Керрингтонов. Насколько помню, он возможен только между двумя одаренными и глубоко любящими, вроде бы в книге так говорилось. При хорошем совпадении магии и одобрении древнего духа, покровительствующего роду. Изначально, когда не было еще империи и правители разрозненных земель соперничали между собой, такие браки использовались, чтобы сохранить чистоту дара и усилить его.
Гармоничный, нерушимый союз.
Я припомнила запрет, который как-то нашла у Тьена, и закусила губу.
Лично с императором я знакома не была и каких-то особенных слухов о нем не знала, но почему-то вообще не сомневалась: он будет в ярости.
Это заставило действовать активнее. Давай же, несчастный кусок тряпки, стаскивайся!
Эффект последовал, но, прямо скажем, не совсем такой, как ожидалось. В мои планы точно не входила рука, медленно поглаживающая мою лодыжку. Вверх. Ох. Я потеряла равновесие и плюхнулась на Тьена, почти уселась на него верхом. Можно даже без «почти».
– Мне нравится такое первое брачное утро, – хрипло пробормотал он, поглаживая уже коленку, – леди Керрингтон.
От обращения бросило в жар.
Впрочем, мне хватило ума вспомнить, что я сама чувствовала, когда только пришла в себя, поэтому первым делом протянула руку, взяла стакан воды и подала его Тьену.
Идеальная жена, знаю.
Подмывало спросить, что было бы, окажись я еще не в курсе, но… мы оба знакомы с его семьей. Они не могли удержаться и не рассказать мне такую новость.
– Сними рубашку, – попросила, забирая у него стакан.
– Зачем?
– Полюбоваться хочу, – получилось немного едко от нетерпения, и, устыдившись, я поспешила смягчить тон: – Пожалуйста.
Тьен еще толком не проснулся, так что до последнего не понял моей задумки. Приподнялся, одной рукой придержал меня и избавился от того, что я не стянула раньше.
Ну-ка, посмотрим…
При взгляде на его плечо у меня вырвалось привычное:
– Тва-арг.
– Что?..
Моргнул. Дошло.
Я смотрела… да что там, откровенно пялилась на круглый знак верности императорской семье, на обожженную кожу возле него. Задыхаясь от ужаса. Не решаясь коснуться, чтобы не причинить боль.
– Не обращай внимания. Все уже хорошо.
Отвлекающий маневр с поглаживанием ноги не сработал.
– Я так и не поблагодарила тебя. Спасибо. – Сказать хотелось другое, но на это следовало еще набраться смелости.
– Пожалуйста.
– Думаешь, оно того стоило? – Я продемонстрировала ему брачный рисунок и как-то неловко развела руками.
Шальная улыбка этому мужчине ужасно шла.
– Леди Керрингтон, вы определенно стоите того, чтобы рискнуть жизнью. – Его глаза светились, а меня румянец щипал за щеки. И за шею тоже. – Много раз.
Тварг. Как же приятно такое слышать. Волшебно просто.
– И что мы будем с этим делать? – Я продемонстрировала ему руку с узором.
Я по-прежнему сидела на нем, и вся ситуация была немного пикантной. Ничего удивительного, что Тьен поймал протянутую ему руку и принялся целовать рисунок.
Ох. У меня вырвался прерывистый вздох.
– Ну, ты можешь отправиться в столицу и через императорский суд признать наш брак недействительным. – Между поцелуями звучали слова. – Раз ты была без сознания во время ритуала, чего я не стану отрицать, тебе должны пойти навстречу.
Кожа на месте узора горела, как если бы он вновь стал свежим и болел.
Дыхание прерывалось уже не от возбуждения. Не только.
Как он… А я-то придумала себе…
Тьен оторвался от своего занятия, вдоволь насладился выражением моего лица и спокойно продолжил:
– Или же второй вариант. Мы можем консумировать наш брак, чтобы нас не смогли развести по прихоти его величества, и попытаться быть вместе. Что скажешь?
Я? Решить должна я?
Разумно и логично, наверное, но я сидела, глядя на него широко распахнутыми глазами, не в силах произнести ни звука.
Правильнее будет, если я его отпущу. Я же…
– Кхм, – смущенно пробормотал Тьен. – Кажется, я сказал все не так. Брина, я люблю тебя. Такое ощущение, что еще до первой встречи. Ты будто всегда была для меня. Идеально подходящая. Несмотря ни на что. Не знаю, как еще объяснить это странное чувство. Выходи за меня… То есть ты уже вышла.
Дышать получилось только сейчас. Но тяжесть, заполнившая грудную клетку, таяла до отвратного медленно.
Я тоже. Я тоже! Но…
– Тьен, я же ведьма, – сказала и опустила взгляд. – И мое прошлое…
– Важно только настоящее и будущее, – заявил герцог и одним движением притянул меня ближе, опрокинул на себя. – Леди Керрингтон.
Сколько раз он меня так назвал? Кажется, ему просто нравится произносить эти слова вслух.
Смешок облегчения вырвался сам собой:
– И я люблю тебя.
До поцелуя мы смешно столкнулись носами.
Тьен фыркнул куда-то мне в волосы. И поцеловал так, что обоих будто в воронку затащило, в сладкую нереальность. Только для нас двоих.
Хотела бы я, чтобы это был мой первый раз… Но в каком-то смысле это он и был. Нормальный.
Технически оказалось даже к лучшему, что я уже не была девственницей. Ни лишних страхов, ни боли. Беспокойные мысли тоже скоро растворились в тягучем счастье. Как и глупый вопрос: а ты вообще в состоянии?
Мы оба это заслужили.
Поцелуи были уже знакомым удовольствием. Я быстро расслабилась, поверила, что все происходит на самом деле, и даже начала отвечать. Включилась в страстную игру. Позволила себя в нее втянуть. И потом жмурилась от восторга, сама углубляла поцелуи и раз за разом тянулась к его губам.
Ласки заставляли меня плавиться и цепляться ногтями за смятые простыни.
Потом были движения – осторожные поначалу и сорвавшиеся в очередную воронку страсти, когда мы оба поняли, что можно не сдерживаться. Раствориться друг в друге. Взорваться ослепительным фейерверком. Парить.
…Самое волшебство случилось чуть позже, когда мы лежали, взмокшие, запыхавшиеся и запутавшиеся в сбитых простынях, и пытались выровнять дыхание и вернуться в реальность.
Первым ощущением этой самой реальности стала магия. Наша магия, соединяющаяся удивительным образом. Теперь я тоже смогу чувствовать Тьена. Приподнялась на локте и поцеловала шальную улыбку любимого.
Ровным потоком на меня нахлынули его эмоции.
Любовь. Безумная, сносящая все преграды любовь.
И ему действительно все равно, откуда я взялась такая на его голову.

Глава 12

– А что это вы тут делаете? – Сандра обозрела нас… и чуть поднос не выронила. – Ой, простите!..
Я подавилась смешком и спрятала лицо в подушках.
– Сандра, – Тьен тоже смутился, я это точно знала, но внешне его эмоции было не прочитать, – без обид, но я бы попросил впредь стучаться. Все, забыли.
Стушевавшаяся Сандра попыталась подсунуть нам по укрепляющему зелью, но Тьен широко улыбнулся, эффектным движением поднял руку, и она засветилась. Восстанавливать там было нечего, все уже само восстановилось.
С моей помощью. Тварг. Как вспомню, сразу жарко становится.
– Можешь рассказать всем, что мы не собираемся разводиться. Я же вижу, тебе хочется. – Герцог, как всегда, отличался необычайной проницательностью. – И организуй нам чего-нибудь поесть. А я пока откопаю где-то здесь свою жену.
Гора из подушек и скомканных одеял в очередной раз дрогнула от моего смешка.
– Будет сделано! – пообещала Сандра и удалилась.
Подспудно я ожидала попыток поддразнивания или шуточек на грани приличия и уже приготовилась бить наглеца подушкой, но Тьен Керрингтон всегда умел удивлять. А также прочувствовать момент и безошибочно решать, как надо сделать. Вот сейчас он просто просунул руку в мое убежище так, чтобы между ней и обнаженной кожей оставалось лишь что-то тонкое, и медленно провел ею по спине, спускаясь к ягодицам.
Дыхание потерялось.
Но то, о чем герцог заговорил, совершенно не имело отношения к приятным, но смущающим вещам, которыми мы недавно занимались:
– Хочешь роскошный праздник? Ну там бал, сотни гостей, пыточное платье и брачную ночь, во время которой все соберутся в зале внизу и будут пытаться что-нибудь услышать…
– Извращенец, – фыркнула я из безопасности своего укрытия.
– Я-то при чем, это традиция, – посмеивался муж, продолжая меня гладить, точно угодившую в его руки кошку. Вроде бы чисто механические движения, но очень… дразнящие. – Все свадьбы аристократов такие.
– Бедные аристократы. – Что-то правда жалко их стало.
– И не говори. Так хочешь?
– Нет!
– Отлично. Я тоже не хочу.
На этом устраивающем обоих решении Тьен встал, натянул домашние штаны и раздобыл где-то для меня халат. Как раз успела в него завернуться, когда Рита вкатила в герцогские покои столик с едой. При этом ее глаза так светились от жадного любопытства, что не оставалось сомнений: она сама напросилась к нам, чтобы посмотреть на самых странных молодоженов в округе.
Жалко, что ли? Пусть смотрит. Не так уж мы отличаемся от других.
– Не возражаешь, если здесь все переделают? – спросил Тьен, добавляя в мою кашу кусочки фруктов. – Мне немного странно жить в комнатах, которые с детства считал родительскими.
Леди Ноарис забрала свои вещи, но для него здесь все равно жили воспоминания, которых не существовало для меня.
– Конечно. Как скажешь.
Хочу еще бутерброд с вот тем нежным паштетом. И большущий кусок пирога.
Тварг, мне никогда не стать невесткой, которая живет по правилам журналов леди Ноарис! Или, по крайней мере, ест по ним.
– Энни как-то рассказывала, что ты обещал позировать для портрета совместно с женой, – опечаленная собственным открытием, я решила немножко потерзать и настроение ближнего. А то он такой счастливый, что аж поцеловать хочется. – Это в силе?
Одно удовольствие наблюдать, как все страдания мира отражаются на его лице.
Да, я истинная ведьма.
– Ну, если ты хочешь…
– Издеваешься? – Я приткнулась лбом к его плечу и совершенно неприлично хрюкнула от смеха. – Не хочу, конечно! И сейчас изобретаю способы избежать многочасового позирования.
Он громко выдохнул, обнял меня, и мы вместе завалились на кровать, смеясь и пытаясь не измазаться ни в чем съедобном.
– Магический снимок и утроенная оплата какому-нибудь не слишком знаменитому, желательно молодому художнику. – Как выяснилось, Тьен уже все продумал. – И на портретах мы получимся еще прекраснее, чем в жизни.
– Люблю тебя. – Я полностью одобрила план.
– Я тебя больше.
Подумать только, за неполных двое суток моя жизнь совершила очередной кувырок. Я чуть не погибла, вышла замуж и убедилась, что у меня столько друзей, сколько я и представить себе не могла.
Пьянящее счастье. И пугающее ощущение, что я, может, не заслужила все это…
– Ох…
– Брина? – Тьен обеспокоенно смотрел на меня.
– Голова закружилась, – выговорила, чувствую, побелевшими губами. – Похоже, я еще не совсем восстановилась.
Перед тем как пол попытался поменяться местами с потолком, была боль. Как будто в меня раскаленную иглу воткнули. Такое же чувство я уже испытывала, когда меня похитили…
Проклятие, хоть бы это от слабости! Ничего другого.
– Побереги себя сегодня. – Тьен обвел кончиком указательного пальца мои губы и встал. – А лучше несколько дней.
Склонна с ним согласиться, но сам он следовать собственному умному совету явно не собирался. Еще до того, как уйти в душ, отправил записку ловцам с приглашением заглянуть в поместье, потом привел себя в порядок и отправился встречать их в кабинете. Мне присутствовать там никто не запрещал, но сегодня хотелось побыть просто женой. Хотя бы немножко.
В чем-то я понимаю Анелию. Кто бы мог подумать?
Она, к слову, очнулась и еще утром с мужем уехала домой. Жаль, я так и не успела ни поблагодарить ее, ни толком познакомиться с ним. Но Сандра с Энни наперебой уверяли, что Эдгар Дансвон – хороший человек и жену обожает.
Поверим, ладно. Надеюсь, возможность убедиться лично еще представится.
Ближе к вечеру я все же надела простое белое платье и выбралась на свет. Написала Анелии и попросила повара приготовить для нее что-то особенное. Он аж светился от счастья. А я, кажется, начинаю мыслить как обычная жительница провинции. Вот даже вкусности спасшей меня подруге хочу послать.
Мне, к слову, тоже много всего наприсылали. От записок с пожеланиями скорейшего выздоровления до сладостей и каких-то поделок, изготовленных своими руками, встречались даже детские рисунки. Госпожа Эйлин прислала свои замечательные пирожные, отчего нашего повара чуть удар не хватил. А потом еще поздравления пошли!
Парочка несостоявшихся злодеев страдала в застенках, топила друг друга и умоляла дать им возможность попросить прощения у меня. Мэтью сказал Энни, Энни сказала Сандре, а она уже передала мне, что судьба их ждет самая незавидная. Но я больше не хотела ничего о них знать. Магические штучки – но я это сообразила с самого начала – они добыли на ярмарке. А в остальном эти двое совершенно не стоили внимания.
– Брина? – Сандра осеклась и неловко исправилась: – Ой, то есть леди Керрингтон…
– Пожалуйста, давай как раньше, – взмолилась я. – Хотя бы когда поблизости нет чужих.
Старшая горничная кивнула с улыбкой, но пришла она не для того, чтобы прояснить наши с ней отношения.
– Тебя леди Ноарис ждет в розовой гостиной. Она попросила Энни уйти в комнату и ждет тебя.
Ох ты ж. Началось.
– Уже иду.
А когда проходила мимо Сандры, угодила в крепкие-крепкие объятия.
– Поздравляю! – горячо прошептала подруга. – Надеюсь, у меня тоже когда-нибудь так будет.
– Спасибо тебе…
Обязательно будет.
Про духи я не забыла. Отдохну несколько дней без магии и займусь ими. Хотя Рэйхэм еще тот сухарь, с ним вряд ли получится. Но однажды получится с кем-то другим, надо только нарваться на правильного человека, как уверяла Анелия. Я вот себя с Тьеном еще недавно не представляла, а оно взяло и случилось…
Поддержка Сандры и ее искренняя радость за меня придали уверенности, и к свекрови я входила почти без страха. Так, коленки немного дрожали. И руки. Но убежать на край света и спрятаться там почти не хотелось.
Спокойно, она вроде бы нормальная. Но то с ведьмой. А с невесткой?
– Леди Ноарис?..
– Присаживайся, дорогая, – она похлопала по месту на пухлом диванчике рядом с собой, – вот сюда. Мне нужно с тобой поговорить.
Добро пожаловать в семью? Или выметайся вон, тваргова приживалка?
Голос вдовы прежнего герцога звучал как обычно, но мне и в нем, и в каждом движении лица мерещилось нехорошее обещание. Много всего нехорошего. Аж сердце стало бешено колотиться.
– Тебе уже доступна магия? – Вопрос, прямо скажем, удивил.
– Да. У меня не было истощения. Оно было у Тьена, но уже все хорошо.
Надеюсь, я не покраснела, потому что сразу вспомнилось, какими именно способами мы достигли этого «хорошо».
– Мне нужна от тебя подкрепленная силой клятва.
– Э…
Тварг.
– Я задам один вопрос и хотела бы получить на него самый честный ответ, – пояснила мать Тьена и с сочувствием посмотрела на меня. – Ну не делай такое лицо, я не собираюсь просить тебя уйти. У меня и права такого нет. Просто хочу знать, ты любишь моего сына? Он заслуживает большего, чем расчет или благодарность. Хотя он и своевольный, упрямый мальчишка, который совершенно не хочет откровенно поговорить с матерью.
Мои пальцы вспыхнули. Даже не следя особенно, что делаю, я вывела в воздухе нужный знак.
– Клянусь, я люблю Тьена. Очень. И понимаю, что совсем не подхожу ему. То есть подхожу по магии, но…
Вечно мне достаются самые сложные разговоры. Ну я ему это еще припомню!
– С первого же дня я видела, что между вами что-то происходит. Но ничего не говорила, ждала, во что это выльется. Вырезки с тем магом у тебя тоже видела… Однажды ты тоже станешь матерью, постарайся меня понять.
Думать об этом я была не готова, но основания для беспокойства прекрасно понимала.
– Мэтью в прошлом. Да у нас и не было ничего. Он спас меня, мне было шестнадцать и в целом мире не осталось ни одного важного для меня человека. Поэтому я собирала вырезки и верила в героя. Но клянусь, я никогда всерьез не представляла нас вместе.
– Именно это я и хотела услышать. – Леди Ноарис устало улыбнулась и раскрыла объятия. – Иди сюда, девочка моя. Теперь у меня есть официальное право тебя тискать и наряжать. Богиня, сколько же тебе пришлось пережить!..
Клятва еще раз вспыхнула, исчезая.
Но разговор на этом не закончился. Сначала меня правда затискали и заобнимали, практически удочерили и торжественно вручили фамильное кольцо. Потом долго, но любя ругали Тьена – мол, кто так женится?! Оказалось, он уже говорил с матерью и сообщил, что пышного праздника не будет, а с портретом мы пойдем коротким путем. И теперь она злилась на него и жалела меня, которую, в ее понимании, лишили почти всех брачных удовольствий.
Ну, тут я бы поспорила. Кхм.
Ужин в этот день был забыт всеми, и даже повар по этому поводу не истерил, осознавая ценность момента. Мир в доме важнее, а творческих порывов у него будет еще много.
Затемно мы с леди Ноарис пробрались в комнату Энни, рассказали ей все и устроили посиделки с обсуждением нарядов, мужчин и всяких местных сплетен. Понятия не имела, что это так весело!
Запоздалый девичник.
Тем удивительнее, что проснулась я с рассветом. Что поделать, некоторые привычки никогда не искореняются.
Вдохновленная вчерашними разговорами, утро посвятила прихорашиваниям. Тьен уже встал и куда-то ушел, оставив для меня цветок на подушке, и я надеялась, что он не уехал из поместья по каким-то делам. Хотелось его увидеть.
Настолько, что я воспользовалась запрещенным трюком. Зачарованные зеркала. Они все еще оставались такими.
И я, коснувшись пальцами того, что стояло у нас в спальне, могла увидеть каждую комнату дома. Необязательно, чтобы там было полноценное зеркало, достаточно любой отражающей поверхности.
Кабинет. Столовая. Череда гостиных. Холл. Не-е-ет, только не это!
Все доступные мне виды в поместье… Есть.
Чердак какой-то? Немного захламленный всяким старьем, но чистый и с выходом на самую маленькую верхнюю террасу. Тьен сидел на покосившейся скамеечке и с сосредоточенным видом водил кистью по мольберту.
Да ладно?
Не в силах сдержать улыбку, я выпорхнула из наших комнат и отправилась искать вход на таинственный чердак. Так сразу это не получилось, пришлось спросить у Риты, попавшейся мне по дороге. В итоге меня провели к винтовой лестнице, по которой я и поднялась в нужное место.
Вид оттуда открывался такой, что дух захватывало!
– Что рисуешь?
Быстрый поцелуй. Прищуриться на солнце. Все это так просто, мило… и все еще будто не со мной.
– На самом деле, я поднялся сюда ради вида, – немного смущенно признался Тьен, – но выяснилось, что рисование удивительно расслабляет.
Портрет наш писать я бы ему все же не доверила. Это выяснила, заглянув в будущую картину и обнаружив там пятнистое смешение красок. Естественно, мне сразу же тоже стало надо!
– Можно с тобой?
– Конечно, присоединяйся.
И когда не получилось усадить меня к себе на колени, игриво мазнул кисточкой по носу. Там же синяя краска! А я убила полтора часа, маскируя ведьму в себе под приличную герцогиню!
– Ах ты!..
Завязавшуюся баталию должно было быть слышно на кухне. Мы шипели, хихикали, толкались, снесли мольберт, с ног до головы перепачкались краской, а закончили исступленными поцелуями на полу.
Еще позже, когда просто сидели, привалившись друг к другу, и пытались отдышаться, Тьен вытащил из кармана фиолетовый кристалл на цепочке – и вспыхнула магия.
Мгновенный магснимок.
– Тьен!..
– Нашел его здесь. Представляешь, заряд еще сохранился.
– Но не в таком же виде!
Меня поцеловали прямо в чумазый нос.
– А это не образец для художника, это для себя. На память. – Потом склонился к моему уху и доверительно добавил: – Хотя я бы не прочь войти таким в галерею для потомков. Пускай завидуют.
Ясно все с этим герцогом. Ему не нужна герцогиня, его более чем устраивает ведьма.
Доктор Эртон ответственно грозился зайти меня проведать, хотя чувствовала я себя прекрасно и в этом не было никакой необходимости. Нет, я вовсе не возражала, но неловко было отнимать время у занятого человека. Поэтому я сама к нему явилась. Ну, после того, как поблагодарила горожан за внимание, сделала щедрое пожертвование в храме и битый час проторчала под дверью у Анелии.
Куда можно было запропаститься?
– Прошу, герцогиня. – Доктор вежливо посторонился, пропуская меня.
– Просто Брина, если можно.
– Тогда просто Руди, – улыбнулся он. – А то не могу отделаться от чувства, что не нравлюсь тебе.
Глупость какая! Меньше всего я хотела, чтобы у него сложилось такое впечатление.
– Простите… Прости, это совсем не так. – Ну вот, стушевалась, только что голову в плечи не втянула. – По сравнению с предшественником так ты вовсе кладезь таланта и благородства!
Хотя бы мне удалось его рассмешить.
Раздеваться для осмотра не пришлось. Очевидный плюс того, что здесь теперь работает маг. Собственно, за это его местные женщины и любят.
Да, Руди потребовалось совсем немного времени, чтобы вписаться.
Вот только со мной, кажется, не задалось…
Осмотр был просто формальностью, необходимой лишь потому, что кто-то слишком серьезно относится к возложенным на него обязанностям. Конечно, лучше так, чем как предшественник, которого уже под охраной отправили на каторгу, но зачем сканировать меня в третий раз?! Такое чувство, что кое-кто все же поставил перед собой цель разглядеть, что там под одеждой. И под кожей.
– Хм-м…
Вот не понравилось мне это его мычание!
– Что там? – проявила нетерпение я. – Какая-то проблема? Я проклята? Беременна? Смертельно больна?
Чудовищные варианты закончились. С остальным, пожалуй, можно жить.
– Ничего подобного. – Но вместо того чтобы отстраниться, Руди подался ближе и с прищуром всмотрелся в меня. – Скажи, ты не колдовала ничего сложного в последнее время?
– Попробовала бы я, Тьен бы меня в покоях запер и пытал вышиванием.
– Это «нет»? – не оценил юмора доктор.
– Нет.
– Странно. У тебя на ауре небольшие повреждения. Ума не приложу, с чем они могли бы быть связаны.
Вот теперь он все-таки оставил меня в покое. И когда отстранялся, из-под ворота его рубахи выпал кулон на цепочке. Хрупкий шар размером с подушечку указательного пальца, а внутри кровь.
Черная магия полоснула меня будто ножом. Аж поплохело от ее концентрации, честное слово!
А доктор как ни в чем не бывало договорил:
– В нашу последнюю встречу повреждений было немного меньше. Мне кажется. Никогда с подобным не сталкивался.
Угу. Я тоже. И я сейчас отнюдь не о каких-то там повреждениях на ауре.
– Беспокоиться не о чем, я хорошо себя чувствую, – заверила его, вставая и бочком пробираясь к выходу. – Не буду отнимать у тебя время.
Доктор проводил меня задумчивым взглядом. Не везет нам с ними. Мне придется поговорить с Тьеном о нем…
Вожделенная дверь была всего в нескольких шагах, но уйти, не спросив, я не могла:
– Не знаешь, куда подевалась Анелия? Я несколько дней ее не видела и беспокоюсь.
– Дансвоны уехали на несколько дней. Романтика в лесном домике и все такое. Я бы и сам с удовольствием последовал их примеру.
Чудно. Ладно.
Но я все равно не смогу успокоиться, пока не увижу Анелию.
Возвращалась домой, предвкушая втык от Тьена. Он теперь был против, чтобы я ходила в город одна. Как оказалось, для герцогини и для ведьмы все же правила немного разные.
Невозможно привыкнуть к этому новому статусу…
– Наконец-то.
Встречал меня хмурый Рэйхэм, который в своей почти форме походил на боевого мага, но никак не на дворецкого. Нет, нам с Тьеном определенно надо обсудить его друзей. И дело вовсе не в том, что я теперь герцогиня, просто… они странные.
– Меня потеряли? – спросила как можно более беззаботно.
– Не понимаю, о чем ты. – Показалось или на меня сейчас нарычали? – Вот, держи. И не потакай больше глупостям безмозглых служанок.
Не церемонясь особо, мне сунули в руки флакон духов. Тех самых, что я приготовила для Сандры вчера. Магический заряд, правда, весь испарился.
Я проводила затянутую в черное спину недоверчивым взглядом. Как он это провернул?!
Увы, не осталось ни времени, ни какой-нибудь возможности выяснить. Срочно требовалось утешать зареванную подругу.
Сандре было стыдно и обидно, а надтреснутое сердце уже начинало болеть. Бессовестный маг мало того что не собирался в нее влюбляться, так теперь и вовсе считал поверхностной дурочкой.
Собственно, это все, что удалось понять за первых полчаса всхлипов и рыданий.
Уже позже, накормив страдалицу пирожными госпожи Эйлин и отпоив ягодным чаем, я выудила из нее подробности. Оказалось, у них тут без меня все пошло не так. Сандра еще с вечера начала пользоваться духами. Строго придерживалась инструкции, глупостей не делала. Но Рэйхэм, рядом с которым она старалась появляться как можно чаще, и ухом не вел. Зато среди охраны оказался один, которому давно нравилась старшая горничная и который, как назло, оказался сильно восприимчив даже к таким вот маленьким воздействиям…
Дело кончилось тем, что начинающую соблазнительницу затащили на конюшню, а на ее вопли о помощи явился Рэйхэм, который тут же уволил провинившегося парня, а Сандре дал гневную отповедь. Она меня не сдавала, но и так было понятно, кто колдовал над духами.
И меня теперь ждал серьезный разговор с Тьеном. Да уж. Нехорошо получилось.
Когда чая пошла третья чашка, мы уже без слез обсуждали, почему эти маги такие невыносимые.
Вопрос, над которым, чувствую, не один десяток ведьм бьется. И вообще женщин.
Сандру после всех задушевных разговоров я отпустила домой. Ей требовалось пережить все злоключения этого дня и научиться притворяться, будто ничего особенного не случилось.
Ну и не хотелось бы, чтобы Тьен разозлился и уволил ее.
Впрочем, я так и не узнала, собирался ли мой муж сердиться из-за проделок служанки. У него вскоре нашлись для этого более серьезные поводы…
Я решила провести немного времени с Энни и леди Ноарис и как раз критически оглядывала себя в зеркале, когда меня опять будто проткнуло большой иглой. В этот раз боль оказалась особенно сильной. Такой, что я закашлялась и ощутила во рту привкус крови.
Ну теперь-то сомнений точно не осталось: в деле замешана магия. Черная магия.
Едва смогла снова нормально дышать, как противно стало ныть внизу живота. Будто неизвестная ведьма колдовала, чтобы я не забеременела.
Тварг. А ведь достать меня сейчас снаружи нельзя… Лишь изнутри контура. Как я раньше не догадалась?!
Злясь на себя, вложила чуть больше сил в заклинание. Зеркало, угрожающе звякнув, чудом не разбилось. Перед глазами одна за другой быстро сменялись картинки: работа на кухне кипит, Энни скучает над книгами, несколько пустых гостиных, герцогиня тоскливо вздыхает у портрета мужа… в камине, несмотря на довольно жаркую погоду, тлеют угли.
Нашла, кажется.
Мгновение спустя в поле зрения попала одна из служанок. Новенькая. Кажется, Сандра взяла ее на свое место. И вроде бы ничего такого девчонка не делала, только торжествующе глянула на угли и погладила карман, в котором угадывались очертания небольшого предмета. Но я точно чувствовала, что правильно вычислила мерзавку.
– Что это? – прозвучало за спиной, отчего я вздрогнула, растеряла концентрацию, а вместо поганой девицы в зеркале рядом со мной отразился Тьен.
– Когда Энни еще болела, а я пыталась разобраться, что здесь происходит, я заколдовала зеркала, – призналась ему. – Можешь злиться, но благодаря этой маленькой хитрости я только что вычислила, кто тычет в меня заколдованными иглами.
Его глаза одновременно расширились от изумления и вспыхнули опасным пламенем.
– Ну, не буквально в меня, – поспешила пояснить, потому что это чисто ведьминские штучки и он вряд ли разбирается. – Скорее всего, у новенькой… ну, мелкая такая, с тонкими косичками… у нее где-то должна быть изображающая меня куколка.
Тьен даже не дослушал. Опасного огня стало больше, он круто развернулся и вылетел в коридор.
– Рэй! Тильму сюда, живо! В какой комнате она живет?
Как именно Рэйхэм одновременно умудрился показывать нам дорогу и сделать так, чтобы охрана приволокла испуганно повизгивающую девицу, для меня так и осталось загадкой. Чудеса, да и только. Похлеще ведьминских темномагических.
Комната была не заперта. Тильма жила еще с одной девушкой, а в поместье Керрингтонов вообще не слишком принято запираться.
Паршивку притащили как раз тогда, когда мы вошли.
Она дергалась в руках охранников, разглядела нас и наверняка все поняла. Тряхнула тощими косичками и упрямо сжала губы.
То есть рыдать и раскаиваться не собирается?
– Проверьте карманы, – приказал Тьен.
Я же обогнула его, откинула одеяло, приподняла матрас. Есть!
Куколка размером с ладонь. Не сказать, что моя близняшка, но та, что ее сделала, раздобыла несколько моих волосков и один из белоснежных воротничков, которые я раньше часто носила, и использовала его в качестве юбки. Еще, кажется, это творение вымачивали в воде, в которой я мылась.
Сильно. В смысле получилась сильная привязка, не зря меня так корежило. Даже дома нельзя чувствовать себя в безопасности!
Герцог, похоже, подумал о том же, потому что сделался еще мрачнее.
А из кармана форменного платья как раз вытряхнули маленькую жестяную коробочку с иглами. На некоторых можно было заметить следы сажи, то есть их совали в угли.
– Каяться будешь или сразу к ловцам? – обманчиво мягко спросил Тьен. – У них как раз пара камер освободилась.
– Я ни в чем не виновата! – вздернула подбородок мерзавка.
– Скажешь, мою жену мучила не ты?
– Это для вашего блага! – Глаза Тильмы фанатично сверкнули. – Подлая ведьма околдовала вас!
Вот так и узнаешь, какая интересная и наполненная событиями у тебя жизнь.
Мы с Тьеном переглянулись и обменялись легкими улыбками.
– Меня? – все тем же вкрадчивым тоном переспросил он.
– Проворожила. Да, – закивала девица.
– И чем же мне должен был помочь твой… кхм… набор рукодельницы?
Может, до нее дошло, что герцог над ней насмехается, потому что на бледных щеках расцвели лихорадочные алые пятна.
– Я не знаю! – Ее откровение поражало. – Меня одна хорошая девушка научила. Добрая такая, сказала, если я все сделаю правильно, она сможет изгнать отсюда черную ведьму, сама ее место займет, вас счастливым сделает, а меня назначит старшей горничной вместо этой дуры Сандры.
Зря Сандра ее сюда устроила, на благодарность это как-то мало похоже. Хорошо, что я отправила ее домой и она сейчас все это не слышит.
– Скажешь, как зовут мою спасительницу? – продолжал тем временем Тьен. – Хочу поблагодарить лично.
– Холли Райсон.
Подленькая лицемерка. Прокляну. Мало не покажется!
Тьен выдохнул обездвиживающее заклинание и велел охране:
– К ловцам ее. Рэй, устрой перемещение. Я скоро буду и объясню там все сам.
Пока он вел допрос, все будто оцепенели и не решались и звука лишнего издать. Сейчас же с нас словно сдернули невидимые путы, хотя как ведьма заявляю: никаких пут не было и никакой магии. Это все странное соединение обаяния и умения заставить окружающих подчиняться.
– Пустите меня! Уберите руки! – верещала девица. – Говорю же, я помочь хотела! Спасти герцога от ведьмы!
Вопли становились все дальше, а Тьен давно уже повернулся ко мне:
– Ты в порядке?
– Вроде.
Мстить хочется. Но больше хочется мурлыкать и ластиться к его ладони, которая как раз гладила меня по щеке.
Похоже, это не лечится. Даже магией.
– Я с тобой.
– Может, останешься дома и разберешься с тем, что эта дрянь тут наколдовала? – Встречное предложение подтекстом таило в себе желание оставить меня в пределах контура, в безопасности.
– Куклу придется хранить. Во всяком случае, пока не вернется Анелия. Я в этом случае жертва и не могу сама разорвать связь. – Я вспомнила, что мне тоже доступна эта магия, и убрала с его лба непослушную прядь. Затем скользнула пальчиками по успевшему зарасти колючей щетиной подбородку. И улыбнулась, заметив, что он немного расслабился. – Так что я с тобой. Ну не смотри на меня так! Если хочешь домашнюю жену, еще есть шанс обменять меня на Холли.
– Не смешно, – буркнул Тьен.
И сплел наши пальцы.
– Согласна. Совершенно не смешно.
Порталом мы пользовались впервые на моей памяти. Признаться, я понятия не имела, что это возможно из дома, что у Тьена и Рэйхэма есть татуировки, разрешающие им такую магию, что… Неважно. Я просто была в шоке.
В таком шоке, что все неприятные ощущения такого перемещения прошли мимо меня.
И все еще оставалась в нем, когда обнаружила себя в кабинете, который местные стражи порядка отдали ловцам.
– Смотрю, вы там не скучаете, – усмехнулся Мэтью при нашем появлении.
Маги обменялись почти дружеским рукопожатием.
За столом, заваленным отчетами, я заметила мэтра Афлека и улыбнулась ему.
– Рады бы, но не дают, – мрачно сообщил Тьен.
– Знал бы, что брак – это так захватывающе, давно бы расстался с холостой жизнью, – поддел нас столичный ловец.
Брак явно сотворил какое-то волшебство, потому что Тьен даже не отпустил в ответ какое-нибудь колкое замечание.
Тильму переместили в какое-то другое место. По крайней мере, ее в пределах видимости не было, но Мэтью уже о ней знал. Нам же оставалось рассказать о случившемся, продемонстрировать иглы и сдать Холли. Собственно, из-за ее аристократического происхождения и потребовалось наше личное присутствие. Охранники из поместья или служанка, которые к тому же сами никак не пострадали от ее рук, не могли заявить на нее, а вот герцог мог. Он вообще много чего мог.
Мэтью отправил за Холли городскую стражу, а пока ждали, еще раз поздравил нас. Разговор как раз обещал свернуть на что-то интересное, но тут вернулась стража.
Без Холли. Дом семейства Райсон оказался пуст.
– А ее мать куда подевалась? – удивился один из столичных коллег Мэтью.
Хороший вопрос. Своевременный.
– Возможно, она сообщница. – Мэтью был верен себе.
Помня наше знакомство со старшей леди Райсон, мне бы тоже так думать; но в голове уже созрела другая теория.
– Или жертва. – Все взгляды сразу же уткнулись в меня. – Посудите сами…
– Тильма неодаренная, и если иглы можно было достать на ярмарке, то куклу для нее должна была сделать Холли, – подхватит Тьен. Иногда у нас не только силы совпадали, но и мысли. Потрясающее и немного пугающее единение. – И хочу напомнить, мы как раз ищем черную ведьму. Такую, которая могла бы сойти за местную.
Ловцы переглянулись. Версия была хорошая, и ее следовало всерьез обдумать.
– Но твоя сестра подверглась воздействию до возвращения этой девицы… – Мэтью ухватился за нитку, некрасиво торчащую из стройно составленной версии.
– Может, ведьма ее мать, – уже чуть менее уверенно предположила я. – Или Холли вернулась раньше, просто сообщили об этом в правильный момент.
– Надо выяснить, чем занималась девушка вне Келберна, – заметил мэтр Афлек. – Я отправлю запрос.
Тьен и Мэтью кивнули. Неужели все почти закончилось?!
– А что с несостоявшейся жертвой подчинения? – пришел мне в голову еще один вопрос. – Ее нашли?
– Не-ет, – протянул самый молодой ловец.
– Разве это еще важно? – Мэтью приподнял брови и одарил меня раздраженным взглядом.
Ох уж эти маги… Ни тварга не смыслят в ведьмах!
– Вообще-то, важно, – прозвучало самую малость снисходительно. Заполучив всеобщее внимание, я постаралась объяснить: – Ритуал не был завершен, но начат-то был. И если с жертвы быстро не снять воздействие, она сойдет с ума, превратится в нечисть или что-то в этом роде. У нас тут ничего подобного в последние дни не случалось?
Время мы упустили.
Я была уверена в ответе, но немного разочаровалась, когда Мэтью, Тьен и еще двое незнакомых мне мужчин покачали головами.
– Два дня назад какая-то тварь напугала судью. Но он в тот вечер выпил, поэтому сам не уверен, что ему не привиделось, – вмешался один из местных патрульных. – Горожане, кто живет ближе к реке и Старой площади, жалуются, что по ночам что-то воет совсем рядом. А цветочник сегодня утром обнаружил на витрине следы когтей.
Отчитался и смущенно отступил назад. Не по рангу ему выступать перед столичными ловцами. Повезло, что вообще решился. Так что я поспешила кивнуть и послать парню ободряющую улыбку.
– Выбери еще четверых человек пошустрее и посообразительнее, вечером будете в отряде со мной, – оценил его осведомленность Тьен. – С наступлением темноты проверим город.
Ловцы охотно подключились. Всего набралось три отдельные группы.
Места для меня, правда, не нашлось ни в одной, но я сама не сильно рвалась. Время безнадежно упущено, жертве уже не помочь, ее теперь можно только убить наименее болезненным способом. Смотреть на это мне совершенно не хотелось, лучше побуду с Энни и леди Ноарис.

Глава 13

В виде исключения, не иначе, все прошло по плану.
Мы с родственницами провели чудесный вечер в розовой гостиной. Энни играла на фортепиано, ее мать делилась забавными историями, которые вычитала в журналах, я тоже немного участвовала в разговоре.
Принцесса вроде бы закрутила очередной роман. Стало известно, что три леди в столице устроили гадания на самую длинную ночь в году, еще зимой, и все три теперь выходят замуж. По любви! Ведьмочка-студентка сглазила оскорбившего ее мага, и теперь он признается каждой встречной ведьме в любви. Жизнь кругом била ключом, и впервые мне от этого становилось так легко и счастливо.
За Тьена и остальных, правда, немного переживала, но это от невозможности видеть происходящее своими глазами. Впрочем, я сама выбрала не видеть. Ох, тварг.
– Я совсем забыла! – Энни прервала мелодию, проигнорировала осуждающий взгляд матери и сама чуточку виновато посмотрела на меня. – Брина, тебе письмо пришло. От Триски.
– От… кого?
– Помнишь девочку, которой ты дала направление в ведьминскую школу?
Ой. Точно.
Я приняла из ее рук конверт с рельефной печатью столичной магпочты.
Читала вслух. Секретного в послании ничего не могло быть, а леди Ноарис смотрела с интересом, не хотелось ее разочаровывать.
Триска в красках рассказывала, как они добрались, как ведьмы приняли ее и даже назначили стипендию, какие у них там все замечательные и как ее маму поразил бурлящий город. Благодарила меня и Мэтью за спасение и Тьена со служителем, которые дали деньги на дорогу и на первое время.
Текст закончился, а я еще несколько мгновений просидела с улыбкой. Еще у одной ведьмы все отлично устроилось. Не гордиться собой не получалось.
– А мы могли бы летом ненадолго посетить столицу? – с надеждой спросила Энни. – Ну почему нет? Там не опаснее, чем здесь сейчас. И… Брина там несколько лет жила, а я ничего, кроме Келберна и окрестностей, в жизни не видела.
– Солнышко, мы обязательно поедем, но позже, – мягко отказала леди Ноарис.
Но все же отказала. Наверное, уже не впервые, потому что в глазах ее дочери мигом вспыхнули обиженные огоньки.
– Ну мама!..
– Детка, я понимаю, как тебе хочется веселья, – улыбнулась та. – Но ты еще слишком молода и неопытна, а с твоей внешностью и богатством наверняка станешь желанной добычей для многих.
При всем своем образе легкомысленной феи, живущей журнальными премудростями и сплетнями, вдовствующая герцогиня была мудрой женщиной. В который раз в этом убедилась.
Однако и Энн сдаваться не собиралась.
– В моем возрасте ты как раз обручилась с папой, – напомнила она. – И я не дурочка!
– Благоразумие не всегда спасает от таких, как Грифорт, – непреклонно возразила мать. – Ты ведь не хочешь повторения ситуации?
Пугают меня такие моменты. Сидишь и думаешь – а имею ли я право вмешиваться? Должна ли? Есть ли у меня право голоса? И если есть, то на чью сторону встать? Они же обе правы, каждая по-своему.
Ох. Богиня, помоги. Ну вот, я ее тоже иногда вспоминаю. Как и она обо мне – в редких случаях.
Забавно так совпало: стоило додумать эту мысль, как за дверью послышался шум. Потом шаги и голоса переместились в холл. И… я толком не поняла, как очутилась в объятиях Тьена.
Живой. Невредимый. Как же я люблю его запах…
– Все целы? – Леди Ноарис пока еще оставалась герцогиней больше, чем я.
– Да. – Из-за спины Тьена вышел Мэтью и, смерив нас скептическим взглядом, прошел к хозяйке гостиной. – Если эти двое сейчас не задушат друг друга в страстных объятиях, тогда точно да.
Прицельный обстрел наших с Тьеном гневных взглядов ему нипочем.
Энни прыснула.
– Если бы вы не спасли мою дочь, я бы вам сейчас сказала, – фыркнула герцогиня и протянула руку для поцелуя.
И Мэтью ее поцеловал:
– Но я спас.
Любопытство проснулось в нас с Энни одновременно:
– Рассказывайте уже, что там было!
– Кто оказался жертвой?
Леди Ноарис кивнула в поддержку. Ей тоже хотелось все знать, но она лучше нас умела себя контролировать.
Другие маги тоже пришли. Рэйхэм, ловцы, даже тот сообразительный стражник. Он, к слову, с большим интересом поглядывал на Энн, старался не смотреть, а все равно смотрел, но я не заметила, чтобы девушка как-то реагировала. Нет, ей нужен кто-то особенный. Заранее вздрагиваю, представляя, через что придется пройти семье, пока будет заключена ее помолвка. Доктора только не было, его дома ждала жена. Так вот, только когда все вошли и расселись, Тьен изволил что-то объяснить:
– Старшая леди Райсон.
– О… – Леди Ноарис поднесла пальчики к губам в скорбном жесте.
Согласна, жаль. И где-то даже предсказуемо.
Закономерный вопрос так и напрашивался:
– Она мертва?
– Да.
– Прошло несколько дней с момента неудавшегося ритуала. – Мэтью пригладил взъерошенные волосы пятерней. – Влияние было необратимо. Она уже и на человека-то не походила.
Охочая до денег и титулов тетка мне совершенно не нравилась, но даже ей я не желала такого. Пострадать от черной магии, наполовину превратиться в опасную тварь и быть уничтоженной магами. Бедняга. Но даже если бы я случайно не испортила тот ритуал, ничего хорошего ее бы не ждало. Совсем ничего не ждало бы. Личность должна была погибнуть, а тело перейти во власть чужой воли. И превратиться в бессмысленное создание с пустым взглядом, если бы эта чужая воля его однажды отпустила.
Участь, которая ждала бы и меня, если бы Тьен не совершил невозможного.
О том, как группа Рэйхэма нарвалась на нее в саду заброшенного дома на Старой площади и без лишнего шума обезвредила, досталось рассказывать самому молодому участнику событий, и он был так горд этим, что вложил в рассказ явно больше эмоций, чем следовало бы. Леди Ноарис даже поморщилась пару раз. Подозреваю, она и в юности не была любительницей страшилок.
Теперь же и вовсе думала в первую очередь как мать:
– Бедняжка Холли…
– Ну, это как посмотреть, – хмыкнул Мэтью.
– Вы жестоки. – Ему достался осуждающий взгляд. – За короткое время девочка потеряла всю семью…
Мэтью издал короткий колючий смешок:
– И теперь, бедненькая, наверное, заливается слезами где-то… знать бы еще где.
– Мам, он хочет сказать, что Холли их и извела, – устало пояснил Тьен и в очередной раз попытался перетащить меня, сидящую на подлокотнике его кресла, к себе на колени, но я не поддалась. Не при всех же! – Она и есть наша ведьма.
Потрясенной тишины не случилось. Напротив, гостиная взорвалась бурей эмоций и звенящими голосами:
– Но как?!
– Мы же с ней почти общались!
Я предпочла отмолчаться. Развязка не казалась какой-то неожиданной, но ниточки пока связались не все. Чувство затаившейся опасности неприятно покалывало.
– И она же два месяца мучила тебя, – мрачно напомнил Тьен. – А теперь вообще сбежала. Поэтому пока ее не выловим, придется соблюдать предельную осторожность. Никаких посещений города, благотворительных сборищ, гостей. Уроки верховой езды и прогулки за пределами контура тоже запрещены.
Энни лишь шумно вздохнула.
Дотянуться до сестры Тьен не мог, поэтому зачем-то успокаивающе погладил меня.
– Потерпи, это ненадолго. Скоро мы ее поймаем.
– Очень скоро, – подтвердил Мэтью.
Тьен окинул их недовольным взглядом, а я совершенно неуместно улыбнулась и взъерошила ему волосы. Ревнивец. Мэтью в последнее время ведет себя как еще один старший брат Энни, и ее настоящему брату это не слишком нравится.
– Мы получили информацию от коллег из столицы, – заговорил мэтр Афлек. – Должен заметить, любопытную информацию.
Маги потеряли интерес и друг к другу, и к Энн и впились заинтересованными взглядами в него.
– Не томи.
– Девушки были знакомы. Ну, эта Холли и Алисия Линн Лерри, которую нашли на месте неизвестного ритуала, – щедро вывалил на нас самое интересное маг-теоретик. – Воспитанницы пансиона, и Холли в том числе, помогали в госпитале, а Линн иногда подрабатывала там сиделкой. Говорят, они как-то сразу подружились. Правда, никто не знал о ведьминском даре у Холли. Зато Линн с нескольких мест работы вылетела как раз за ведьмовство. Она вообще нигде долго не задерживалась.
Сердце кольнуло сострадание. Ладони похолодели.
– Как интересно, – протянул Мэтью.
– Больше того, – мэтру Афлеку еще было что рассказать, – примерно за сутки до того, как лорд и леди Керрингтон ее нашли, она купила билет на портальное перемещение и общественный экипаж… угадайте куда?
– До Келберна? – Синие глаза Энни горели в предвкушении решения сложнейшей загадки.
– Именно. До Келберна, – кивнул немолодой маг.
Отгадывать загадки Тьен умел лучше сестры:
– А мое пребывание в госпитале случайно не совпало с их там работой?
– Частично совпало, да.
– В яблочко, – усмехнулся Мэтью.
Узелков, завязавшихся в правильных местах, а потом слившихся в прямые линии нашей истории, стало больше. Выходило, что Холли узнала Тьена в госпитале или, вернее, узнала его имя и у нее возник план войти в семью. И какую-то роль здесь играла магия Линн.
Что ж, мерзавка вычислена. Подробности она сама расскажет, когда попадется.
– Поэтому, повторяю, соблюдайте предельную осторожность, – еще раз напомнил Тьен.
Дальше обсуждали меры. Мэтью обещал, что патруль будет обходить поместье у контура и он сам оставит свои маячки. Группы, сработавшиеся сегодня, утром начнут прочесывать лес и небольшие поселения неподалеку. Плюс ловушки, следилки и прочие маговские штучки.
Ведьма, так или иначе, проявит себя. Не здесь, так где-то еще. И тогда…
– Ну а когда все закончится, можно мне будет в столицу? – жалобно спросила Энни, стоило мужским голосам стихнуть. – Тьен, ну скажи маме! Я тоже много всего пережила и заслужила хоть каплю веселья, а не зачахнуть тут от скуки!
Герцог посмотрел на нее. На мать. Потом снова на нее. Ох, не завидую я ему сейчас.
– Пожалуй.
– Себастьен Керрингтон! – упреждающе повысила голос герцогиня.
Куда только девался безропотный цветочек? Обычно тихая женщина рычала, как волчица, защищающая свое потомство.
– Мам, спокойно, – примирительно поднял руки Тьен. – Придумаем что-нибудь. Возможно, мы с Бриной тоже поедем.
– Заверяю вас, леди Ноарис, что тоже буду рад присмотреть за Энни, как и за любым другим членом вашей семьи, – серьезно произнес Мэтью. – Ничто не помешает малышке Энн посмотреть столицу и вернуться домой целой и невредимой.
Как ни странно, Тьен слова поперек не сказал.
И его матери пришлось… ладно, не одобрить, но, по крайней мере, начать привыкать к новой для себя мысли.
– Вы самые лучшие! – выдохнула Энни, искрясь счастьем, как если бы путешествие начиналось уже завтра. – Мэтью, а ты же бываешь на балах? И многих там знаешь? Познакомишь меня с достойными женихами?
Лицо Мэтью оставалось невозмутимым даже во время схватки с демоном, а тут основательно так вытянулось:
– Ну… наверное.
– Именно так бывает, когда у тебя есть младшая сестра, – посмеивался над ним Тьен. – Это ты еще поклонников гонять не пробовал.
Очарованный стражник покраснел до кончиков ушей. Мэтью отмолчался.
А я не стала напоминать, что как раз он уже пробовал, это самого Тьена в скором времени ждут неизведанные впечатления. Сам разберется. И все прочувствует. Что же до Мэтью… как-то незаметно он стал приятелем, другом, почти членом семьи. И с Тьеном они не соперничают, слаженно работают вместе. Так мне намного больше нравится.

Ночь. Полутемная кухня. Огоньки под потолком.
Готовила в этот раз я.
Когда ведьма выходит замуж за мага, некоторые семейные правила у них складываются сами собой. Например, такое: ужин готовит тот, кто сегодня не охотился на опасную нечисть.
И с герцогскими титулами оно все прекрасно работает и сочетается.
Не сказать, что я – мастер кулинарных дел, все же работала домоправительницей, а не поварихой, но с мясом и овощами как-то справилась. Хуже, чем Тьен в свое время, но зато я шторы вешать умею. Ровно.
– Уже знаешь про историю с Рэем, Сандрой и духами? – Пока возилась у плиты, выбрала безопасную тему.
Крепло ощущение, что, если не заболтаю его, он скажет что-нибудь, чего я точно не хотела бы услышать. Например, попросит тоже сидеть дома и ни во что не лезть. Не то чтобы я против, но одно дело – проявить благоразумие самой, и совсем другое – чувствовать, как вокруг сжимается невидимое кольцо контроля.
– Угу, – мурлыкнул Тьен, наблюдая за мной с откровенным удовольствием.
– Прости. – Это было искренне. – Я не должна была лезть. Просто…
– Рэй заслужил. – Тьен даже не усмехнулся. Слова прозвучали как приговор. – Только Сандру жаль. Надеюсь, у нее это несерьезно.
Маг. Перспективная партия. И собой он ничего… Мрачный и властный. Все как невинные девушки любят.
– Почему? – Я вручила мужу тарелку.
– А сама ты как думаешь, пошел бы элитный боевой маг работать дворецким, пусть даже и к герцогу?
Примерно об этом я однажды уже задумывалась.
Похоже, пришло время задавать вопросы.
– Здесь кроется какая-то темная история? – Получив кивок, осмелела: – Он скрывается?
– Да. От угрызений совести.
Себе заварила чай и, как и в прошлый раз, уселась на стол. Увидел бы повар, его бы удар хватил!
– А нормально рассказать? – посмотрела на Тьена поверх чашки.
– Обещай, что не станешь вмешиваться и это не отразится на твоем отношении к Рэю. – Уплетать приготовленный мной ужин и одновременно выставлять условия, на мой взгляд, форменное свинство. – Тогда расскажу.
– Пфф!
– Брина, я серьезно.
Совести у магов еще меньше, чем у ведьм.
– Ладно. Считай, я его заранее простила. Слушаю тебя.
– Мы правда служили вместе и дружим еще с тех пор. Но на последнем задании Рэя в отряде уже не было, потому что… в общем, его отстранили, потому что он так упивался виной и иногда вином, что это чуть не стоило жизни ему самому и еще двоим магам. Тогда обошлось.
Недоверчивый взгляд пощекотал кожу через домашнее платье.
Тьену не слишком нравилось делиться чужими секретами, но я же жена. Со мной нельзя не делиться.
– В общем, у него была невеста. Любовь у них была, это становилось очевидно, стоило на них посмотреть. А потом… Меня в тот вечер не было в таверне, но судя по тому, что мне рассказывали, все изрядно набрались. У Рэя завязался спор с одним ловцом. Что-то насчет магии и чувств. Мол, он любит свою Лиз и никакие чары на заставят его посмотреть на другую.
Интуиция уже догадалась, к чему примерно идет рассказ. Я с трудом терпела, чтобы не поморщиться. Ох уж эти мужчины и их самоуверенность!
– Чары все же заставили посмотреть?
– Ведьма попалась сильная. И темная. – А вот Тьен скривился, как будто это ведьма была виновата! Ну само собой! – Но хуже другое. Лиз могла никогда не узнать об этом, но Рэй не сомневался, что выиграет спор. В таком случае он бы получил старинные часы-артефакт, которые хранились в семье того мага много поколений. Ну а противник хотел провести ночь с Лиз. И кто-то из компании был настолько пьян, чтобы скрепить условия магической печатью.
Богиня…
– Закончилось тем, что Лиз возненавидела Рэя и из мести вышла за того мага. А у Рэя начались проблемы, и я подумал, что ему необходимо сменить обстановку. Как видишь, не ошибся.
Хотелось рвать и метать. Желательно, порчу. Прицельно в одного дворецкого.
– Брина? Помнишь, ты обещала?
Угу. Да чтоб их с их мужской солидарностью!
– Что теперь с этой Лиз? – Я не могла не спросить. Почему-то.
– Вроде все нормально. Ребенка ждет, – пожал плечами Тьен. – Да ты сама увидишь, когда будем в столице. Они с мужем часто появляются при дворе.
Нет слов. Одни проклятия.
– Тебе крупно повезло, что тебя там не было? – прошипела, пытаясь хоть как-то выплеснуть бурлящую внутри злость.
Тьен вздохнул и подошел ко мне. Опустил горячую ладонь на коленку.
В этот раз как-то не очень успокаивало.
– Брина, прошу тебя, не говори Рэю, что я тебе рассказал.
– Ты многого просишь… – все еще шипела.
– Понимаю, – серьезно кивнул Тьен. – Но все же прошу. Он только-только поймал какое-то подобие равновесия. Не хотелось бы, чтобы он сейчас сорвался с места.
Я нехотя кивнула. Но все же не смогла не высказать свое отношение к ситуации:
– Это он недостоин Сандры, а не она его! Уж кому-кому, но точно не ему упрекать бедняжку за те духи!
Спорить Тьен не стал, качнулся вперед и поцеловал меня в нос.
– Согласен, – миролюбиво кивнул муж и попросил: – Закрой глаза.
– Не закрою, – пробурчала злобно.
– Почему?
– Тебе нельзя доверять.
Помолчали. Тьен выглядел так, словно всерьез раздумывал над моими словами.
– Дорогая, так нечестно, – через некоторое время поделился результатом этих размышлений он. – Я не отвечаю за поступки своих друзей.
– Но ты их покрываешь. – И мне это категорически не нравилось.
– Не покрываю и не оправдываю. Но даже совершивший ошибку друг все равно остается другом. Я пытаюсь помочь. – И мы вернулись к тому, с чего начали: – Закрой глаза. Пожалуйста.
Ла-адно. Надеюсь, он помнит, что я не простая девушка и в гневе особенно изобретательна по части порч…
Я послушно зажмурилась.
Ожидала поцелуя, на который я, позлившись еще немного, в конце концов бы ответила, но… на колени легло что-то увесистое. Вцепившиеся в добычу пальцы ощутили кожаную обложку с рельефным рисунком.
Не дожидаясь разрешения, я распахнула глаза… Тьен широко улыбался. А у меня на коленях лежал будущий гримуар.
Пока просто книга с хорошей восприимчивостью к темной магии, но я поработаю над ним, поделюсь силой, запишу заклинания и ритуалы, украшу обложку и страницы на свой вкус… Дыхание перехватило от предвкушения. И в глазах защипало.
– Тьен…
– Ну я же обещал, помнишь?
Да. Но вот совсем не ожидала, что меня так проймет.
– Я люблю тебя.
– То есть уже не злишься? – пытливо заглянул в глаза этот хитрый тип.
– За то, что натворил не ты? Нет. Но имей в виду, у меня хороший арсенал порч и я умею ими пользоваться!
Вместо того чтобы устрашиться, муж усмехнулся и потянулся за новым поцелуем. На сей раз настоящим.
Неистовым. Опьяняющим. Будто он доказывал себе, мне и всему миру, что имеет право меня целовать. Где угодно. Всегда. До конца жизни.
Страхи медленно таяли.
Я доверяла своему магу.
Боялась, что сказка развеется, но доверяла.
И с удовольствием тонула в нашей любви.
Следующие несколько дней прошли довольно однообразно… и нервно. Мужчины почти все время пропадали на поисках ведьмы, но удача им не сопутствовала. Мерзавка как в ночи растворилась. Однако все мы сходились во мнении, что она еще покажет себя.
Задачей женщин было ждать, морально поддерживать и не путаться под ногами. И если Энни была занята учебой и тайными сборами вещей, которые возьмет с собой в столицу, я – магией, так как приходилось следить за защитой и проверять слуг и тех же учителей, чтобы под видом кого-нибудь в поместье не проникла ведьма, то герцогиня скучала, злилась на отмененные благотворительные мероприятия и… Я всерьез опасалась, как бы она не устроила что-нибудь.
Тяжело чувствовать себя пленницей в собственном доме. Странно, что меня саму это почти не угнетало.
Радовалась сложившейся ситуации разве что Сандра, и то немного. Просто Рэй участвовал в поисках и почти не показывался в поместье, а ей было куда легче переживать случившееся, когда его нет рядом. Впрочем, как истинная ведьма, я не могла не омрачить чужого счастья и приставила Сандру незаметно приглядывать за леди Ноарис.
Вот так. Чудно. Все при деле.
С тех пор как я стала герцогиней, жители Келберна ко мне почти не обращались за ведьминскими штучками. Никто им не запрещал, и Тьен не пытался запретить колдовать мне, но отношение людей почему-то опять изменилось. Теперь от меня ждали визитов в храм и денег на обустройство качелей в общественном саду. Правда, со всем этим нормально справлялась леди Ноарис. Я же готовила некоторые лекарства для доктора Эртона, привела в порядок собственные запасы и создавала свой собственный гримуар.
Даже к лучшему, что теперь у меня полно свободного времени, потому что создание собственного гримуара – это кропотливая работа на много дней.
Занимаясь им, я вынуждена была одну за другой вспоминать все штучки, которые знала. Дело шло, гримуар сам подсказывал, что нужно. А вечером приходил уставший Тьен, целовал меня и обязательно расспрашивал, как дела. Невероятное везение, что мой герцог – тоже маг. С ним и порчу обсудить можно, и защитные чары усовершенствовать, и посмеяться над случаем из прошлого, когда я случайно наколдовала одному приставале горящие штаны. Да у него самого всяких казусов имелся нехилый багаж.
Ничего, вот уладится дело с ведьмой, тогда заживем…
Тьен не просил, но я начала ходить с Энни на уроки этикета и танцев. Мы же поедем ко двору. Там наверняка пойдем на бал.
Отличная ведьма вполне может стать приличной герцогиней. Я это всем докажу.
Долгое отсутствие Анелии раздражало и пугало. Ненавижу бояться, тем более за кого-то, а за нее мне было действительно жутко. Вот куда они запропастились? Какая романтика в такое время? И ни слуху ни духу! Поисковик мой пустой вернулся. А что, если муж все-таки запрещал ей колдовать? И когда Анелия нарушила запрет, сделал с ней что-нибудь?
Ладони холодели, стоило подумать об этом.
В первый день лета рядом с Келберном гремел праздник с танцами, кострами и купанием в реке. Нам, конечно, нельзя было пойти, и Энни это страшно расстраивало. Она чуть не плакала, хотя и не жаловалась. Но я и без ее жалоб дрогнула: отпустила учителей, потом мы сплели венки и попытались пустить их в пруду на территории поместья. А если у Тьена вечером будут силы, я его на костер уговорю…
Самой хочется развлечений. А ведь раньше казалось, что они мне совсем неинтересны.
– Пруд зарос, – сообщила Энни, сморщив носик. – Наши венки оба сразу даже не помещаются на свободном пространстве.
Пахло застоявшейся водой, и, усиленный жаром, этот запах казался отвратительным.
– Сейчас очищу, – пообещала я и выдала нужное заклинание.
Полыхнуло. Обрызгало. Но это меня – на Энни, стоявшую с другой стороны пруда, наглым образом выскочила лягушка.
– А-а! – Девушка вскрикнула от неожиданности и плюхнулась на траву.
– Прости. – Я утерла лицо и про себя пообещала припомнить это местному садовнику.
Энни вздрагивала от смеха:
– Ничего-о… Кажется, это были декоративные лягушки моей бабушки. Ох… Зато пруд чистый!
Живность квакнула и поспешила сигануть в воду.
Я обозрела успокоившийся пруд и даже одну оставшуюся желтую кувшинку, наколдовала ветерок. Ну и жара сегодня! Леди Ноарис с самого утра страдала и была не в силах покинуть выстуженную мной комнату. Энни было хоть бы что. А меня вот, кажется, тоже накрыло.
Под платьем выступила испарина.
В столице в это время года вообще нечем дышать, и ничего, я нормально переносила, а тут…
Чувствуя себя как-то странно, взяла венки и положила их на воду. Вот так. Повернулась к все еще сидящей на траве Энни. Будто против своего желания повернулась. Что?!
Разум все-таки принял то, чему отчаянно сопротивлялся. Дело совершенно не в жаре.
– Не хочешь прогуляться до города? – Будто вообще не я предложила.
– А Тьену не скажем? – глаза подруги зажглись надеждой.
– Расскажем, конечно. – Эта «не я» была удивительно благоразумна. – Со мной можно выходить. Мы отнесем Руди лекарства, которые я приготовила для него, и сразу домой. Идем?
Энни грациозно поднялась и критически осмотрела на себе платье:
– Я только переоденусь.
– А я возьму сумку со склянками.
И я правда ее взяла. Богиня… Тварг!
Кто бы мог предположить, что слабым звеном в нашей защите окажусь я. Ведь я не делаю глупостей! Не лезу на рожон! И именно я веду Энни к ведьме… Не могу сопротивляться. Совсем.
Ох. Дышать.
Внутри себя я вроде бы контролировала ситуацию, мыслила нормально, но внешнее будто жило своей жизнью. Чужой жизнью. Навязанной волей.
Пузырьки с лекарствами отправились в сумку. Туда же руки сунули куклу.
Дело в ней. Ведь Анелия так и не вернулась, а у меня не было другой ведьмы, которая помогла бы разорвать связь с предметом.
Мне подурнело. Дышать. Вот так.
Это не подчинение, иначе я бы ничего не соображала. И Холли запретила Тильме всерьез ранить меня. Выходит, я нужна ей невредимая. В свою очередь, это значит, что можно позволить себе чуточку больше.
Я боролась изо всех сил, но большее, чего смогла добиться, – короткая задержка перед зеркалом. Не думаю, что мне это чем-то поможет. Свежее платье, в которое меня переодела чужая воля, сидело неплохо. Бледные, необычно впалые щеки легко можно списать на жару.
Глаза! Зрачок расплылся, почти полностью затопил радужку. У отражения в зеркале был совершенно дикий взгляд.
Пожалуйста, пусть кто-нибудь заметит!
Тьен! Ты же чувствуешь меня! Так уже два раза было. Пожалуйста, вернись! Ты точно поймешь, что что-то не так!
Паника отчаянно билась внутри, снаружи же я спокойно повесила сумку на плечо и вышла за дверь. Ответила что-то Рите. Отдала пару мелких распоряжений. Встретила Энни и вместе с ней покинула поместье.
Вот и ответ, почему Холли воспользовалась связью не сразу: изучала меня. Ей зачем-то было нужно, чтобы все прошло как обычно.
Богиня, что задумала эта ведьма?! Зачем ей мы обе? Я же ничего не сделаю Энни, даже если она прикажет… Не сделаю? Страх сводил с ума. Кажется, мне никогда в жизни не было так страшно.
Мы пошли по длинной дороге, и даже это легко оправдывалось желанием прогуляться подольше. Дорога вилась узкой ниточкой, огибала поместье и терялась в лесу. Уже потом должна была вывести прямо в Келберн. Золотистый закат рассыпал теплые блики по траве и деревьям. Энни откровенно наслаждалась возможностью выбраться из дома.
– Успеем вернуться до темноты, – заверила ее другая ведьма моим голосом.
Вырваться не получалось. Будто меня прикололи острой иглой к проклятой кукле.
Страх холодил. Одновременно тело покрыла липкая влага. Никогда себе не прощу, если с Энни что-то случится. И Тьен тоже не простит.
От этой мысли меня словно еще на одну иглу насадило. Глупенькая, ну куда ты идешь! Бежать от меня надо!
– Кажется, мы где-то не туда свернули, – вернул меня в реальность голос Энни. – Брина, куда мы идем?
Действительно, куда? Мне стоило огромных усилий осознать, что находится перед глазами. Не знаю, какую магию применила Холли – и мне даже не стыдно, – но она полностью контролировала все внешнее. Движения, жесты, мимику, слова. Зрение в том числе.
Осмотреться все-таки получилось, и вид был по-ведьмински прекрасен. Заросли сухостоя и буйно цветущий люпин. С одного этого хоть пейзаж рисуй, потому что… ну правда красиво. Но дальше еще просматривалось кладбище с местами поломанной изгородью. Старое, даже старинное. С надгробиями, больше напоминающими произведения искусства, статуями в полный рост, с годами украсившимися наростами мха, фамильными склепами и журчащей где-то неподалеку водой.
Тва-арг. Интересно, маги здесь искали?
– Брина? – голос Энни дрогнул.
А я даже не смогла повернуть голову, чтобы взглянуть на нее.
Тьен! Ну пожалуйста!!!
– Добро пожаловать, мои гостьи, – напевно произнесла… не Холли.
Внешность была ее. И платье. Но голос, манера держаться, взгляд… К нам вышла ведьма внутри Холли.
Головоломка сложилась.
Ритуал в лесу. Самый первый. Он был нужен, чтобы переместить личность Линн в тело Холли. И прошел удачно, судя по тому, что я сейчас наблюдала. Еще одна преступившая черту ведьма. Если так и дальше пойдет, нас весь мир станет бояться и ненавидеть.
Отстраненно отметила, что она немного отпустила контроль. Наверное, хотела, чтобы я сознавала происходящее в момент ее триумфа.
Есть только один шанс. Не уверена, что получилось бы напасть, но я точно могла сделать кое-что другое.
– Энни, беги!
Напасть я тоже попыталась, но магия предсказуемо не слушалась. Жаль.
Ведьма раздраженно поморщилась.
Еще ровно миг Энни оставалась на месте, а потом с силой вонзила острый край заколки мне в ладонь и сорвалась на бег.
Ладонь обожгла боль, и она оказалась сильнее большей части подчинения. Я отчетливо ощутила, как струится по руке теплая кровь, и силу свою тоже ощутила.
Умница моя!
Времени придумывать нечто изощренное не было, и я просто ударила, стремясь хотя бы сбить Линн с ног. Выиграть время для Энни, чтобы она смогла убежать. И немного времени для себя, может быть.
Противница вскинула руку и тоже ударила. Одновременно сработал ее отражающий щит.
Тва-арг… В мире будто свет выключили. И меня вместе с ним.

Воздуха не хватало. Нет, меня не душили целенаправленно, но на шею давило и очень трудно было вдохнуть. Скрыть свое возвращение в реальность не получилось по этой же причине – я закашлялась. Облегчения это не принесло, и кожу тут же кольнул ведьмин взгляд. Притворство потеряло всякий смысл, можно открыть глаза и оглядеться.
Но сначала сморгнуть мутную пелену. Тварг, как же хочется просто дышать…
Мы находились в склепе. Полагаю, не ошибусь, если предположу, что это был фамильный склеп Керрингтонов. И Энни мерзавка все же поймала.
Крах. Но сил на панику уже не оставалось.
Я лежала на холодной каменной плите… не буду думать, чего именно. Достаточно того, что в мою шею туго вдавливался приделанный к плите ремешок с металлической дужкой. Или примагиченный. Плевать. Главное, сожмись он чуть сильнее – я задохнусь.
И так голова от нехватки кислорода мутная.
Энни повезло чуть больше: ведьма усадила ее в потрепанное кресло. Слабо светящиеся заклинания вокруг запястий, наверное, причиняли не самые приятные ощущения, но она хотя бы не задыхалась. Откуда в склепе кресло и зачем оно здесь? Ну… ведьма, похоже, тут скрывалась и нормально так обжилась. Отвлекающие чары мороков, парочка одеял, вязаная кофта, кусок отбитого надгробия в качестве алтаря. Свечи, цветы, сложенные кучей тушки мелких животных и нарисованные кровью узоры.
– Прошу меня простить за неудобства, но это лишь необходимая защита от твоих попыток колдовать. – Показалось, что ее голос прозвучал немного нервно.
Ну… я бы тоже, наверное, дергалась, если бы решила убить кого-то из герцогской семьи.
Хотя нет, я бы просто не пошла на подобную низость, вот и все.
– Линн… – говорить было тяжело.
– О, ты меня узнала. – Она склонилась надо мной, всмотрелась в лицо. – Мне жаль, Брина. Я бы хотела с тобой дружить, если бы мы встретились при других обстоятельствах.
Пошла к тваргу.
– Отпусти… Энн…
– С радостью бы. – Она провела ладонью по моей щеке, отчего меня передернуло. – Но я не могу. Ты же тоже ведьма. Наверняка догадалась, что происходит.
В общих чертах. Она узнала Тьена в госпитале и захотела стать частью его семьи. Весьма неординарным способом. Тьен и так тянул силы из сестры, и, пользуясь этим, поганая ведьма задумала занять тело Энни, вытеснив из него ее настоящую личность. В идеальном варианте – прикончив ее. Расстояние было большим, Линн не владела нужным ритуалом в совершенстве, поэтому все растянулось, Энни болела… и, думаю, в конце концов у ведьмы бы получилось. Она же порчей продлила болезнь Тьена. Но тут в ее неидеальный, но вполне осуществимый план вмешалась я.
Случайно. Гадание направило. Сама судьба, быть может.
Но ведьме дико хотелось стать урожденной Керрингтон, и она последовала в их владения за Холли Райсон. Энни была хорошо защищена, под ногами крутилась я, поэтому пришлось занимать то место, до которого была возможность дотянуться. Как же легко она пожертвовала подругой! Возможно, ее сестра что-то заподозрила. А мать просто не давала жить как хочется. В любом случае быть сестрой герцога с огромным состоянием приятнее, чем обедневшей аристократкой. Череда сомнительных решений и опасных действий привела нас всех в этот склеп…
– Смотришь на меня, будто я полная дрянь. – Вот уж не думала, что она хотя бы заметит, но ее, похоже, всерьез задело. – А мне просто не повезло! Куда идти ведьме с черным даром, если она толком не умеет жить самостоятельно? За честную работу платят гроши, мужчины так и лезут, как увидят беззащитную красотку, без порчи не отобьешься. И всегда во всем виновата! Даже если была права и защищалась. Вот ты, похоже, смогла устроиться в этом мире, за герцога замуж вышла, а я – нет!
Горькая усмешка привела к очередному приступу кашля.
Неужели моя жизнь со стороны напоминает сказку?
– Я устала от этого! Хочу жить сыто и под защитой!
– Что не делает тебя меньшей дрянью, – смогла все же выговорить я.
Ремешок не затянулся туже, но болезненно обжег кожу. У меня чуть искры из глаз не посыпались.
– Не надеялась, что ты поймешь, – сквозь зубы процедила ведьма. – Но спасибо, что избавила меня от демона. Не было уже сил изображать любовь.
И нервно прошлась по свободному пространству склепа.
Почему она медлит? Чего тянет? Ясно же, что в ее положении – чем быстрее, тем лучше.
– Брат нас найдет, – всхлипнула Энни. – У тебя ничего не получится!
– Найдет, – недобро протянула Линн. – Когда я сама захочу. У меня тварговски сильные мороки. Не бойся, детка, скоро мы с тобой будем дома.
– Не думай, что я стану молчать.
Угрозами Энн пыталась успокоить себя же. Надеюсь, ей хоть немного помогало.
– О, ты сохранишь нашу маленькую тайну.
– Энн, она хочет вселиться в твое тело, а нашими жизнями и моей кровью расплатиться с черной магией за ритуал. – Меня достал этот спектакль. Как и головокружение до тошноты после каждого сказанного слова.
Резерва я совершенно не чувствовала. И вообще ничего не могла противопоставить Линн. Ненавижу эту беспомощность! И себя за то, что втянула Энн.
– Если честно, я до сих пор сомневаюсь, кого из вас выбрать. – А вот и ответ, почему она тянет. Ей самой страшно. Настолько, что руки дрожат. – У Брины есть магия, к ней всегда можно прибегнуть в крайнем случае. Но есть и муж, с которым придется спать, а я ненавижу это.
И который сразу же раскусит подмену.
Сомнений не было ни единого, но я не стала сотрясать воздух. Его тут и без того мало.
Сама все прочувствует, когда попадет в руки Тьена.
– Красивая и богатая аристократка, которая сможет убедить брата не отдавать ее замуж вообще, в этом смысле предпочтительнее. – Она будто уговаривала саму себя. – Но придется навсегда отказаться от магии. Я ненавижу магию! Но она столько раз спасала мне жизнь…
Было страшно, погано, противно, но все же жаль эту Линн. Ей досталось в жизни не меньше, чем мне. Просто она не смогла справиться.
Кажется, она прибегла к какой-то считалке или слова заклинания прочитала по слогам и с ритмом, но без вложенной силы. Последний слог попал на Энни. Бедняжка аж зажмурилась от страха.
Ведьма кивнула с какой-то обреченностью.
– Стой… – Надежда почти растаяла, но я зачем-то попыталась выиграть еще немного времени. – Ты же не хочешь этого делать…
– А какой у меня выбор? – невесело рассмеялась Линн, опускаясь на колени у импровизированного алтаря. – Думаешь, меня простят за все мои дела?
Казнят. С запечатыванием, чтобы не было ни призрака, ни еще чего подобного. Без вариантов.
– Линн…
Кхе… Проклятая удавка.
Больше не слушая меня, ведьма прошептала что-то магическое и подцепила заранее заготовленные нити силы. Я закрыла глаза и внутренне сжалась в ожидании вспышки боли. Первой из многих. Тва-арг. Проявить милость и убить жертву заранее она по правилам ритуала не могла.
Черная магия обожает боль. Утешало лишь то, что чокнутой ведьме тоже будет больно. Слабо утешало.
Темнота перед глазами не спасала от звуков: чирканья ритуального ножа по алтарю, всхлипываний Энни… казалось, я даже слышала, как трепещет от малейшего движения воздуха пламя свечей.
От грохота вообще едва не оглохла!
Распахнула глаза. В качестве расплаты словила приступ тошноты. Закашлялась. Кажется, продышалась…
Когда же муть перед глазами рассеялась, увидела Тьена, возвышающегося над ведьмой. Он заломил ей руки над головой и с ленивым любопытством осматривал подобие алтаря и узор вокруг, который уже нарушил грубыми подошвами сапог.
Ведьма дернулась в его руках. Еще дернулась. И ничего так и не поняла. Растерянность даже превышала боль.
– Почему… Почему у меня ничего не получается?
Страх, переходящий в ужас.
Но вместо того чтобы испытать торжество, я испытывала еще более жгучее сожаление.
– Потому что мой брат умеет гасить магию, – радостно хихикнула Энни.
Пока Холли-Линн осознавала и проникалась, за Тьеном подоспели и другие маги. Склеп оказался заполнен людьми – в основном местными и по большей части мне незнакомыми, но Энн с кем-то поздоровалась. А Тьен впихнул ведьму в руки Рэю и бросился освобождать меня.
Магию «удавки» нейтрализовал, едва коснувшись кончиками пальцев. Способность, когда-то так напугавшая меня, сейчас показалась самой лучшей на свете. Пока же муж возился с замочком, я краем глаза видела, как уже знакомый молодой патрульный развеял заклинания на запястьях Энн и поднял ее на руки так бережно, словно она являлась величайшей драгоценностью во всем мире. Которая ему точно не светит, но возможность прикоснуться к ней все равно кажется огромной честью.
Рэй заблокировал силу ведьмы печатью ловца, отчего та дико заорала, и, не церемонясь, выволок ее из склепа.
Свобода. Дышу.
Я сама не поняла, в какой момент повисла на плече Тьена. Битый час заходилась от кашля. К концу последнего приступа по щекам текли слезы, меня трясло, и все это не имело ни малейшего отношения к нехватке воздуха. Эмоции обрушились бурей. Ослепили, оглушили, осели неприятным привкусом на языке.
– Прости… Я виновата. Это из-за меня…
Тьен стоически терпел мою истерику некоторое время. На самом деле долго.
Потом сдернул меня со своего плеча и строго заглянул в лицо:
– Брина, ты точно не виновата, что какая-то дрянь тебя околдовала. Давай уберемся отсюда и поскорее забудем обо всем.
Я согласно всхлипнула. Вот за что он мне такой понимающий? Не уверена, что заслужила…
Я сидела в маленькой комнатке при храме, ждала, пока служитель придет за мной, и выстукивала каблуком по каменному полу нервный ритм. У окна Анелия разбирала куклу. Следовало очень внимательно вслушиваться в себя, и тогда получалось почувствовать, как лопаются ниточки, привязывавшие меня к вещице.
Замечательно, что эта ведьма на моей стороне.
Но плохо, что, прежде чем вернуться, эта зараза все нервы мне вымотала.
А теперь сидит тут, колдует и вся аж светится от счастья…
– Невеста готова? – заглянул к нам юный помощник служителя.
Я-то да, но…
– Нет, пусть еще немного подождут, – отослала его Анелия. И уже мне объяснила: – Жениху полезно тренировать терпение.
К странностям невесты в храме давно привыкли, и мальчишка безропотно скрылся за дверью.
Злосчастная кукла превратилась в горку мусора на подоконнике.
– Знаешь, я теперь тоже буду колдовать, – доверительно поведала мне подруга. – И… у меня наконец будет дочка. Ну, я думаю, что дочка.
– Вот тварг!
Тварг. Надо было ругаться богиней. Когда я уже переучусь?!
Но Анелия лишь звонко рассмеялась:
– Представляешь, у меня шесть лет ничего не получалось. Чего я только не пробовала! – Ее просто распирало от эмоций. – А оказалось, что причина в подавленной магии. Стоило отпустить контроль и начать ею пользоваться свободно, и… я жду ребенка!
Вот что в таком случае полагается говорить, чтобы получилась не совсем банальность?
Слов я не придумала, зато встала и обняла ее крепко и бережно. Почти как в детстве, только теперь мы обе были счастливы.
– Ты же не против, что у тебя здесь будет конкурентка? – забеспокоилась ведьма в моих объятиях.
– Подруга, ты хотела сказать? – фыркнула я.
– Ну, это тоже.
– Совершенно не против. Идем уже выдавать меня замуж.
И мы пошли, не дожидаясь, пока позовут второй раз. Мне изначально не нравилась идея заставлять жениха долго ждать у алтаря. А ну как передумает? Идея устраивать настоящую свадьбу тоже не нравилась, но свекровь настояла. В чем-то она была права: местные ждали от нас соблюдения современных обрядов, а не красивой сказки о том, что мы связаны древней магией. В магии они не разбирались, а побывать на герцогской свадьбе, потом поплясать на празднике и поесть вкусной еды хотели. Пришлось уступить.
Церемонию, однако же, устроили скромную, из украшений только цветы, на мне простое кремовое платье, а в храме лишь необходимый минимум гостей.
Все равно внутри перекатывался пестрый клубок чувств. Предвкушение. Предчувствие?! Тихая паника.
Скорей бы все закончилось…
Служитель поймал нас на выходе в зал и отобрал мою руку у Анелии.
– Иди к мужу. Займите мне за столом место рядом с вами, – махнул ей и уже для меня пояснил: – По правилам невесту к жениху ведет служитель, если за нее не отвечает другой мужчина.
Я скептически фыркнула.
Он сделал вид, что не заметил вопиющего неуважения к церемониям.
Нервы напряжены до предела, требовалось на что-то отвлечься, лишь поэтому я спросила:
– А почему вы, молодой, привлекательный, разумный человек, наверняка не лишенный талантов, ушли в служение, вместо того чтобы… ну, не знаю…
Вопрос получился так себе.
Но мне давно было интересно, а случая поинтересоваться все не было.
– В служение не уходят, а приходят, – с улыбкой поправил меня служитель и совсем не обиделся. – Да, я родился в богатой и знатной семье. Но сколько себя помню, не видел для себя иной судьбы. Здесь я на своем месте. Сомневаешься? Вот скажи, кто бы еще сумел найти путь к дружбе с такой недоверчивой ведьмой, как ты?
Мы как раз подошли к Тьену.
– Надеюсь, это сейчас были какие-то наставления для благовоспитанной жены? – пошутил он, поедая меня взглядом.
– Не ревнуй, – рассмеялась тихонько.
Внутри дрожала невидимая струнка. Богиня, это правда происходит? Со мной?!
Леди Ноарис смотрела на нас со смесью радости и грусти. Энни в потрясающем бордовом платье, наоборот, не смотрела. Она так оживленно спорила о чем-то с Мэтью и еще одним магом, что вся раскраснелась и вообще получила уже два замечания от матери. Эдгар Дансвон бережно обнимал Анелию так, чтобы касаться пока еще плоского живота.
Идеально. Как и должно быть. Всегда.
Служитель занял свое место за алтарем и прочистил горло.
Мы с Тьеном повернулись друг к другу.
Но вместо напевных звуков воззвания к богине грохнула распахнувшаяся дверь, и небольшой храм заполнили люди в форме. Десятка два. И они все прибывали.
– Себастьен Керрингтон, – к Тьену подошел тот, который носил больше отличительных знаков, и продемонстрировал документ, написанный золотистыми чернилами и щерящийся черной печатью, – вы арестованы за нарушение воли императора. У меня приказ доставить вас в столицу.
В глазах потемнело. Кончики пальцев обожгла порча.

Глава 14

Не покидало ощущение, словно происходящее – затянувшийся дурной сон. Вот сейчас проснусь, а ничего не было и еще только предстоит готовиться к церемонии. Мне ее по-прежнему не хотелось, но… что угодно, лишь бы с Тьеном!
Зажмурилась с силой – и распахнула глаза.
Все еще храм. Тварг. Ну почему это никогда не работает?
– Брина?
– Что?
Я стерла мокрую дорожку со щеки. Как-то даже не заметила, что плачу.
– Ты сидишь на алтаре, – сообщила Энни.
А… Да.
– Плевать.
Служитель вместе с Анелией хлопотал над леди Ноарис, свалившейся без чувств. Им сейчас не до меня, не до алтаря и даже не до богини. Я же чувствовала себя разбившейся вазой, и мне совершенно не нравилось это ощущение.
– Почему император против вашего брака? – Энн напала с вопросами на того единственного, кто, по ее мнению, знал все ответы. – Какая ему разница? У него что, есть другая невеста для Тьена? Или другой жених для тебя?
Беда в том, что ответов я не знала. Ни одного.
Сдаюсь, я видела тот проклятый запрет. Но случилось столько всего, и Тьен никак не реагировал на злосчастную бумажку. Учитывая легенду их семьи, я поверила, что даже императорский запрет не имеет значения, если чувства и магия совпали.
И вот к чему это привело: Тьена увели, его мать в истерике, я вообще-то тоже, просто держусь лучше, а случайно вырвавшаяся у меня порча точно никому из нас не помогла. Угу, помню, нет закона, запрещающего ведьме накладывать порчу. Но император и есть закон, и попробуй догадайся, что взбредет ему в голову.
А еще людям, собравшимся перед храмом, надо что-то объяснить.
Нет, я не могу…
– Брина, не плачь, – вновь заговорила Энни, и я опять обнаружила, что у меня лицо мокрое. – Когда-нибудь ты еще посмеешься над этим. Знаешь, даже романтично, когда влюбленных весь мир пытается разлучить. Но вы же с Тьеном созданы друг для друга, а значит, точно со всем справитесь!
Может, и романтично. В книжке, когда можешь заглянуть на последнюю страницу и удостовериться, что все точно закончится хорошо. В реальности же я не была так уверена. И…
Справляться лучше бы начать прямо сейчас.
Я встала и окинула взглядом присутствующих магов.
– Мне нужно в столицу. Сейчас.
Когда что-то надо им, весь мир должен немедленно повиноваться. Ведьмы – так точно. Но в ответ на мое требование ни один даже ухом не повел.
Всхлипнула сухо и зло бросила:
– Отлично. Сама справлюсь!
Собралась направиться к общественному порталу возле станции, но Мэтью заступил дорогу:
– Брина, стой.
– Если тебе куда и надо, то в мою приемную, – заметил доктор.
Сейчас? Нашли время!
– Катитесь к тваргу! – рявкнула я, и в храме стало светло и ярко от посыпавшихся от меня искр. – Ой! Что это?!
– Ты на грани срыва, – любезно просветил Рэй. – Неужто сама не видишь? Хочешь привезти все это в столицу?
Дышать ровно не получалось.
Как и почувствовать что-то, кроме страха за Тьена. Настоящей паники. За нас.
– Я…
– Иди с Руди, – тон Мэтью стал мягче. Я и не помню, говорил ли он со мной когда-нибудь так же. Разве только в мои шестнадцать. – А я отправлюсь в столицу. В отличие от тебя, у меня там есть друзья.
Справедливо. Но когда разум помогал справляться с эмоциями? Еще немного полыхнуло, и цветы, которыми был украшен зал, разом поникли. Тварг! Я опасна.
– Что могут твои друзья против императора? – Я просто-таки взвыла от бессилия. – Чего ему вообще от нас понадобилось?
– Полагаю, ничего. Его величество просто любит засунуть свой длинный нос поглубже в чужую за… кхм. В чужую жизнь. Среди моих друзей его дочь. Она, по крайней мере, может дать нам информацию.
Звучало приемлемо.
Я опять сухо всхлипнула.
– Брина, иди. – Служитель мягко тронул меня за плечо и тут же отдернул руку, будто обжегшись. – Я успокою людей.
– Живо. – Рэй же не собирался со мной церемониться – наколдовал защиту рукам, напоминающую светящиеся подвижные перчатки, сцапал за плечи и поволок к выходу.
– Пусти! Что ты делаешь?!
– Тьен мой друг. И он точно не поблагодарит меня, если ты сейчас выгоришь. Ты же даже не чувствуешь, что с тобой происходит.
Ох, тварг. Правы все.
– Возвращайся быстрее, – попросила я Мэтью, прежде чем меня вытолкали из храма.
По дороге я все же разревелась. И выплеснула часть силы.
Повезло, что Рэйхэм додумался воспользоваться боковым выходом, и в мгновения моей слабости хотя бы лишних людей вокруг не было.
Потом, в приемной Руди, были уже настоящие рыдания и еще три выплеска, и во время последнего Рэйхэм едва удержал щиты. Но удержал. Благодаря этому обошлось без разрушений, если не считать нескольких лопнувших с оглушительным звоном банок. Излишки силы вышли, забрав с собой самые разрушительные эмоции. В меня влили несколько пахнущих травами и магией зелий и уложили на кушетку.
Ощущать какое-то время получалось лишь приятную прохладу и влагу, от которой слипались ресницы.
Внутри разверзлась зияющая пустота. Сожрала все мысли, ни единой не оставила в голове.
Кажется, я всего на минуточку задремала, а за окном уже сгустилась темнота.
Маги не расходились. Почему-то они решили, что Мэтью вернется сегодня.
В конце концов лежать мне надоело, и я села, спустив ноги с кушетки и подсунув под спину неизвестно откуда взявшуюся здесь подушку. В мыслях все еще царили отстраненность и заторможенность, но обрывки разговоров я начала понимать. Энн, Анелия и Сандра присматривают за леди Ноарис. Ее тоже пришлось напоить успокоительными зельями. А купец привлек свои связи… не совсем поняла, для чего именно, но все равно стало так приятно, что наша с Тьеном судьба небезразлична стольким людям.
Ждать пришлось долго.
И это ожидание оказалось разбавлено одним открытием, которое в другое время повергло бы меня в шок, но сейчас… случилось и случилось. Не до того.
Жену Руди я никогда не видела, просто знала, что он женат. Она не приходила к Керрингтонам, не появлялась с ним в городе, даже на нашу с Тьеном свадебную церемонию доктор явился один. Если такое поведение мне и казалось странным, то не настолько, чтобы уделить ему достаточно внимания.
Вмешиваться в чужие дела меня тянуло крайне редко, и обычно, когда это, так или иначе, касалось меня самой.
Но сейчас сохранялось еще остаточное действие лекарств. И ожидание не было занято ничем.
Поэтому, когда открылась дверь и в приемную вошла женщина, мой взгляд сразу же оказался прикован к ней.
Она шла так плавно, будто скользила. А еще… будто не видела никого, кроме Руди. Уколы темной магии тоже ни с чем не спутаешь. Жена – а на ее руке проступало точно такое же «украшение», как теперь было и у меня, – поцеловала Руди в щеку и что-то сказала на ухо. Его кулон вспыхнул. И погас. Кулон! Точно же!
Я собиралась обсудить это с Тьеном, но у нас была слишком насыщенная событиями жизнь, и доктор с его темными тайнами так и не был назначен главной проблемой.
Но такая  темная магия… Сильно.
Я сейчас просто не в состоянии решить, как отношусь к тому, что вижу.
– Тьен в курсе. – Рэйхэм присел на кушетку рядом со мной.
– А?
– Да, она мертва. Была бы, если бы не кулон. Да, он ее поддерживает. Да, для Нереццы существует только Руди, она нас даже не видит. И да, это темнейшая магия высшего порядка. – Он смотрел на меня в упор. – Тьен знает, сам лично присутствовал, когда все происходило. Потому и забрал Руди к себе, так как если его поступок станет известен, нам всем головы поотрывают.
Я прислонилась макушкой к стене и прикрыла глаза. Медленно выдохнула, чувствуя, как возвращаются эмоции.
Как же он рискует! Если об этом узнают сейчас… С другой стороны, кто и как узнает?
Ох. От страха даже зияющая пустота внутри трястись начинала.
Но то, как Себастьен Керрингтон поддерживает друзей… Полностью, несмотря ни на что, даже если с чем-то не согласен. Пожалуй, если бы еще не любила, влюбилась бы в него, сраженная лишь этим.
– Брина, это Нерецца, моя жена, – вспомнил о формальностях доктор.
– Рада знакомству. – Было нестерпимо странно говорить это женщине, которая даже не видит меня.
Но она посмотрела почти на меня и улыбнулась. Наверное, муж ей подсказал.
То есть они общаются и она нормально соображает.
Мир просто взрывался от таких странностей! Подумалось, что, если хочу провести жизнь с Тьеном, надо привыкнуть.
В глазах опять начало щипать от подступающих слез.
Впрочем, очень скоро мне стало не до Руди с Нереццей и вообще не до чужих проблем.
Мэтью вернулся. Уставший и немного помятый, но совсем не такой мрачный, каким мог бы быть, если бы с Тьеном уже случилось что-то плохое. Ну, мне так показалось с первого взгляда.
Мы все переместились в дом доктора. Нерецца все еще не видела нас и подозрительно напоминала тень, иллюзию, фантом, но ужин был накрыт на правильное число человек. Так странно. И кусок в горло не лезет от волнения. Хотелось немедленно вытрясти из мага все подробности и одновременно оттянуть момент истины. Вдруг там что-то плохое?
– Ну что, ты говорил с Альдой? – первым потерял терпение Рэй. – Что там нашему наказанию в голову взбрело?
– Брина, ешь. – Внимания же Мэтью первой удостоилась я. – Иначе мы отложим разговор до завтра.
Шантаж. Подло, но действенно.
Я принялась заглатывать еду, толком не жуя и абсолютно не чувствуя вкуса.
– Его величество не желает в семье ведьму, – устало сообщил Мэтью. – Такую ведьму.
Ожидаемо. Я с особой страстью вонзила вилку в кусок мяса.
– А чем ему Брина не угодила? – удивился Руди. – Молодая, здоровая женщина. Симпатичная. К тому же ее магия усилит род.
– При условии, что император желает усиления рода Керрингтон, – многозначительно заметил Мэтью. – Но он успешно прикрывается благородными мотивами. Как всегда. Мол, девушка провела в руках ведьмы много лет и та чего только не творила с ее даром. Такая родственница не совсем подходит правящей семье.
Звучало и правда разумно. Когда произносил кто-то другой. И если отключить чувства.
– Но как же то, что мы совпали? – спросила тихо. – Мы женаты, в конце концов!
– По древнему обряду, который не имеет законной силы.
– Не имеет?
Тьен говорил другое.
– Император сегодня утром принял новый закон.
Тварг! Мерзкое бессилие. Полное. И брызги горечи на душе.
– Ну и что он собирается делать? – полюбопытствовал Рэй, будто ему в самом деле было интересно, не более.
– Держать Керрингтона в заключении, пока не одумается, – с колкой усмешкой начал перечислять Мэтью. – Давить и подкупать. Если не получится, шантажировать Бриной. В конце концов, она – черная ведьма и напала на его доверенное лицо. Значит, опасна. А это, в свою очередь, значит, что она может быть наказана. И только от Себастьена будет зависеть, насколько сильно.
Чувство бессилия нарастало, сдавило тисками шею, заставило мир пошатнуться.
Сомнений не было: ради меня Тьен сделает все. Все, что потребуют. Чтобы спасти меня. Тварг, как же обидно, что между нами вбили клин именно тогда, когда у меня не осталось сомнений…
– А что собирается делать Альда?
Следующий вопрос Рэйхэма совпал с идеей Руди. Точнее, Нереццы, но она прошептала несколько слов на ухо мужу, а уже он перевел:
– Может, у него и более подходящая невеста для Тьена имеется?
– Нет, но не исключено, что она скоро появится, – с пугающим предвкушением протянул Мэтью и встал. – Брина, ты доела? Идем со мной. У нас на эту ночь большие планы.
Прозвучало так, что у меня изморозь по коже пошла.
– Что ты задумал?
Бежать за ним я не торопилась. Уже нет.
– Не можешь остановить события, управляй ими, – снисходительно и непонятно бросил Мэтью. – Брина, подъем! Или ты не хочешь навестить мужа в холодной темнице?
Меня так и сдуло с места. Хочу! Даже если саму меня оттуда уже не выпустят.
Дворцовые ворота мы проходили глубоко за полночь. Мэтью показал знак ловца, и одна из его татуировок сбежала к ладони, меня же просто пропустили с ним. Попросили откинуть капюшон и показать лицо, но больше никак не проверяли. Думала, это случится дальше, но пока пересекали несколько дополнительных уровней охраны и парк, нам никто не попался навстречу. И тихо было… страшно тихо. Не считая пения цикад, но оно лишь дополнительно било по нервам.
На кончике языка вертелись тысячи вопросов, но я терпела.
Здесь вообще можно говорить? Как себя вести? Мне ничего не объяснили.
Наверняка же в Келберне зарегистрировали, что я воспользовалась общественным порталом вместе с Мэтью. То есть посещение неугодной ведьмой столицы не останется тайной.
При себе у меня ни денег, ни документов.
Возвращаемся к тому, что мы для чего-то идем во дворец. Самое время к этому вернуться.
Тьена здесь держат? Или что?
Стрельнула взглядом на шагающего чуть впереди Мэтью. По его привычно строгому виду так не скажешь ничего.
Но он не мог предать. Или… Не мог. Точка.
– Брина, я сейчас дымиться начну от твоего взгляда, – строгий вид никуда не делся, а вот в голосе отчетливо проступали насмешливые нотки.
Очень уместно!
– А ты бы на моем месте как реагировал?
– Разнес бы тут что-нибудь, – опять удивил ловец. И немедленно вновь стал серьезным: – Спокойно, двор сейчас в летнем дворце и останется там до середины осени. Здесь почти никого нет.
– А Тьен…
– На территории основной резиденции императора есть тюрьма.
Слова заставили поежиться.
Реальность же привела меня к особняку в пять этажей, окруженному дополнительным контуром и садом в несколько уровней, расположенном на возвышениях таким образом, чтобы остального комплекса из зарешеченных окон не было видно. Здесь держали особо задиристых дуэлянтов, провинившихся иностранных послов и представителей драгоценной аристократии, невзначай вызвавших недовольство повелителя. Разумеется, условия для них были комфортнее, чем для рядовых мошенников, воришек и головорезов. Куда как комфортнее. Да что там, подобной роскоши я даже в поместье Керрингтонов не видела!
Я никогда не пойму их мир. Хотя бы его не мучают. Ох. Спокойно, Брина. Не сходи с ума.
Наше появление не удостоилось ровным счетом никакого внимания. Охранники бессовестно дрыхли на посту, один даже бормотал что-то сквозь сон. Местный… э-э… дворецкий тоже спал. Сдается мне, это все не просто так. Но отвечать на очередной прожигающий взгляд Мэтью и не подумал. Пришлось сочинять выводы самостоятельно. Он же дружит с принцессой? Ну вот. Это должно что-то объяснять.
Позади остались четыре лестницы и бесконечное множество коридоров.
Сложилось ощущение, что Тьен здесь единственный заключенный сейчас.
В конце концов мы остановились перед дверью, похожей на все остальные двери здесь. Мэтью коротко поколдовал, щелкнул замок – и я утратила способность рассуждать, связно соображать и внятно говорить.
Со всхлипом бросилась к Тьену. Вцепилась в него изо всех сил. Утонула в бесконечно любимых объятиях.
Богиня… Тварг. Кто-нибудь, помогите!
– Трэванс, я тебя однажды прикончу, – пронеслось над макушкой недовольное. – Зачем ты ее сюда притащил?
Я всхлипнула и мстительно вцепилась в него еще и ногтями.
– Это милое создание загрызло бы меня, а потом еще сверху прокляло, если бы я рискнул отказаться, – спихнул все на меня бессовестный ловец. – Имейте совесть, хватит обжиматься! У нас мало времени. Надо еще обсудить план.
Герцог тоже умел быть заразой еще той, иначе бы я в него не влюбилась. Оторвав меня от себя, он быстро вытер мои мокрые щеки и накрыл губы поцелуем. Вдохновенным. Таким, что колени ослабли и на время я забыла, что в тюремных апартаментах мы не одни.
Опомнилась, когда Мэтью там… на пол сплюнул?! И комментарий не постеснялся отпустить:
– Ну-ну. Вы еще перейдите к исполнению супружеского долга, у вас же первая брачная ночь должна быть. Не стоит меня стесняться.
Тва-арг. Нас друг от друга как молнией раскидало.
Пока же я пыталась отдышаться и запретить себе снова реветь, Тьен почти нормальным голосом произнес:
– Полагаю, план еще предстоит придумать.
– Уже придумали, – отмахнулся Мэтью и оседлал явно антикварный стул, уложив на спинку руки, а поверх подбородок. – Вы расстаетесь и признаете, что роман был приятной ошибкой, не более.
– Нет! – вскрикнула я и мотнула головой.
– Вали к тваргу, – поддержал муж.
Да, муж. И мне плевать, что об этом думает весь остальной мир. Нам.
Мэтью вздохнул с интонацией «ну как с вами трудно!» и зашел с другой стороны:
– Как насчет получить законное право быть вместе, еще и обвести вокруг пальца его пыльное величество?
Тьен заинтересованно изогнул бровь.
Я вздрогнула, обнаружив, что он как-то незаметно оказался рядом и сжал мою руку.
Мэтью продолжал молчать и испытующе смотреть на нас.
– Интересно, – вынужден был признать вслух герцог.
– Вам придется разбежаться, – повторил свою первую мысль Мэтью. И поспешил уточнить: – На время.
– Уже не так интересно. – Тьен крепче сплел наши пальцы.
Движение удостоилось снисходительного взгляда.
Легко ему тут рожи корчить! А от меня будто часть по живому отрывают!
– Вы же понимаете, что так просто вас в покое не оставят. Если император что-то решил, так тому и быть. Вспомни историю с помолвкой Альды, – терпеливо увещевал нас, надеюсь, все-таки друг. – Я предлагаю реальный шанс. Но действовать придется прямо сейчас.
Еще немного больнее. Хлюп.
– Что именно ты предлагаешь? – Тьен смотрел прямо на собеседника, и в его взгляде появились льдинки.
– Небольшое приключение, – прозвучало даже весело. А у меня все равно сердце в пятки провалилось. – Брина должна исчезнуть. Ну, знаете… Новое имя, новая внешность, новая жизнь. Знакомство с герцогом Керрингтоном на балу в середине осени, головокружительный роман и помолвка, благословленная самим императором. Воспринимайте это как небольшое развлечение в начале семейной жизни.
В середине осени. Пять месяцев почти. При условии, что все получится.
– Нет… – тихо выдохнула я, но меня никто не слушал.
– Что взамен? – деловым тоном поинтересовался Тьен.
– Не понимаю, о чем ты. – Мэтью картинно развел руками. – Мы же друзья!
Повисло короткое молчание, во время которого я лишь утвердилась в ощущении, что решения здесь принимаю не я.
– Передай принцессе Альде, что я очень ценю ее дружбу, – ровно произнес Тьен, глядя Мэтью прямо в глаза.
– Я передам, – кивнул тот. – Она будет рада это услышать.
– Идите все к тваргу!
Я сорвалась, рванула руку, слезы опять заструились по щекам. Еще успела заметить, как Мэтью поморщился. Но Тьен, конечно, никуда не отпустил. Наоборот, притянул ближе, заключил в объятия, жарко выдохнул в волосы, покрыл лицо поцелуями:
– Незабудка, у нас нет выбора.
Молчу. А что тут скажешь? Выбора у нас правда нет, но от этого не легче.
– Люблю тебя.
Хлюп.
– И ты меня любишь, я знаю.
Слишком больно. Как другие это переносят?
– Клянусь, я тебя найду, – горячо прошептал Тьен так, что одна я могла слышать.
Боль кровоточила ядом.
Вдруг что-нибудь случится и он не сможет сдержать обещание? Почему бы императору не подобрать ему другую, более выгодную невесту? А что, если они все сговорились и сейчас просто пытаются красиво отделаться от меня?
Сомнения вернулись и захватили с головой. Всхлипнув в последний раз, я высвободила руку и направилась к выходу.
– Брина, скажи что-нибудь…
Тьен попытался меня поймать, но я ускользнула. За линию, где заканчивались отведенные ему покои и которую он пересечь не мог.
– Найдешь, тогда и скажу. – И вышла, не оглядываясь.
Мэтью ухмылялся, и это бесило настолько, что последние несколько мгновений я только и мечтала врезать ему. Надо признать, это отвлекало от болезненных переживаний. Немного.
– Если тебе интересно, предложение насчет работы всегда в силе, – первым не выдержал он.
– Засунь его себе…
Поворот.
Я давно сбилась со счета и потерялась в хитросплетении коридоров. Оставалось лишь догадываться, куда пропали лестницы. Они точно были на пути сюда, но сейчас мы не преодолели ни одной. И интерьеры, кажется, стали еще роскошнее… впрочем, я не очень разбираюсь во всех этих финтифлюшках.
– Повезло, что я не влюбился в тебя, – кое-кто продолжил напрашиваться на зловредную порчу. – Ты мастерски умеешь мотать нервы. Как все ведьмы.
– Иди к тваргу! – Никакой магии. Да я просто мастер самоконтроля! – И скажи ему, если он мне изменит, я узнаю.
– Кому, тваргу? – ужаснулся ловец.
– Ты все понял.
Хотелось сыпать ругательствами и швыряться проклятиями, но я просто шла. Бездумно. Не особенно следя, куда именно. С трудом веря, что все это происходит по-настоящему. Богиня, я же не успела ничего объяснить Энни… И попрощаться с Анелией. С Сандрой тоже. В поместье и Келберне у меня осталась целая жизнь. Та самая жизнь, которую я так долго себе не разрешала. Непозволительно долго. Потому что догадывалась, как это может быть больно.
– Запомни главное, – вдруг заговорил совсем другим тоном Мэтью. – Тебя зовут Иджи. Имоджин Тосуорт. Запомнила? Повтори.
– Иджи. – Мое родное детское прозвище отозвалось щекотными искрами под кожей. А вот полное имя не вызвало совсем никакой реакции: – Имоджин… Тосуорт.
Что, правда? Да какая, к демонам, разница!
– Умница, – серьезно кивнул Мэтью. – А теперь иди вперед и повторяй про себя эти имена. Четко. Уверенно. Они служат ключом от заклинания и позволят тебе сохранить память при переходе.
Какой еще переход? Память?!
– Эй…
– Вперед. – Мэтью бесцеремонно подтолкнул меня в спину. – Живо. Не забывай повторять имена. Ты же не хочешь забыть своего Тьена?
На меня будто холодный душ пролился.
Впереди раскинулся коридор, по которому мы точно не шли. С зеркалами. С огромным количеством зеркал. Они висели везде: на стенах, на потолке, были вделаны в пол. Разных форм. И отражали меня, части меня, друг друга и отражения… и кусочки реальности, которой вообще не было в этом коридоре. Дивной красоты замок. Цветущую природу вокруг.
Страх сковал что-то чувствительное внутри. И-мо-джи…
Заполошно оглянувшись, обнаружила, что ни конца жуткого коридора, ни Мэтью там уже нет.
Все мое существо пронзила незнакомая магия. Иджи, Иджи, Иджи!!!
Кажется, уже поздно. Зеркала все разом засветились желтоватым светом, создавая новый коридор.
И я навсегда перестала существовать…

Прошло три месяца

К хорошему быстро привыкаешь. Например, спать на облаке мягкой перины вместо сбитого тюфяка. И к отсутствию кошмаров тоже. Давненько их уже не было. В последнее время остался только один сон, и тот не пугал, но оставлял приятную мечтательность после пробуждения.
Я брела в тумане, который с трудом позволял рассмотреть очертания замковых башен и цветущий сад. Шла и шла. Не задумываясь особенно и не выбирая направления.
– Иджи!.. джи… джи… джи! – голос разлетался эхом. – Ничего не бойся. Я тебя найду!
Умиротворенно вздохнула и открыла глаза. А я и не боюсь.
Годы страха остались позади. Теперь иногда даже казалось, что все это было не со мной.
Ведьма – красивая и ужасная одновременно. Она убила мою семью – отца, маму, братьев – и потом долгие годы безраздельно царствовала в моих снах. В ту ночь у меня пробудилась моя собственная магия. Это позволило мне скрыться. И одна семья арендаторов подобрала меня, укрыла и растила как свою собственную дочь. У них было четырнадцать детей, включая меня, и иногда на ужин оставался один позавчерашний пустой суп, но все лучше, чем в подчинении у жуткой ведьмы или окровавленным телом на полу родительского замка. Я не жаловалась. Потом появился ловец, рассказал, что той ведьмы давно нет, а корона сберегла для меня наследство.
И вот я здесь. Леди Имоджин Тосуорт. Непривычно так. Диковато даже.
И по огромным залам иногда страшно ходить, но я учусь мирно сосуществовать с тенями болезненных воспоминаний.
– Госпожа, вы проснулись? Ох и ранняя вы у меня пташка! – в комнату впорхнула розовощекая Тамми и раздернула шторы. – Там Эллиоты передали свежий творог, молоко и оладьи. Они как будто до сих пор считают себя вашими родителями. И еще очень благодарны за новый дом и освобождение от арендной платы.
– Это меньшее, что я должна была для них сделать.
В ванной меня ждал пышный букет цветов и бессчетное количество баночек с ароматными притирками.
– Их младшенькая зовет вас на свою свадьбу, – трещала из комнаты моя камеристка. – А ведь вам и о собственной нужно подумать… Маркиз Шуотт страшно обиделся на ваш отказ.
– Он старше меня почти в два раза. И совершенно мне не нравится.
– Так вам уже двадцать четыре, нет времени выбирать! – всплеснула руками Тамми. – Ох, госпожа, не сердитесь, но кто вам еще все скажет! Ни батюшки, ни матушки, ни старшего брата, бедный одинокий цветочек! Беззащитная совсем.
– Магия меня защитит, – заверила я, возвращаясь в комнату.
– Не понимаю я этой магии. К чему она порядочной женщине? – Она распахнула дверь в гардеробную и осмотрела стройные ряды платьев. – Розовое или серое?
– Светло-зеленое, пожалуйста.
Защищать, на мой собственный взгляд, меня следовало разве что от самой Тамми, которая угрожала свести с ума своей болтовней. Еще и советы по каждому поводу давать пыталась, хотя сама не умела ни читать, ни писать. Вот и сейчас не могла остановиться, болтала что-то про сельскую свадьбу, на которой мне точно не место, потом запнулась и выдала едва не забытую новость:
– Еще письмо пришло от господина Мэтью. Вместе с ним приглашение на бал середины осени в императорский дворец. В самой столице, представляете?!
Естественно. Где бы еще жить императору?
Но Мэтью просто сказочный фей какой-то! Обещал мне эту поездку и устроил!
– Мы ведь поедем, верно? – вцепилась в меня камеристка.
– Я поеду, – пришлось сделать над собой небольшое усилие и подавить улыбку. – Возьму с собой кого-нибудь из девушек помоложе. Может, кого-то из приемных сестер. А ты останешься здесь и присмотришь за всем.
О да. Разумеется, я благодарна судьбе и стараюсь ценить каждую мелочь.
Но это совершенно не значит, что собираюсь все путешествие слушать ее трескотню и бесполезные наставления.
Путешествие с помощью общественного портала далось мне нелегко, что-то там вошло в противоречие с моим даром, и пока названая сестра и служанки вовсю готовились к балу и прочим весельям, которые обещали растянуться на неделю, а то и дольше, я могла только лежать и постанывать.
Сущий кошмар. Как будто меня разорвало, а потом собрало обратно.
Ни цветы, присланные Мэтью, ни подарок императора, который вроде как являлся моим опекуном, настроения не спасли. Я провалилась в зыбкий сон, где меня поджидало знакомое: «Я тебя найду! Я иду за тобой…»
Ох. Лучше бы побыстрее. И пожалуйста, окажись хотя бы симпатичным. Потому что мне правда уже двадцать четыре, и как бы не оказаться замужем за каким-нибудь жутким индюком.
Необученная ведьма с богатым наследством в нашем жестоком мире не так уж защищена.
Повезло еще, что Мэтью Трэванс немного покровительствует мне.
Платье, присланное для меня, было великолепно. Золотисто-бежевое, богато расшитое драгоценными камнями, оно с виду казалось тяжелым, но таинственным образом обтекало фигуру и пышными складками спадало до пола. Держаться на каблуках я за последние дни научилась в совершенстве. А восторг предвкушения победил дурноту. Съесть я все равно не смогла ни крошки и теперь ощущала себя легкой, как лепесток.
Бал середины осени проводился каждый год и являлся своеобразным прощанием с летним дворцом. Целая неделя веселья, обещающая завершиться праздничным фейерверком. Говорят, там разразится целое представление в небе.
Пока же я прильнула к окну кареты и жадно всматривалась в исторические здания, оживленные улицы, огни фонарей, заповедный лес, бурную реку с мостами, а потом в дивной красоты воздушные ансамбли летнего дворца.
Да тут целый дворцовый город! Весь кружевной, будто парящий на холмах.
Взрывающийся всеми оттенками алого и золотого. В летнем дворце уже вовсю царствовала осень, самое время двору перебраться в основную резиденцию императора в городе. И празднества прекратятся до смены года. Тогда, насколько я знаю, будет карнавальная неделя и еще много всего.
Лошади остановились, и карета тоже замерла. Лакей в парадной форме помог мне выбраться.
На мгновение я почувствовала себя неуютно: неприлично незамужней особе появляться в обществе одной. Однако неприятное чувство скоро было изгнано. Ко мне спешил улыбающийся Мэтью Трэванс.
– Вот и ты. – По мне прошелся нарочито оценивающий взгляд. – Молодец, что выбралась.
– Разве я могла отказаться от вашего приглашения?
Намек на реверанс. Вот так. У меня хорошо получается.
– Запросто. – Он предложил мне руку и повел по цветущей аллее к широкой белоснежной лестнице. – Я сам не любитель гулянок, но должен признать, здесь их умеют устраивать.
По лестнице поднимались нарядные люди. За одной дамой аж шестеро слуг тащили огромный шлейф.
– Как подопечная короны, ты могла бы поселиться во дворце, – объяснял Мэтью, пока мы преодолевали ступени. – Но я подумал, что в собственном городском доме тебе будет комфортнее, чем в маленькой комнате здесь. Но здесь, разумеется, веселее. Так что если ты хочешь…
– Думаю, мне хватит веселья на балах. Спасибо за все!
Мое благоразумие было одобрено кивком.
– Идем, познакомлю тебя кое с кем.
Наверху лестницы стоял человек с огромной книгой, в которой, стоило нам пройти мимо, вспыхнули наши имена. Защита пропустила нас. Дополнительная охрана, поставленная здесь больше для внушительности, лишь безразлично мазнула взглядами.
Летний дворец представлял собой коридоры и этажи каменного кружева, построенные вокруг внутреннего дворика-сада. Основную часть времени гости проводили в нем, практически на открытом воздухе, что сводило к минимуму обмороки дам. Были, конечно, залы для игр, танцев, отдельные женские и мужские гостиные. Но даже император с семьей находились в чудесном внутреннем саду. Уверена, у них тут предусмотрена какая-то защита на случай дождя.
Или погодный маг заблаговременно поработал. Или…
Мы с Мэтью подошли к молодой женщине в тиаре. Он низко поклонился, и я поспешила сделать то же самое. Ох. Я, конечно, теперь леди, но понятия не имею, как держаться с сильными мира сего.
– Моя принцесса.
– Так вот она какая… – Внимание ее высочества всецело было приковано ко мне. – Миленькая.
Щеки пощипывал румянец смущения.
Странное чувство, когда тебя разглядывают, как бабочку из любимой коллекции.
– Как дела? Обжилась в родном доме? – исследовательский интерес во взгляде императорской дочки сменился почти искренним участием. – Может быть, тебе что-нибудь нужно?
– Уже почти привыкла. – Я постаралась очаровательно улыбнуться. Ох. Надеюсь, правда получилось очаровательно. – Я и мечтать об этом не смела! Я имею в виду бал… и все остальное.
Вот улыбка была искренней. Кажется, наследница из провинции принцессу забавляла.
– Повеселись тут хорошенько. В случае чего, ты всегда можешь обратиться ко мне.
По правилам с меня требовалось аж три благодарственных поклона.
Несомненно, и она, и я прекрасно знали, что обратиться к ней я не посмею.
Некоторое время спустя мы с Мэтью стояли у статуи прекрасной девы, руки которой скручивались затейливым образом и уходили в колонну, поддерживающую одну из верхних террас. Я допивала второй стакан шербета и пыталась унять бешеное сердцебиение.
– Все в порядке, – немного снисходительно улыбался мой покровитель. – Альда не кусается. Рискну заметить, она лучший человек в этой семье.
Я не ослышалась? Он имел в виду правящую семью? Он серьезно сказал так о правящей семье?!
– Рискну заметить, – у меня получилось скопировать его тон, – мне показалось, что у вас особые отношения.
Интуиция. Догадка. Все это на уровне предчувствий и ощущений, они ничем себя не выдали.
– Тебе не показалось, – усмехнулся Мэтью.
– О!
Опять снисхождение промелькнуло. Я что, сморозила что-то не то?
– Не знаю, что ты там себе подумала, но мы просто друзья.
– Ничего не думала! – получилось даже убедительно.
– Так сложилось, что император сначала заключил помолвку своей дочери с линдоррским принцем, а потом передумал. – Мэтью чуть поморщился и опустил веки. Наибольшее неодобрение, что он мог себе позволить. – Громкий скандал вышел. Мне выпало ехать в Линдорру и возвращать взбунтовавшуюся принцессу.
Подробностей он не рассказал, но я сама поняла, что эта женщина в короне любила. И ее сердце было растерзано.
– После такого обычно становятся врагами. – Признаю, шутка не самая удачная.
– А мы стали друзьями. Лучшими.
Я почти допила шербет, и места для еще одного во мне уже не осталось. Наверное, теперь Мэтью пригласит меня танцевать, а потом передаст кому-то другому. Я ведь нахожусь здесь, чтобы заводить подходящие знакомства. Но мне самой, если честно, больше нравилось рассматривать архитектуру и людей. К тому же, пока мы стояли, меня представили нескольким дамам. Чем не знакомства?
Как раз хотела попросить своего сегодняшнего спутника прогуляться немного, но…
Ищущий взгляд. Иголками в кожу.
Я проглотила вдох и не смогла противостоять потребности повернуться. А сделав это, буквально утонула в поглощающем внимании молодого мужчины.
Симпатичного, но он так смотрел. За гранью приличий. Будто собирался съесть меня взглядом. Будто всю жизнь искал и наконец нашел. Только сейчас. И еще сам не верил. Я попятилась и поспешила бы уйти как можно дальше, если бы Мэтью ему приветственно не махнул.
– Тьен, давай к нам!
Тьен.
Волна жара пронеслась от макушки до кончиков пальцев, спрятанных в туфлях.
Не отрывая от меня пристального, какого-то дикого взгляда, мужчина приблизился к нам. Да он вообще казался слегка диким. Встрепанный, совершенно неидеальный и в то же время привлекательный. Притягательный. Видимо, он напугал меня не настолько, чтобы я не смогла это признать. И сразу же, будто он мог подсмотреть мои мысли, покраснела.
– Вот вы где, – почти прохрипел странный тип. – А я вас по всему дворцу ищу.
– Так бывает, когда не хватает терпения. – Мэтью щедро полил сочувствие сиропом из сарказма. – Знакомься, леди Имоджин Тосуорт, та самая девушка, которую я недавно нашел в приемной семье. Его величество поручил мне оберегать ее, пока это право не перейдет к кому-то другому.
Огонь в направленном на меня взгляде не то что не затих, он все разгорался.
В этом взгляде запросто можно сгореть.
– Имоджин, это мой давний друг, герцог Себастьен Керрингтон, – подбодрил меня кивком маг. – Не хочу показаться свахой, но ему нужна невеста в еще большей степени, чем тебе жених. Осталась последняя неделя до истечения выделенного императором срока.
– Очень приятно, – выдохнули мы одновременно.
– Надеюсь, вы поладите. – Мэтью ответственно исполнял роль дуэньи.
Ну, этот герцог всяко симпатичнее стареющего маркиза.
– Какого еще маркиза?!
Ой. Кажется, я сказала это вслух.
– Ничего серьезного, – со странной понимающей усмешкой отмахнулся Мэтью. – Лучше пригласи ее на танец, пока не увели. По дворцу еще вчера ходили слухи о новенькой с наследством.
Показалось, что герцог скрипнул зубами.
Это был самый странный танец в моей жизни. Не то чтобы раньше их было много. Я даже не старалась попадать в такт и понятия не имею, попадала ли. Потерялась. Вдыхала его запах – изысканный, с резкой тимьяновой ноткой, – дрожала от ощущения иголок по коже, нервничала под этим прожигающим насквозь, испепеляющим дотла взглядом, рассматривала дорогой костюм, надетый с небрежностью, которую могут себе позволить лишь истинные аристократы в бессчетном поколении, бунтарскую небритость на красивом лице и татуировки боевого мага, любопытно высовывающиеся из-под белоснежных манжет.
Опомнилась – а это был уже третий танец. Вопиющее нарушение приличий. Просто плевок в них.
Четвертый танец тоже бы состоялся, если бы я не остановила это.
Но я не могла. Просто дышала и позволяла партнеру вести. А он держал бережно, словно величайшее сокровище на свете, но крепко, как если бы вообще никогда не собирался отпускать. И все смотрели на нас.
Плевать. Наверное, я бесстыжая. Неприятное открытие, но на это тоже было плевать.
И на застывшего перед нами осуждающей статуей мага в форме, но он заговорил, чем разрушил все волшебство:
– Его величество ждет вас обоих. Немедленно. Прошу за мной.
– О…
– Доверься мне. – Герцог сжал мою руку. – Все будет хорошо.
Придворные провожали нас сочащимися любопытством взглядами. Не берусь утверждать, в этой суматохе вообще что-либо утверждать сложно, но, кажется, самую неоднозначную пару вечера сопровождала и парочка следящих заклинаний. Скучающие аристократы ждали либо скандала, либо хоть чего-нибудь интересного.
А у меня сердце прыгало как бешеное. То в горле колотилось, то норовило провалиться холодком в желудок.
– Герцог Себастьен Керрингтон и леди Имоджин Тосуорт, – объявили нас.
Императора выдавала только корона, а так в молодящемся мужчине с тусклыми глазами не было ровным счетом ничего императорского. Он небрежно махнул рукой в перстнях, отпуская служивого мага, и мы оказались прямо перед ним. Я невольно поежилась и сделала шаг назад, чем неожиданно для себя заслужила одобрительный взгляд правителя.
Меня посчитали скромной и благовоспитанной.
Поклоны и прочая мишура прошли как-то сами собой.
– Я намеревался поговорить с вами с каждым по отдельности, но раз уж вы так удачно свели знакомство, нет смысла просить вас присмотреться друг к другу. Это самая выгодная партия, которую я смог придумать. В последний вечер праздничной недели заключим помолвку. А пока учтите, непослушания я не потерплю! – От нас тоже отмахнулись небрежным жестом. – Все, идите. Не вздумайте меня расстроить после всего, что я сделал для вашего счастья.
– Да, ваше величество. – У нас удивительно получалось говорить одно и то же одновременно. – Спасибо!
Герцог увлек меня куда-то между колоннами и клумбами, к винтовой лестнице, ведущей на верхние террасы.
– Полностью в его стиле не поинтересоваться желаниями никого из пары, – мрачно буркнул Себастьен.
– Мне жаль…
Но меня никто не слушал.
По пути к нам присоединился Мэтью:
– Что было?
– Куда мы идем? – Я попыталась высвободить руку.
Безуспешно. Не один император тут не интересуется чужими желаниями. Еще дернулась.
Себастьен огляделся, убедился, что буйная растительность нас надежно скрывает, и бесцеремонно закинул меня на плечо.
– Эй! Вы что делаете?! – Вскрик поглотила музыка начавшегося танца. – Я буду кричать!
– Не будешь, – сказано было миролюбиво.
И лишь поэтому я сбавила тон:
– Почему?
– Это неприлично.
Лестница закончилась, и меня поставили на ноги. И топили во взгляде, пока я ощупывала прическу, проверяя, не испорчена ли она.
– Иджи… – выдохнул герцог. – Брина…
– Вы безумны? – опасливо уточнила я.
Краем глаза заметила, что Мэтью, стоящий чуть в стороне, развел руками.
Вся гамма чувств, до того отражавшаяся на лице и в глазах герцога, схлынула, уступая место беспомощности.
– Тварг, что мы наделали?! – Он запустил пальцы в волосы, но тут же их оттуда и убрал. – Иджи, послушай. Знаю, это прозвучит странно, но я сейчас тебе кое-что расскажу. В это трудно просто так поверить, но… Ты в порядке?
Да-а-а. Это все нервы. Не могу больше сдерживаться. Очередной смешок. И еще парочка.
– Ты смеешься? – наконец догадался Тьен.
Мэтью тоже было смешно, но, в отличие от меня, он мог отвернуться, а потом и вовсе уйти за свисающие с перекрытий гирлянды цветов.
– Прости. – Новый смешок-всхлип. Но слезы в глазах были не от смеха, а от радости и облегчения. – Ты так забавно растерялся. И…
Конечно, я все помню.
История, в которой я жила последние месяцы, моя и не совсем моя. Она принадлежит одной из погибших ведьмочек, а у нас по чистой случайности оказались похожие имена.
Имоджин. Миджиана. Иджи.
Семье арендаторов заплатили, чтобы они поддержали мою легенду, но все равно они хорошие люди.
А Тьен… Тварг, как же я скучала!
– Убить тебя мало за эту выходку! – рыкнул герцог.
И не позволив мне больше издать ни звука, сорвался в поцелуй. Горячий, одуряющий, совершенно неприличный. Мою прическу мы все же испортили. Губы явно распухнут. А на руке начал проступать узор брачного браслета от древнего ритуала.
– Ведьма несносная, – шептал мне в губы муж. – Никогда больше не смей меня так пугать!
Еще немного поцелуев.
Я расстегнула несколько пуговиц на его парадном костюме, прежде чем вспомнила, что рядом люди. Достаточно близко.
– Я боялась, что ты не придешь за мной, – тоже зашептала признания. – Что решишь откупиться новой жизнью, землями и деньгами.
– Выдумщица. – Тьен вздохнул и во избежание дальнейших безумств просто прижал меня к себе и уткнулся подбородком в макушку. – Я же люблю тебя.
Хлюп.
– И я тебя. Очень.
За цветами послышались шаги. Видимо, у Мэтью закончилось терпение. Мы повернулись на звук и как раз собирались попросить его дать нам еще несколько мгновений, но из-за цветочных гирлянд вышел вовсе не Мэтью, а незнакомая дама в синем платье с белым кружевом.
– О… – Она прикрыла идеально накрашенный рот ладонью, затянутой в кружевную перчатку, и изобразила готовность свалиться в обморок, но спрятать хищный интерес во взгляде это не помогло. Дама отшатнулась и скрылась где-то за растительностью.
– Тва-арг, – вырвалось у меня.
– Я скомпрометировал тебя и теперь просто обязан жениться, – сориентировался Тьен. – Незабудка, выйдешь за меня замуж? Церемония будет срочной, а потому скромной. И нас, скорее всего, отошлют обратно в провинцию.
– Я согласна!